Любовь Окаянная

Часть 24. Волшебное игольное ушко.

- Легче палантинусу пройти сквозь игольное ушко, чем жадному войти в царство огненное, - служитель демонической религии, раздобревший от праздного времяпрепровождения, с окрашенными охрой и лелеемыми супружницей мохнатыми штанами, указал пальцем на высеченную в скале невероятную фигуру Высшего демона. – Возносите дары во славу Высшего, и тогда после смерти вы попадете на благодатные поля огненного царства, и будете вечно наслаждаться жаром и энергетическим изобилием.
В качестве даров поощрялось подношение парного мяса, вина и хлеба. И хотя служитель и не мог объяснить, каким образом часть подношений исчезает с жертвенного камня ночью, но именно эти исчезновения были доказательством того, что Высший наблюдает за каждым.
Те, кто переходил в этот мир последние пятьдесят лет, говорили, что царство огненное уже не то. Нет, огня в нём не убавилось, а вот еды и воды, становилось всё меньше. Чтобы не будить в умах паствы не нужных мыслей, каждому прибывшему служитель подносил специальную чашу, а потом ментально корректировал воспоминания и вкладывал правильные настройки, если так можно было сказать.
Те же, кто обосновался в этом мире давно, и даже родился здесь, требовали минимальных корректировок. При субботней службе глоток специального вина и пожелание здоровья от служителя Высшего, и вот всё подкорректировано и направлено в нужное русло. Большинство давно лишились своей термостойкой растительности на нижней половине тела. Незачем она была на этой планете. Но мохнатые штаны, которые теперь прикрывали облысевшие низы, всё так же были предметом гордости и статуса. Чем более длинный мех и интенсивный цвет, - тем больший социальный статус у того, кто их носит.
Для недопущения разногласий трактовки жизненных правил, всех вновь прибывших подвергали депиляции, и выдавали самые короткошерстные штаны. Им еще нужно было заслужить и длину меха снизу, и социальный статус внутри резервации. Но были и исключения.
Вот как месяц назад. Прибывший сразу сунул под нос служителю треугольную монету алого цвета, с дыркой посредине.
- Видящее око, - благоговейно склонился перед прибывшим служитель, - чем могу служить?
В замок отправился вестник, потому что магии в резервации было - шмурз наплакал. И к вечеру следующего дня вновь прибывший не задержался в резервации, а перебрался в замок. С ним уехала достаточно большая коробка, простоявшая перед этим всю ночь перед статуей Высшего. Усиленное подношение мяса исчезло, а в коробке копошилось нечто.
«Неужели палантинус просочился сквозь игольное ушко?» - думал служитель даже не догадываясь насколько он прав. Легендарное животное давно таскало подношения на ту сторону, при этом полностью не перемещаясь. Если бы кто-то стал свидетелем, то увидел бы что в воздухе перед Высшим, вспыхивает алым тонкое пятно, из которого появляется верхняя часть палантинуса, которая шустрыми лапками запихивает себе вовнутрь мясо и остальные подношения.
Высший, после долгих совещаний со своими близкими, решил идти ва-банк. Никто не знал, откуда у Высшего демона палантинус, который делал жизнь комфортнее и приятнее. Он был кровно связан с хозяином и надолго не мог отлучаться. Поэтому и заперли это существо в специальной коробке, исписанной внутри тайными символами и усиленными кровью Высшего.
Всё указывало на мадам Окаянную. Именно она, в понимании заговорщиков, была тем самым сильным портальщиком, который мог переместить Высшего на эту сторону.
Ставрус даже не предполагал, что в планах «Поглощающего магию», а именно так переводилось имя Высшего демона, только выполнение договора. Наивный, - копытороги были гораздо опаснее, чем о них думали.
Хочешь что-то спрятать – спрячь на видном месте. Мораль в случае с копыторогими была следующей, - поселить большую часть подданных в местности, минимально наполненной природной магией, чтобы не случилось спонтанного раскрытия способностей. То что приближенные с расширенным жизненным ресурсом не брезговали покрывать юниц из низов, Высший знал, как и то, что в таком случае лучше перестраховаться и держать секрет до поры до времени при себе.
Эмиссар вместе с коробом, под охраной воинов Ставруса, отбыли в Прохиндею. На порядке дня стояло похищение ценного ресурса, необходимого для последней части плана переселения.
- Время пришло действовать!
Это напутствие звучало в голове эмиссара, когда он подчинял магов, которые в свою очередь расставляли на лугу у дома Окаянной людей, способных захватить ценный приз. Маги даже не подозревали, что их желание идти до конца – навеяно из вне.
Черный сюртук заказчика покрывался не менее черными узорами, схожими с дивной вышивкой в моменты, когда демон привязывал к себе души подчиненных. Чем больше они пользовались магией, тем диковиннее становились узоры и крепла связь.
Находясь очень далеко от места непосредственного проведения операции, он в который раз восхитился величием замысла Высшего – Великого и Устрашающего Скайрима Несокрушимого.
Как только палантинус захватил нужный объект, камень с огненными прожилками вспыхнул и погас.
- Очень хорошо, - выдохнул эмиссар и потянул на себя нити управления, превращая магию, сражающихся с дознавателями магов в узоры на собственном сюртуке. И то, что дознаватели в конце операции получили высосанных в ноль магов без памяти и даже не осознающих кто они, это было совершенно невероятным и необъяснимым с их точки зрения.
Эмиссар, вместе с пустым коробом и отрядом сопровождения тут же отправился в замок, в котором надлежало ждать следующих указаний.
Игольное ушко, созданное по крупицам из силы, которую аккумулировали из умирающих портальщиков, было невероятно ценно. Нити магии, закаленные в первородной лаве, вплетенные с мастерством гения и безумца в многослойный шнур, были выкованы в огромных размеров иглу. Но, к сожалению, пролезть через игольное ушко на эту сторону, смог только палантинус. Всё потому, что игольное ушко с этой стороны было ничтожно мало, как будто сам мир сопротивлялся проникновению в себя таким странным образом.
Но кажется и это ограничение им удалось обойти. Эмиссар довольно откинулся на оббитую мягким сукном лавку в карете. Ему еще не успели надоесть неспешные перемещения по этому зеленому и вкусному миру. Но брать больше оговоренного он не мог. На нём стояла смертельная клятва, а предавших или обманувших, Скайрим Несокрушимый не оставлял в живых. Второго шанса у того, кто был допущен во второй круг – не было. Либо абсолютная преданность, либо смерть. Это было необходимо для выживания, и исключений не имело.
Поэтому эмиссар предавался мечтам, связанными с тем моментом, когда Высший демон появится в святилище собственной персоной, и наступит новая эра. Эра завоевания очередного магического мира.