Любовь по правилам игры

Глава 19. Предрождественское настроение

Последняя неделя семестра. Это то самое время, когда ученикам уже можно немного расслабиться, подумать о том, чем они будут заниматься во время каникул. Но не для всех это первостепенная вещь.

Те из учеников, кому не хватило несколько баллов на финальной контрольной, и те хотят добиться хорошей оценки, просят учителей дать им дополнительное задание, чтобы они смогли отработать её — оценку выше, чем они имеют сейчас.

Какой бы Эванджелину не считали отличницей, из-за оценок она всегда переживала, казалось, больше всех тех, кому надо было сменить свою «С» на «В»(15). Касалось это лишь математических наук — физики и математики, остальные она в основном списывала, химию и биологию уж точно.

Так случилось и в этот раз. Им не сообщили ещё результаты их контрольной по физике, и Коллинз все выходные провела, переживая за то, как сдала финальную в семестре проверочную. Она распереживалась так, что в итоге сделала целых две презентации по разделам, пройденным в последние два месяца.

Только из-за этого она пришла во вторник в школу на первые два урока, которыми являлась сдвоенная физика. Заморачиваться ещё сильнее девушка не стала: достаточно было сделать две презентации, которые непонятно пригодятся ей или же нет. Поэтому вместо школьной формы Эванджелина предпочла чёрные джинсы и такого же цвета водолазку — дресс-код «Coffee Haven», куда она должна была отправиться после «свидания» с мистером Бруком.

Даже с учётом того, что у неё имелось освобождение, подписанное директором, что она вместе с братом вышли на целых десять минут позже из дома, чем обычно, каким-то образом случилось так, что Коллинз вновь оказалась первой прибывшей в школу из их класса.

— Отличное рвение к учёбе, неудочи, — произнесла вслух Эванджелина, заходя в пустой кабинет физики. Мистер Брук куда-то вышел, поэтому в эту самую минуту она могла позволить себе делать здесь всё, что угодно.

Однако её планы были в один миг разрушены. Она всё также стояла возле своей парты спиной к двери, как из коридора послышались шаги, но почти тут же стихли. Первая пришедшая в голову Коллинз мысль, что это мистер Брук замер в дверях, увидев её в кабинете. Мол, у неё же освобождение, зачем она пришла в школу?

От этого ей самой стало смешно, отчего улыбка сразу же появилась на её лице. Но стоило ей повернуться, как Эванджелина столкнулась взглядом не с учителем физики, а с «бывшим парнем».

Об Энтони Коллинз старалась не вспоминать на протяжении выходных. Как только они с Фрэнком и Феликом пришли к ним домой, парни делали всё возможное, чтобы их младшая сестрёнка не грустила. Да, Мендезу Эванджелина не была безразлична — всё же она являлась сестрой его лучшего друга, а значит и на нём самом весит некоторая ответственность за эту белокурую девочку.

— Итак, чем займёмся? — хлопнув в ладоши, с улыбкой на лице спросил Фрэнк. Но настроение брата не передалось сестре, словно данные с одного телефона через Bluetooth передаются на другой.

Они уже были в доме Коллинзов и даже переоделись из парадных нарядов в домашнюю одежду; приготовили попкорн в микроволновке и сделали коктейль из шоколадного мороженного. Всё это подростки купили по дороге от школы до дома специально для того, чтобы поднимать настроение Эванджелине.

— У нас есть попкорн и коктейль, как насчёт того, чтобы устроить киносеанс? — предложил Феликс.

В эту же секунду взгляд обоих парней обратился на девушку. Коллинз меланхолично двигала в своём стакане с напитком трубочкой, мечтая остаться одной. Брат же на это заявление, когда Эванджелина попросила его ничего не устраивать ради неё, проигнорировал все её слова, сказав, что ему лучше видно.

— Я не против, — произнесла девушка. — Всё равно у меня нет выбора.

— Выбор у тебя есть, — не согласился с ней Фрэнк. — Мы можем заняться другим делом: поиграть, порешать, что ты сама захочешь.

— Я сейчас хочу просто закрыться в своей комнате и не выходить оттуда до того момента, пока боль хоть на каплю не притупиться! — в очередной раз повторила своё желание Эванджелина.

Фрэнк сделал глубокий вдох и выдох, после чего встал с кресла в гостиной и присел возле дивана, на котором сидела его сестра. Внимательно посмотрев ей в глаза, он начал:

— Эванджелина. Мы ведь оба прекрасно знаем, что, если ты уйдёшь одна, ты будешь плакать, думать обо всём том, что произошло. Позволь нам с Феликсом отвлечь тебя от грустных мыслей.

— Фрэнк прав, Эванджелина. — поддержал своего друга Мендез, на что девушка тут же фыркнула.

— Ты сейчас просто поддакиваешь своему другу и не более, Мендез, — едко выдала она.

— Ты в этом так уверена? — задал ей вопрос Феликс. — Если начать разбираться, то это Фрэнк украл у меня мои слова, и сейчас выдаёт их за свои. На самом деле, откуда знать твоему брату, что такое терять вторую половинку?

Эванджелина сразу же задумалась над этими словами. А действительно, было ли такое, что её брата бросили, или ему пришлось самому это сделать? Разумеется, она могла о ком-то не знать, как и должно было случиться с Мари.

Ответа девушка не дала, поэтому Феликс продолжил сам:

— Честно тебе скажу, что у Фрэнка кроме Мари никого никогда не было. Не скажу того же самого о себе. У меня были две девушки, которые в первую же секунду показались мне славными и желанными. Однако, через какое-то время они поняли, что это была у них просто симпатия, и им нравится парень куда красивей меня.

— Ничего они не понимают, Феликс! — решила поддержать друга по несчастью Эванджелина.

— Сейчас в этом не суть. Да и было-то это лет пять назад. В общем, в первое время тебе будет тяжело, можешь даже не скрывать этого. Единственное, чего не стоит делать, — это оставаться наедине со своими мыслями. Ты и так будешь уходить спать к себе в комнату, а Фрэнк в свою. Будут ещё моменты, когда ты так или иначе будешь одна. Не стоит создавать новых таких ситуаций, чтобы не впасть в депрессию. Хорошо?