Любовь по контракту

Глава 5. Номер в кармане и очень нефиктивные эмоции

"Фиктивный брак — как театральная постановка. До тех пор, пока ты не заглянешь за кулисы и не увидишь, что твой партнёр по сцене давно играет не по сценарию."

Алиса не собиралась рыться в вещах Марка.

Совсем.

Она просто… поправляла его пиджак, который висел на спинке стула так криво, будто пьяный после корпоратива, где его не только накачали алкоголем, но и заставили станцевать ламбаду с офисным кактусом. И если он случайно разгладился под её пальцами, а внутренний карман оказался почему-то расстёгнутым — ну, так бывает. Карманы ведь тоже имеют право на личное пространство.

А потом из кармана само выпало.

Аккуратно сложенная записка, будто ждала своего часа, как злобный крошечный мститель, затаившийся между квитанциями и мелочью.

«Марк, ты знаешь, где меня найти… К.»

И номер телефона.

Катя.

Катины когтистые лапки дотянулись и сюда.

Алиса замерла с бумажкой в руках, чувствуя, как что-то горячее и колючее скручивается у неё под рёбрами. Ревность? Нет, конечно. Раздражение. Да, именно оно. Потому что Катя — это как налоговая проверка: появляется в самый неподходящий момент, требует то, что ей не принадлежит, и портит всё настроение, даже если ты ничего не нарушал.

— Ты что-то искала?

Голос за спиной заставил её вздрогнуть так резко, что записка чуть не взлетела в воздух, как испуганный голубь.

Марк стоял в дверях, с мокрыми волосами (которые, чёрт побери, почему-то выглядели так, будто он только что снялся в рекламе шампуня для богов Олимпа) и слишком спокойным выражением лица — таким, какое бывает у людей, которые знают, что их вот-вот накроет лавина, но решили для приличия хотя бы не улыбаться.

— Это выпало, — Алиса протянула записку, стараясь, чтобы голос звучал ровно, как у диктора, объявляющего прогноз погоды перед ураганом.

Он взял её, даже не глядя.

— Спасибо.

Тишина.

Громче тишины в комнате было только биение её сердца, которое, казалось, решило устроить персональный концерт барабанных соло где-то в районе её горла.

— Ты… собираешься позвонить?

— Нет.

— Почему?

Марк посмотрел на неё. Прямо в глаза.

— Потому что у меня уже есть жена.

Алиса почувствовала, как сердце глупо застучало где-то в пищеводе, будто пыталось сбежать через рот, чтобы спросить: «Эй, а можно я тут посижу? А то в груди как-то тесно от всей этой… эм… фиктивности?»

— Фиктивная, — быстро сказала она.

— Да, — он не отвел взгляд. — Но пока что — моя.

И сунул записку в карман джинсов, а не пиджака.

Будто давая ей шанс передумать.

Или просто проверить ещё один карман.

***

"Ночь — отличное время для размышлений. И для глупостей. Чаще всего — для второго."

Той же ночью Алиса не могла уснуть.

Она трижды подходила к его комнате.

Один раз даже подняла руку, чтобы постучать.

Но…

Что она скажет?

«Марк, ты случайно не видел моё самоуважение? Кажется, я его где-то потеряла… Может, оно у тебя в кармане вместе с той запиской?»

Или, может: «Ты точно не хочешь позвонить Кате? Я могу сделать вид, что мне всё равно. Ну, знаешь, как в тех фильмах, где героиня красиво рыдает в подушку, а потом идёт громить бар топором?»

Её телефон завибрировал.

Глеб:
«Завтра в 10 утра в кафе на углу. Приходи одна. Или всем станет известно, какой у вас "брак" на самом деле.»

Алиса сжала телефон так сильно, что экран чуть не треснул.

Отлично.

Теперь у неё было две проблемы:

1. Записка с номером Кати, которая, возможно, уже успела обзавестись парой-тройкой новых когтей.
2. Глеб, который, судя по всему, считал себя злодеем из дешёвого сериала.

Игра только начиналась.

И, кажется, правила в ней менялись без её согласия.

***

"Утро — время для кофе, решительных поступков и плохо скрываемых секретов. Особенно если все три вещи связаны между собой."

Утро.

Алиса стояла перед зеркалом, нанося помаду (тёмную, как её мысли) и размышляла, как лучше разобраться с Глебом: юридически или физически.

— Ты куда-то собралась? — Марк появился в дверях, держа в руках две чашки кофе.

— По делам.

— Каким?

— Не твоим.

Он протянул ей кофе.

— Тогда хотя бы выпей это. Чтобы не заснула за рулём от скучных «не моих» дел.

Алиса взяла чашку, их пальцы ненадолго соприкоснулись.

— Спасибо.

— Не за что.

Они стояли в тишине, будто оба понимали, что за этим утром что-то последует.

— Марк…

— Алиса…

Она глубоко вдохнула.

— Ничего. Я… мне пора.

Он кивнул, но его взгляд говорил: «Я знаю, что ты что-то затеяла. И я знаю, что ты не скажешь. И мне это не нравится.»

Алиса вышла, чувствуя, как её «фиктивный» брак становится всё более… настоящим.

И это было страшнее всего.

Потому что настоящие чувства — это как неоплаченные счета.

Рано или поздно их всё равно придётся признать.