Любовь «по-рыжему»

Снова к Юсупову

— Ты когда переодеваться будешь? — мы сидели в машине и уже выруливали на эстакаду.

— В смысле? – не поняла я.

— Ты в моем костюме к Юсупову поедешь?

Мы остановились у обочины, и Пижон вышел из машины.

Я, сидя на переднем сидении, пыталась стянуть брюки. Гипс мешался. Что б его! Сколько еще корячиться с ним? Кое-как я освободилась от штанин и начала натягивать новые. Уф! Справилась. Теперь очередь верха. Я легко скинула свободную пижоновскую футболку и, голая по пояс, кое-как затолкала руки в длинные рукава новой кофты, которую мы купили вместе с платьем, но на полпути застряла: что ж ты такая узкая?! Обновка не напяливалась, а, наоборот, превратилась в прочный капкан: ни туда ни сюда!

Что делать? Рвать к чертям Диор или звать на помощь Пижона? Но я голая! Снизу штаны, сверху раскоряченные руки и кофта на голове! Я подумала, что надо повертеться – ну, как кольцо с пальца выкручивают, так и мне надо «закрутиться» в эту дурацкую дорогущую кофту! Еще кольцо то самое дорогое помолвочное, судя по всему, зацепилось и застряло! А гипс там в рукаве вообще весь путь перекрыл! Голова обездвижена – я успела накинуть ворот!

— У тебя ведь нет клаустрофобии? – раздался близко голос Пижона.

Он что, смотрит на меня? На голую?

Я завертелась еще сильнее.

— Хорош биться как припадке, успокойся, сейчас я тебя… одену, — я услышала, как Пижон смеется.

Тоже в гипсе, он аккуратно надел рукава, потом подлез под перекрученную одежду и достал карандаш из моих волос. Расправил закатавшуюся в районе шеи кофту, и я почувствовала нежность его рук, скользящих по моему телу. Кожа тут же ответила мурашками. Наконец, мое лицо освободилось от пут, и я увидела его глаза – два черных омута – так близко. Щеки порозовели под его дыханием.

— Ну все! Ты свободна! — Пижон как-то очень быстро отстранился и захлопнул дверцу подле меня. Сел за руль и машина тронулась.

— А тебе норм водить в гипсе? – спросила я, чтобы разрядить обстановку и унять колотящееся сердце.

— Без проблем! — ответил Пижон хрипловатым голосом.

Дальше мы ехали молча, и я, как обычно, уснула.

А потом, как обычно, проснулась от знакомого «Марсель!».

Мы подъезжали.

— Давай мы с тобой обговорим, как я сделал тебе предложение, — сказал Пижон.

Я вопросительно уставилась на него.

— Как как будто я сделал тебе предложение! — с выражением проговорил Пижон, — правду мы с тобой и так знаем.

— Боюсь, как бы я и в правде не запуталась! — вырвалось у меня, и я заметила, как Пижон задумался. — Тем более, кого это там волнует!?

Впереди показались уже знакомые ворота, и на меня накатила тяжесть: снова эти люди! По сравнению с ними – Пижон просто зайка! Хоть я и считаю его колючим снобом, которому дела нет до окружающих!

Проезжаем двор. Парковка. Тяжесть все нарастает.

— Денис, я так не хочу туда идти! — вдруг прошептала я, повернувшись к нему.

Денис? Что это со мной? Когда я его по имени называла?

Неожиданно Пижон наклонился ко мне и поцеловал совсем близко к губам. Кто там про бабочек в животе в школе смеялся? Зря. Они существуют.

— Не волнуйся, я буду рядом. Доверься мне, — прошептал он, и россыпь мурашек разбежалась по моему телу.