Любовь "Онегина"

Дыхание Невы

Внедорожник плавно нёс меня по ночному городу, но картинка за окном расплывалась от подступивших слёз. Я смотрела на удаляющиеся огни набережной, на одинокую фигуру Дани, ставшую просто тёмным пятном в потоке света фар, и чувствовала себя предательницей.

Виктор вёл машину молча, лишь изредка поглядывая на меня в зеркало заднего вида. Его присутствие было надёжным, как каменная стена, но сейчас эта стена казалась мне тюремной решёткой. Я сбежала. Снова. От него, от правды, от выбора, который требовалось сделать немедленно.

— Он выглядел... сломленным, — тихо произнесла я, не ожидая ответа.

— Волков умеет носить маски, — голос Виктора был ровным, лишённым эмоций. — Маску гнева, маску раскаяния. Маску жертвы. Не верьте тому, что видите на поверхности.

Я отвернулась к окну. Слова охранника резали по живому. Даня был мастером перевоплощений — вчера тиран, сегодня мученик. Кто он на самом деле? И существует ли это «на самом деле»?

Подъехав к моему дому, Виктор вышел первым, осмотрел двор и только потом открыл мне дверь.

— Я провожу вас до квартиры.

— Не стоит, — я покачала головой. — Здесь безопасно.

Он нахмурился:

— Марк будет недоволен.

— Мне всё равно, — отрезала я и быстро пошла к подъезду, прижимая к груди сумку как щит.

Дома было душно и тихо. Я включила свет, и он показался мне слишком ярким, режущим глаза. Бросив сумку на тумбочку, я прошла на кухню и налила себе стакан воды. Руки дрожали. Я залпом выпила воду, но сухость во рту не прошла.

Телефон завибрировал на столе. Сообщение от неизвестного номера.

«Ты сделала свой выбор?».

Сердце ухнуло вниз. Я знала, кто это. Даня видел машину Виктора. Он видел, как я села в неё и уехала, оставив его одного на набережной.

«Я не делала никакого выбора», — напечатала я в ответ.

Ответ пришёл мгновенно:

«Ложь. Ты выбрала его. Ты всегда выбираешь тех, кто безопаснее. Тех, кто не сожжёт тебя дотла».

Я швырнула телефон на диван. Он прав. Я трусила. Я боялась огня Дани, его страсти, которая граничила с безумием. Марк был безопаснее — спокойный, загадочный, предсказуемый в своей холодности. Но хотела ли я безопасности? Или моё сердце тянулось к тому самому огню, который мог испепелить всё вокруг?

Телефон снова пискнул. На этот раз это было фото. Я открыла сообщение и замерла.

На снимке была я сама. Вчерашним вечером. У служебного входа «Евгения Онегина». Я стояла там одна, кутаясь в пальто, и смотрела в сторону дороги. Снимок был сделан издалека, но моё лицо было чётко видно.

Под фото была подпись:

«За тобой следят. Это не я».

Холодок пробежал по спине. Кто-то ещё наблюдал за мной? Кто-то фотографировал мои встречи с Даней? Это уже не походило на игру двух мужчин. Это пахло слежкой и реальной угрозой.

Я набрала номер Элеоноры. Она ответила после первого гудка:

— Алло? Аленка? Ты где? Тут такое творится!

— Что случилось? — мой голос дрогнул.

— Ты новости не смотрела? Даня... он... он отменил все концерты! Закрылся у себя в квартире и никого не пускает! Говорят, у него нервный срыв!

Мир снова пошатнулся. Нервный срыв? После нашей встречи?

— Эля... мне нужно тебе кое-что рассказать...

— Потом! — перебила она меня. — Тут Егор говорит... Погоди... Аленка! Тут какой-то шум в подъезде!

Связь оборвалась. Я посмотрела на экран телефона и увидела ещё одно входящее сообщение от Дани.

«Беги».

В ту же секунду раздался оглушительный грохот со стороны входной двери. Кто-то пытался выбить её с той стороны.

Я схватила телефон и бросилась в комнату, к окну. Третий этаж... высоковато. Но выбора не было. Позвонить в полицию? Пока они приедут...

Снова удар в дверь. Дерево затрещало.

Я метнулась к шкафу, достала сумку и начала лихорадочно скидывать туда самое необходимое: документы, кошелёк, зарядку от телефона.

Ещё удар. Дверь поддалась.

Я замерла с сумкой в руках. В коридоре послышались тяжёлые шаги.

— Алена! Ты здесь! — голос был незнакомым, грубым и хриплым.

Я бросилась к балконной двери, рванула ручку на себя. Холодный ночной воздух ворвался в комнату. Я перекинула ногу через перила балкона, держась за раму.

— Стой! Не делай глупостей!

Шаги приближались к комнате. Я посмотрела вниз. Внизу был узкий козырек подъезда и асфальт парковки метрах в трёх под ним.

Это безумие. Но оставаться здесь — верная смерть.

Я отпустила раму и прыгнула.

Удар о жестяной козырёк выбил воздух из лёгких. Я соскользнула вниз, царапая руки о шершавую поверхность, и рухнула на асфальт парковки. Боль пронзила лодыжку.

— Вон она! Лови её!