Любовь «по-рыжему»

Два послания Пижона

Я проснулась с легким сердцем и веселым настроением: опасения вчерашнего дня растаяли, и я улыбалась навстречу новому дню! Он обещал стать целиком и полностью моим.

Я потянулась к телефону и растянулась в улыбке, прочитав сообщение от Дениса: «Очень жду девушку, изменившую мою жизнь, чтобы поцеловать и первым поздравить с Днем Рождения!». Следующим сообщением был указан адрес.

Я прочитала еще несколько посланий и с грустью отметила, что от Лики ничего нет. Что ж, видимо, ее обида еще слишком велика. Либо она просто еще не проснулась: мой день Рождения выпал на субботу, а утра выходных подруга всегда проводит под одеялом, приходя в себя после вечеринок.

Денис назначил мне свидание совсем скоро. Я довольно улыбнулась, радуясь тому, что он понимает, как важно мне побыть с ним сегодня наедине. Вторая половина дня будет проходить торжественно в арендованном Пижоном на выходные небольшом поместье. Туда будут стекаться «важные» люди, которых пригласил Денис (бедная Вика, она с ног сбилась, готовя это празднество – мне было жутко неловко, что ей пришлось взвалить на себя столько работы, и все это для меня). Конечно, у Вики тоже есть целый отдел помощников, но проекты, которые она считает особенно важными – она контролирует сама. От и до.

Организация моего дня Рождения оказалась для нее тоже невероятно важным событием. На днях я ей призналась, что чувствую себя виноватой перед ней. На что Вика безапелляционно отрезала, что, в первую очередь, это мероприятие в интересах компании. «Обратная сторона отношений с богатым и знаменитым», – подмигнула мне она.

Я бы хотела дружить с Викой. Ну, то есть мы и так вроде с ней дружим (по крайней мере, как мне кажется) – в те редкие минуты, когда мы с ней пьем кофе, мы делимся друг с другом своими мыслями без купюр и оговорок. Но у Вики настолько мало свободного времени, что… Кофе этот мы с ней пьем один-два раза в неделю максимум полчаса. Что у нее с личной жизнью, я так и не узнала. То ли Вика не хочет говорить, то ли просто времени не хватило. То ли ее и нет вовсе, этой личной жизни. В принципе, такое бывает – у меня у самой ее не было несколько лет. Все как-то не до этого было.

Я сидела в такси, и машина остановилась возле невзрачного дома в центральной части города.

Я вышла на улицу и увидела арку. Так, а куда дальше? Я вытащила телефон и сверилась с адресом – все верно.

И тут в арке я увидела плакат с изображением Нотр-Дам-де-ля-Гард! Это ведь один из символов города Марселя! Я улыбнулась и подошла к висящий на стене картинке. Да тут конверт! Я отлепила его от стены и достала записку:

«У всего значимого есть свой Хранитель».

Это надо как-то расшифровать? Нет, я в курсе, что этот собор Богоматери в Марселе находится на холме Хранительницы, а сама Богоматерь почитается в качестве Хранительницы города, но… При чем тут я? Я-то ничего не храню.

Ладно, пойдем дальше. Я прошла арку и оказалась в маленьком уютном дворике. Несколько дверей. О! На одной из них… Картинка замка Иф! Это что, викторина на знание Марселя и окрестностей? Я подошла к плакату, под которым тоже был налеплен конверт. Записка.

«Пусть никто из нас никогда не превратится в него для другого».

В кого «в него»? Что за ребусы?

Я толкнула дверь. Не заперта.

В полумраке коридора, чуть подсвеченного колышущимися язычками горящих фитилей свечей, я прошла глубже и оказалась в небольшой комнате. Посредине накрыт стол. Шампанское, канделябры с зажженными свечами, серебряные крышки на блюдах и два стула. Подле одного большая хрустальная ваза.

Вдруг заиграла музыка, и невесть откуда к блекло освещенному столу подошел Пижон с громадным букетом в руках!

Я ахнула и бросилась к нему в объятия!

Он засмеялся и даже чуть качнулся, обнимая меня свободной рукой:

– С днем Рождения, Марсель! – жарко прошептал он и поцеловал меня.

Я приняла цветы, щебеча о том, как добиралась от такси, воткнула букет в вазу и уселась за стол.

– Так зачем все эти картинки? – спросила я у Дениса, откупоривающего бутылку.

– Какие есть догадки? – Пижон разлил пенящееся шампанское по бокалам.

– Догадки? – я приподняла серебряную крышку с блюда, что находилось передо мной, – вау! Что это?

– Запеченное мясо с овощами, – Денис налил себе в отдельный стакан воды и сделал большой глоток, – готовил не я, сразу предупреждаю.

– Пффф, я бы удивилась, если бы ты тут разбил полевую кухню, – я отставила крышку и принялась орудовать вилкой, – мммм, вкусно-то как!

– Так что насчет догадок-то? – прищурился Пижон.

– Про достопримечательности Марселя? – жуя, переспросила я, – ну, в общем, конечно, понятно. Я припоминаю, как меня зовут, помню город, в котором часто бывала. Тут вопросов не возникло.

– А где возникли? – спросил Денис и отправил в рот кусочек сочного мяса.

– Ну вот это, – я достала бумажку и зачитала, – «у всего значимого есть свой Хранитель». Тут как-то не совсем понятен твой полет мысли.

– Я всегда считал себя… кхм… довольно значимым человеком… Так! Хорош тут глаза закатывать! – Денис засмеялся и бросил в меня салфетку.

– Да, давай уж без лишней скромности, – схватив салфетку, парировала я с хохотом, – пупом земли ты себя считал и считаешь!

– Что за глупости, – деланно равнодушно повел плечами Денис, – так вот. Прошу заметить, ты – тоже очень значимый для меня человек.

– Какая честь дня меня! – я жеманно склонила голову.

– Не паясничай, Марсель! – Пижон состроил строгую гримасу, – ты – значима для меня, я – смею надеятся, для тебя. А это значит, что мы должны быть Хранителями друг для друга.

– Ну и ну, ты загнул! – мне было безумно приятно слушать подобные речи от Дениса, но в то же время отчего-то было неловко показывать, что я воспринимаю их всерьез. Хотелось добавить сарказма или хотя бы иронии.

– С тюрьмой-то, надеюсь, все понятно? – вскинул брови Денис.

– Что никто не станет ею друг для друга? – переспросила я, откладывая вилку.