Любовь по астрономическим меркам

Глава 7

Крошечный корабль, бывший когда-то челноком для инспекций СГО, а теперь безымянный и стертый из всех реестров, плавно вышел из гиперпространства на краю неизведанного сектора. В иллюминаторе расстилалась фантастическая картина — гигантская туманность, похожая на сияющий аметист, усыпанный бриллиантовыми брызгами молодых звезд.

Лео стоял у штурвала, но его взгляд был устремлен не на навигационные схемы, а на Люми. Она сидела, поджав ноги, на кресле рядом, и ее пальцы порхали над голографическим интерфейсом, испещряя его строками изящного, светящегося кода.

— Итак, — сказал Лео, нарушая комфортное молчание. — Наше заявление о выходе из СГО было, скажем так, не самым дипломатичным. Мы не просто ушли. Мы взломали их центральный алгоритм и засеяли его вирусом случайности.

— Мы подарили им возможность чуда, — поправила его Люми, не отрываясь от работы. — Шанс на настоящую, а не спрогнозированную ошибку, которая может привести к чему-то прекрасному.

— Они назвали это «актом беспрецедентного вандализма», — усмехнулся Лео.

— А мы назовем это... — Люми нажала последнюю клавишу, и в центре кабины всплыла новая голограмма. Это был логотип — две переплетенные звезды, одна из которых излучала ровный научный свет, а другая пульсировала живым, теплым сиянием. Под ним светилась надпись на общегалактическом: «Галактика Сердец».

— ...новым началом, — закончила она, с гордостью глядя на свое творение.

Лео скептически поднял бровь.
— «Галактика Сердец»? Звучит... сентиментально.

— А ты предлагал «Логику совместимости, отдел №7», — парировала Люми. — Это звучало как бюро учета. Мы не подбираем пары по алгоритмам, Лео. Мы помогаем сердцам найти друг друга. А сердца... они нелогичны.

— Справедливо, — сдался он. — И как же наша... гм... служба будет работать?

Люми оживилась, ее глаза загорелись энтузиазмом.
— Никаких анкет! Никаких тестов на совместимость! Мы используем твое понимание физики Вселенной и мой дар видеть сущность существ. Мы будем искать не совпадения, а... резонансы.

— Резонансы? — переспросил Лео, его научный ум тут же заинтересовался.

— Да! — она вскочила и начала расхаживать по кабине. — Как две звезды в двойной системе, которые влияют друг на друга, хотя и разделены световыми годами. Мы будем находить души, чьи «эмоциональные частоты» способны вызвать отклик друг в друге. Не идеальное совпадение, а именно что красивый, сложный резонанс, который рождает новую, уникальную мелодию!

Лео смотрел на нее, и его охватывало странное чувство. Гордости. Волнения. Такого же, как когда он в детстве запускал свою первую модель ракеты.
— То есть, мы будем... сводить людей, основываясь на метафорических созвездиях их душ? Это даже более ненаучно, чем все, что я мог представить.

— Это не ненаучно! — возразила она. — Это просто наука, которую ты еще не открыл! Наука чуда! Мы будем проводниками. Мы будем подсказывать: «Посмотри на эту звезду. Возможно, там есть кто-то, чья тишина идеально гармонирует с твоей музыкой».

Она подбежала к нему и схватила его за руки.
— Представь! Мы не будем обещать им вечную любовь. Мы будем обещать им возможность, шанс. Одну-единственную, идеально подобранную нами встречу. А дальше... все в их руках.

Лео задумался, глядя на их сплетенные пальцы. Его, длинные и умелые, привыкшие к точным инструментам. Ее же изящные и теплые, способные чувствовать самые тонкие вибрации души.
— Это огромная ответственность, — тихо сказал он.

— Это приключение, — прошептала она в ответ. — И мы будем делать его вместе. Твой взрослый будет проверять, не нарушаем ли мы законы физики, а твой Внутренний Ребенок... он будет напоминать нам, ради чего все это.

В этот момент на коммуникационной панели замигал сигнал. Первый запрос. Не от СГО, а от кого-то другого.

Лео и Люми переглянулись. В их глазах читался одинаковый страх и одинаковое жгучее любопытство.

— Ну что же, — Лео глубоко вздохнул и повернулся к консоли. — Давай посмотрим, кому понадобилась наша «Галактика Сердец».

Он открыл канал. На экране появилось существо, покрытое переливающейся чешуей, с большими, печальными глазами.

— Я слышал, — произнесло оно на ломаном общегалактическом, — что вы... находите не идеальное. Находите настоящее. Я... я очень одинок.

Люми подошла к экрану, и ее сияние стало мягким, успокаивающим.
— Расскажи нам о своей любимой песне Вселенной, — мягко сказала она. — О звуке, от которого трепещет твое сердце.

Лео смотрел, как она работает, и чувствовал, как в его груди разливается странное, теплое чувство. Это не была гарантированная, предсказуемая эмоция из протоколов СГО. Это был хаос. Это был риск. Это было что-то ненадежное, пугающее и бесконечно прекрасное.

Он посмотрел на новое созвездие в иллюминаторе, которое они только что нанесли на свою карту. Их общее созвездие.

— Знаешь, — тихо сказал он, обращаясь к Люми, которая уже погрузилась в разговор с их первым клиентом. — Мой Внутренний Ребенок был не совсем прав. Звезды это не магия.

Она обернулась к нему, вопросительно склонив голову.

— Они даже лучше, — закончил он, глядя на нее. — Они это мы с тобой. Хаос, химия и невероятная, невозможная удача.