Любовь «по-рыжему»

Фиаско

– Вы подслушивали! – воскликнула я.

– Совсем немного: это единственное место, где можно уединиться, поэтому можно сказать, я стоял в очереди.

Мне не захотелось продолжать дискуссию, я прошла мимо Юсупова и покинула кабинет. У дверей я чуть не столкнулась с какой-то брюнеткой, но вовремя сделала маневр и смогла обогнуть ее. Поклонница Юсупова что ли?

Зал уже был полупустой.

– Неужели! – Ко мне приблизился Пижон. – Идем!

Он взял меня за локоть и потащил ко входу в десертный зал, находу проверяя свой телефон.

– Ты видела Марину? – шепнул мне на ухо Пижон.

Я покачала головой и хотела рассказать про Юсупова, но вокруг уже было довольно много людей, и я решила поделиться событиями позже.

Нас провели к столику. Я вернула Пижону телефон и стала с интересом рассматривать разные пирожные и тортики, которыми ломился стол.

Конечно, я бы сейчас с удовольствием лучше бы съела котлету, но и вся эта душистая кремовая радость тоже сильно привлекала. Я оглянулась по сторонам: пока никто не притрагивался к угощениям.

«Чего они ждут?» – подумала я и начала рассматривать гостей.

Некоторые места еще пустовали, но их становилось все меньше. Юсупова видно не было. И тут я ахнула: за одним из столов сидит… Виктор Степанович, мой бывший начальник! Тот самый «козел»! И во все глаза смотрит на меня! Что он тут делает?

Я отвернулась. Снова видеть эту рожу мне ой, как не хочется! Виктор Степанович – родственник владельца компании, из которой я уволилась. Только этим он и заслужил свою должность. Однако, у него есть талант: он находит действительно толковых сотрудников. Главный бухгалтер, финансовый директор, управляющие регионами – профессионалы. Поэтому компания приносит стабильную прибыль.

От мыслей меня отвлек голос какого-то мужчины, что выступил с речью. Он поблагодарил присутствующих и стал рассказывать про фонд, в который пойдут все собранные средства с сегодняшнего мероприятия.

Так вот, что значит «благотворительный ужин»! Они собирают деньги для больных детей!

А зачем тогда такой дикий контроль и идиотские условия? Ведь чем больше народу придет – тем лучше! Больше денег можно собрать.

Я перестала слушать оратора и еще раз подумала о том, какие странные и малоприятные все эти богачи. Многие держались очень надменно, особенно женщины – я еще в зале заметила, как они едва бросают на меня оценивающие взгляды и высокомерно проходят мимо. Мужчины были попроще, но и им передавался от женщин флер снобизма.

Краем глаза я увидела, как прошел к своему месту Юсупов и сел рядом с брюнеткой в черном платье, той самой, которую я видела после разговора с Ликой. По ней было непонятно, сколько ей лет: то ли 28, то ли 36. Такая женщина без возраста с каменным лицом.

Наконец, засуетились официанты, раскладывая десерты по тарелкам.

Ко мне на блюдо опустился чизкейк, какие-то воздушные корзиночки, крошечные эклеры… Я мельком взглянула на свою соседку: как она будет есть свои угощения? Дама сидела с прямой спиной, сжимая вилку и нож, а на ее тарелке одиноко лежал крошка-эклер. Я тоже чуть выпрямила спину, схватила одну из вилок подле меня и накинулась на десерты.

Божественно вкусно! Пирожные вовсе не требовали ножа: они таяли от одного прикосновения ребра вилки!

Я забыла про все свои неурядицы: ради таких вкусностей можно было и претерпеть столько сегодняшних событий! Есть же в жизни справедливость!

Моя тарелка довольно быстро опустела, и официант наполнил ее новыми угощениями. Мне очень хотелось чая, но передо мной стояла пустая чашка и бокал шампанского. Уподобляться этим чванливым зазнайкам и делать «знак рукой» я не хотела, поэтому запила десерты игристым и продолжила уничтожение эклеров с тарелки.

Скоро гости начали вставать из-за столов и возвращаться в общий зал.

Пижон, что сидел рядом и вел диалог со своим соседом, встал и тронул меня за локоть.

– Идем, – властно сказал он, и я, закинув в рот большой кусок эклера, нехотя повиновалась.

В зале к нам подошел Виктор Степанович.

Меня передернуло.

– Какими судьбами, Марсель? – Он, как ему, по всей видимости, казалось, мило улыбнулся. На самом деле, больше походило на оскал.

– Здравствуйте, Виктор Степаныч, – сухо ответила я, – тот же вопрос могу адресовать и вам.

– Я давно в списке приглашенных, – надменно улыбнулся он и обратился к Пижону, – Виктор Зазубнов, управляю «Золушкой». Должно быть, вы слышали о нашей сети. Рад познакомиться.

Мой бывший гендиректор протянул руку Пижону.

Тот едва смерил Зазубнова взглядом и пожал ему руку:

– Денис.

– На сколько мне известно, ваша компания занимается стройкой? – продолжал разговор мой бывший начальник, – полагаю, у нас с вами есть общие интересы. Мы как раз ищем помещения на севере страны для новых магазинов.

Я видела, что Пижону очень не хочется продолжать разговор, и втайне позлорадствовала – пусть помучается!

Выпитое шампанское давало о себе знать, и я покинула беседующих. Надо было найти туалет.

Поблуждав по залу, я, наконец, увидела нужную дверь и юркнула в кабинку.

Я уже собиралась нажать на кнопку слива и выйти к рукомойникам, как услышала голоса вошедших женщин.

– Видела эту рыжую с гипсом, что Нечаев привел? Малолетка какая-то! Видела, как она уминала эклеры? Как с голодного края!

Я поджала губы.

– Да плюнь на нее! Видно, однодневка какая-то! У Нечаева девки надолго не задерживаются! А эта вообще хабалка какая-то! Уверена, это последний раз, когда ее видели! Витя Зазубнов сказал, что она вообще у него раньше секретаршей работала!

Я не могла больше это терпеть и сердито нажала на слив. Когда я уже вышла из кабинки, женщины, наоборот, уже скрылись в своих.

Сначала я хотела подождать их выхода, чтобы посмотреть на их рожи, но потом плюнула и вышла из туалета.

В чем-то они правы: я действительно тут в первый и последний раз! И к моему великому счастью – я их больше не увижу.