Любовь по ошибке.

Глава 5

Варвара.

Я проснулась задолго до звонка будильника. Сегодняшний день казался окутанным особым светом предвкушения – мне предстояло исполнить роль фиктивной девушки Матвея, а значит, нужно было создать безупречный образ. Сердце забилось быстрее, когда я вошла в ванную комнату. Сбросив ночную сорочку, я позволила теплым струям воды омыть тело. Утренний душ всегда помогал мне пробудиться, смывая не только остатки сна, но и груз минувшей ночи. Шампунь с ароматом кокосового молочка нежно окутал волосы, и я бережно массировала кожу головы, словно стараясь вложить в каждое движение частицу надежды. Смыв пену, нанесла бальзам, лаская кончики волос, и с облегчением вышла из душевой кабины.

Включив фен на полную мощность, я направила горячий поток воздуха на волосы, чувствуя, как каждая прядь оживает под его напором. Быстро высушив их, небрежно завязала в высокий пучок. Нанесла на лицо увлажняющую маску и с нетерпением ждала, когда истечет время, чтобы приступить к преображению.

Открыв дверцы шкафа, достала вещи, которые обычно не носила: строгие брюки и белую рубашку. Сегодня я хотела выглядеть иначе, особенной. Собравшись, окинула себя критическим взглядом в зеркале.

На мне была белая блузка из тонкого хлопка с отложным воротником и длинными, пышными рукавами, собранными на узких манжетах. Поверх блузки красовался черный сарафан из плотной ткани с широкими бретелями и четырьмя светлыми пуговицами, расположенными вертикально по центру. Юбка сарафана была короткой и слегка расклешенной, открывая стройные ноги, облаченные в черные гольфы до колен.

Внезапное сообщение от Матвея оповестило о его прибытии. Схватив рюкзак, выбежала на улицу. Матвей сидел на лавочке, ласково поглаживая рыжего кота Валентина, любимца нашей пожилой соседки Раисы Андреевны.

— Привет, — прошептала я, приближаясь к Матвею.

Он поднял голову и с изумлением оглядел меня, словно видел впервые. В его глазах мелькнуло что-то, похожее на восхищение.

— Что-то не так? — с тревогой спросила я.

— Нет-нет, все прекрасно. Ты выглядишь… восхитительно, — Матвей улыбнулся и, поднявшись с лавочки, протянул руку.

Я вложила свою ладонь в его теплую руку, чувствуя, как приятное тепло разливается по всему телу. Он одарил меня еще одной восхищенной улыбкой, и мы пошли по направлению к школе. По дороге Матвей рассказывал о предстоящем матче против учеников из других школ, настойчиво убеждая меня в моем обязательном присутствии.

— Зачем я там? — удивленно спросила я.

— Ну как зачем, Варь? Ты же моя девушка. Будет странно, если мы встречаемся, а на мои игры и тренировки ты не приходишь, — сказал Матвей непринужденным тоном.

— Ладно, как скажешь, — пожала я плечами, стараясь скрыть волнение, которое постепенно охватывало меня.

Матвей легонько щелкнул меня по кончику носа.

— За что? — потирая нос, спросила я.

— Просто так, — весело ответил он.

— Просто так? — нахмурилась я и щелкнула по его носу в ответ.

— Эй! — наигранно возмутился он.

— Я тоже просто так, — с хитрой улыбкой ответила я.

До школы мы дошли, весело смеясь и подкалывая друг друга. Но у самого входа я заметила компанию Анжелики.

Она окинула меня взглядом, полным ненависти и презрения, отчего мне стало не по себе, словно меня окатили ледяной водой. По телу пробежала неприятная дрожь.

— Привет, Матвей, — Анжелика с фальшивой улыбкой приблизилась к нему.

— Привет, — сухо ответил он.

— Так у нашего неприступного капитана появилась девушка? Какая неожиданность, — медово протянула Анжелика, намеренно растягивая каждое слово, словно смакуя каждое мгновение моей неловкости.

— Анжелика, у меня нет времени на глупые разговоры, — с ноткой раздражения сказал Матвей.

— О, конечно, понимаю, — Анжелика улыбнулась, но в ее глазах плясали злые огоньки.

Она подошла ко мне ближе и прошептала на ухо:

— Радуйся, пока можешь, Бурундукова. Твое дело за книжками сидеть. А Матвею нужна такая, как я, — тихо прошипела Анжелика и быстро ушла, оставив меня наедине со своими страхами и сомнениями.

Матвей приобнял меня за талию, и мы вошли в здание школы, но слова Анжелики не выходили у меня из головы. Ее голос, пропитанный ядом, раздавался эхом в моих мыслях, отравляя каждое мгновение.