Любовь "Онегина"

Разбитое зеркало

Понедельник встретил меня свинцовым небом и проливным дождём. Вода хлестала по стёклам троллейбуса, смывая остатки выходных и надежды на спокойную жизнь. После той сцены в филармонии я сбежала, сославшись на головную боль. Элеонора дулась, Егор понимающе молчал, а Даня... Даня просто исчез из поля зрения, оставив после себя лишь звенящую пустоту и чувство надвигающейся беды.

Работа в «Евгении Онегине» сегодня казалась спасением. Рутина, запах свежесваренного кофе, тихий гул голосов — всё это помогало не думать о двух мужчинах, которые перевернули мой мир с ног на голову. Один — огонь, другой — лёд. Один требует, другой — предлагает. Один хочет владеть, другой — понимать.

— Алена, ты чего зависла? — голос Светы, администратора, вырвал меня из раздумий. — Стол номер четыре ждёт меню. И приведи себя в порядок, у тебя тушь размазалась.

Я провела рукой по щеке и посмотрела в маленькое зеркальце в пудренице. Да, видок тот ещё. Под глазами залегли тени от недосыпа, а взгляд был затравленным, как у загнанного зверька.

— Спасибо, Свет. Сейчас всё будет.

Я взяла кожаные папки с меню и направилась в зал. Вечерняя публика уже подтягивалась: бизнесмены после трудного дня, парочки на романтический ужин. Я механически улыбалась, принимала заказы, но внутри всё сжималось от напряжения.

Мой взгляд сам собой метнулся к роялю. Сцена была пуста. Маски сегодня не было. Его график был непредсказуем, и это сводило с ума. Вчера он был так близко... Марк Воронцов. Имя звучало как музыка — благородно и немного холодно. Он знал Даню. Он предупреждал меня.

«Держись от него подальше... Такие люди, как он, не играют в любовь».

Я тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли.

— Ваш жюльен, — я поставила тарелку перед гостем за четвёртым столиком.

В этот момент двери ресторана распахнулись, впуская порыв холодного воздуха и запах дождя. На пороге стоял он.

Даня Волков

Он был не в концертном фраке и не в джинсах с концерта. Сегодня на нём был идеально скроенный тёмно-серый костюм, белоснежная рубашка без галстука и дорогое пальто, которое он небрежно перекинул через руку. Мокрые пряди светлых волос падали на лоб. Он выглядел как модель с обложки делового журнала, но его взгляд не предвещал ничего хорошего.

Он нашёл меня мгновенно. Его глаза сузились, сканируя зал. Не обращая внимания на метрдотеля, который пытался перехватить важного гостя, Даня уверенным шагом направился прямо ко мне.

— У вас заказан столик? — пискнула я, отступая на шаг назад и прижимая папку с меню к груди как щит.

— Мне не нужен столик, — его голос был низким и вибрировал от едва сдерживаемой ярости. — Мне нужна ты.

Он схватил меня за запястье раньше, чем я успела среагировать.

— Отпусти! — зашипела я, оглядываясь по сторонам. Гости уже начинали коситься в нашу сторону.

— Не здесь, — отрезал он и потащил меня в сторону служебных помещений.

Я упиралась каблуками в паркет, но это было бесполезно — его хватка была железной.

— Даня, прекрати! Ты устраиваешь сцену!

— Мне плевать! — он распахнул дверь в пустой банкетный зал и буквально втолкнул меня внутрь, захлопнув дверь ногой.

Мы оказались в полумраке. Огромное зеркало во всю стену отражало наши искажённые силуэты. Даня прижал меня к стене, упираясь руками по обе стороны от моей головы. Он был так близко, что я чувствовала жар его тела и запах его парфюма — терпкий, древесный, опасный.

— Ты танцевала с ним! — прорычал он мне в лицо. — С этим... Марком Воронцовым. Кто он тебе?

Я попыталась оттолкнуть его, но это было всё равно что двигать скалу.

— Это не твоё дело! Ты мне никто! Я не обязана перед тобой отчитываться!

Его лицо исказилось от гнева:

— Ты моя! Я так решил! Я видел, как ты на него смотрела! Ты думаешь, он лучше меня? Он просто играет в таинственность! Он такой же богатенький мальчик, только более удачливый в прятках!

Его слова били наотмашь.

— Ты ничего обо мне не знаешь! И о нём тоже! Ты вообще никого не видишь дальше своего носа! Тебе нужно только то, что ты не можешь получить!

Даня замер. В его глазах мелькнуло что-то похожее на боль или удивление от моей дерзости. Воспользовавшись паузой, я изо всех сил толкнула его в грудь. Он отступил на шаг, и этого хватило, чтобы я проскользнула мимо него к двери.

Но уйти я не успела. Резкое движение справа привлекло моё внимание. Я посмотрела в зеркало.

Даня в бешенстве ударил кулаком по стене рядом с моей головой. Зеркальная поверхность пошла трещинами, а затем с оглушительным звоном рассыпалась на тысячи мелких осколков. Один из них полоснул меня по щеке.

Я вскрикнула и прижала руку к лицу. Пальцы тут же стали влажными и тёплыми.

Даня замер, глядя на свою руку, а затем на меня. Ярость медленно уходила из его взгляда, уступая место ужасу и... раскаянию?

— Алена... я... я не хотел...

Я смотрела на него сквозь пелену боли и обиды. Передо мной стоял не принц из филармонии и не обаятельный нахал из клуба. Передо мной стоял человек, который не умеет контролировать свою ярость.