Любовь по астрономическим меркам

Часть I. Глава 1

Звезды за иллюминатором были бездушными точками на черной бархатной ткани космоса. Холодными, далекими и невероятно одинокими. Лео смотрел на них без восторга — лишь с профессиональной констатацией факта: термоядерные реакторы, синтезирующие элементы для будущих поколений пыли. Никакой магии, только физика.

Его кабинет на орбитальной станции «Кеплер» был завален датападами, на стенах мерцали голограммы звездных спектров и уравнений квантовой механики. И прямо посредине этого научного хаоса, на самом видном месте, стояла старая, потрепанная книга — «Созвездия и легенды», та самая, что подарила ему мама, когда он в пять лет впервые увидел в телескоп Сатурн.

Он с силой швырнул ее в угол. Картонная обложка с треском отлетела.

Больше всего он ненавидел себя за то, что до сих пор не смог выбросить этот кусок картона с блестящими фольгой звездочками. За то, что мальчик, который верил в эти сказки, все еще жил где-то внутри, предательски сжимая ему горло каждый раз, когда он смотрел на туманность Андромеды.

«Магия Вселенной», — говорила Кира, его бывшая невеста, глядя на ту же туманность с его плеча. А потом, как выяснилось, с плеча его коллеги по кафедре астрофизики. Оказалось, магия легко умещается в служебном отсеке для хранения скафандров.

Лео сгреб со стола пачку датападов, откладывая в сторону те, что касались его реальной работы — анализа красных смещений далеких галактик. Его пальцы наткнулись на один, светящийся навязчиво-розовым светом. Реклама.

«СЛУЖБА ГАЛАКТИЧЕСКИХ ОРБИТ. СОЕДИНЯЕМ СЕРДЦА СКВОЗЬ ВРЕМЯ И ПРОСТРАНСТВО.»

Циничная усмешка искривила его губы. Идеально. Просто идеально. Что может быть лучше для завершения процесса духовного разложения? Он, доктор Лео Мальцев, астрофизик с мировым именем, подаст заявку в межзвездное брачное агентство. Чисто в исследовательских целях, разумеется. Чтобы эмпирически доказать всю абсурдность этой затеи.

Он ткнул в айпад, заполняя анкету с язвительным сарказмом.

Пол: Мужской.

Вид: Человек (хомо сапиенс).

Профессия: Астрофизик (специализация — космология и термоядерные процессы в звездах главной последовательности).

Что ищу в партнере: Рациональность, логику, отсутствие склонности к романтическим иллюзиям и биологическому предательству.

На вопрос «Ваша самая заветная мечта?» он сначала хотел написать «Понять природу темной энергии», но остановился. Пальцы сами вывели: «Снова увидеть в звездах не точки на карте, а легенды».

Он тут же попытался стереть эту сентиментальную чушь, но пад мигнул: «АНКЕТА ОТПРАВЛЕНА. БЛАГОДАРИМ ЗА ПРОЯВЛЕННЫЙ ИНТЕРЕС. ОЖИДАЙТЕ ОТВЕТА.»

«Черт», — проворчал Лео, откидываясь на спинку кресла. Глупость. Но хоть какое-то развлечение.

Ответ пришел почти мгновенно. Не уведомление, а целый голографический пакет. Розовый свет сменился строгим серебристо-синим.

«ДОКТОР ЛЕО МАЛЬЦЕВ. ВАША ЗАЯВКА ПРИВЛЕКЛА ВЫСОКИЙ ИНТЕРЕС СО СТОРОНЫ СЛУЖБЫ ГАЛАКТИЧЕСКИХ ОРБИТ. ВАМ ПРЕДЛАГАЕТСЯ ЭКСКЛЮЗИВНАЯ ВАКАНСИЯ: «КАНДИДАТ».

Лео поднял бровь.

«ЦЕЛЬ: ПРОВЕДЕНИЕ ПОЛЕВЫХ ТЕСТОВ АЛГОРИТМОВ СОВМЕСТИМОСТИ НА ОСНОВЕ УНИКАЛЬНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ НЕЙРОПЛАСТИЧНОСТИ И СЛОЖНОГО ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ОПЫТА.
УСЛОВИЯ: ПОДПИСАНИЕ КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТИ. ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ПРЕДСТАВИТЕЛЬНЫМ МИРАМ-ЧЛЕНАМ СГО В ПАРЕ С ОПЫТНЫМ «АДАПТЕРОМ».
ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ: ПО ОКОНЧАНИИ МИССИИ — ПОДБОР ИДЕАЛЬНОЙ ПАРЫ, СООТВЕТСТВУЮЩЕЙ ВАШИМ ГЛУБИННЫМ ПОТРЕБНОСТЯМ.»

Лео расхохотался. Это было даже лучше, чем он ожидал. Его циничная анкета привела не к свиданию, а к предложению работы. Над созданием того, во что он не верил. Ирония была настолько идеальной, что от нее невозможно было отказаться.

«Глубочайшие потребности», — фыркнул он. Единственная его глубочайшая потребность — забыть.

Он почти машинально ткнул в кнопку «ПРИНЯТЬ».

Комната озарилась вспышкой мягкого, теплого света. Воздух задрожал, и в центре кабинета материализовалась фигура. Это была девушка или то, что выглядело как девушка лет двадцати пяти. Ее кожа имела легкий перламутровый отлив, а длинные каштановые волосы словно светились изнутри. Она была одета в нечто струящееся и синее, напоминающее и скафандр, и вечернее платье одновременно.

Но главное ее глаза. Они были огромными, цвета жидкого золота, и в них плясали искорки, словно микроскопические звезды.

Она широко улыбнулась, и вся комната словно стала светлее.

— Здравствуй, Кандидат! — ее голос был похож на перезвон хрустальных колокольчиков. — Я твой Адаптер, Люми с Фосфора. Очень рада синергии с тобой!

Лео скептически осмотрел ее с ног до головы.
— Синергии? Это что, корпоративный жаргон СГО?
— О! — ее глаза вспыхнули ярче. — Твой Внутренний Ребенок сразу предупредил меня о сарказме. Какой живой и... колючий.

Лео почувствовал, как по спине пробежал холодок. «Внутренний Ребенок»?
— Послушайте, мис...
— Люми! — перебила она, весело подпрыгивая на носках и оглядывая его кабинет. Ее взгляд скользнул по голограммам, задержался на углу, где лежала раскрытая книга о созвездиях, и снова вернулся к нему. Ее улыбка стала странной — одновременно радостной и полной сочувствия. — О, он здесь. И он такой... яркий. Весь в звездной пыли и чудесах. Жаль, что ты его так крепко запер.

Лео отшатнулся, как от удара током. Он почувствовал себя голым. Вскрытым.
— Я не давал вам разрешения проводить какой-то психоанализ, — прошипел он, оборонительно скрестив руки на груди.

Люми наклонила голову, и ее золотые глаза смотрели прямо в него, видя все.
— Это не анализ, Кандидат. Это просто то, что я вижу. Твой взрослый — это стена. Очень толстая и очень холодная. А за ней... — она сделала шаг вперед, и ее палец лег на его грудь, в область сердца. Прикосновение было странно теплым. — ...горит одна из самых красивых звезд, которые я когда-либо встречала.

Лео замер. Он ненавидел это. Ненавидел ее за этот дар, за эту наглую попытку влезть в его святая святых. Ненавидел тот странный луч тепла, который пробился сквозь лед его цинизма.