Любовь по сценарию... и без

Глава 13

Лика, 22 декабря, среда

Я наблюдала, как он борется с самим собой. Это было почти физически ощутимо: внутренняя буря в этом уставшем, замотанном мужчине в растянутом свитере.

Что ж. Я знала, чем все закончится. Деньги всегда побеждали. Всегда. Особенно когда их отчаянно не хватало.

Квартира вокруг меня была... Даже слово сложно подобрать. Я старалась не смотреть по сторонам слишком пристально, но не замечать было невозможно. Блеклые обои, с желтыми разводами у потолка, которые, наверное, помнили еще Советский Союз. Линолеум на полу, стертый у порога до дыр. Мебель явно не из этого десятилетия, а может, и не из прошлого тоже. Старый диван с продавленной обивкой, на котором я сидела. Журнальный столик, заваленный бумагами, детскими раскрасками, карандашами.

И запах. Не неприятный, нет. Просто бедный. Запах дешевого стирального порошка, детской каши и какой-то простой еды.

Я сжала пальцы на сумочке. Мое пальто из кашемира с шелковой подкладкой стоило, наверное, как весь гардероб этой семьи вместе взятый. И это не заставляло меня чувствовать себя лучше. Наоборот. Внутри поднималось какое-то гадкое, липкое ощущение неловкости, которое я изо всех сил пыталась заглушить.

Это бизнес, Лика. Просто бизнес.

– Папа, – девочка снова дернула его за руку. Алиса. Четыре года, кудрявая блондинка с огромными голубыми глазами, в которых сейчас плескался восторг. – Папочка, ну скажи да!

Он посмотрел на нее, потом поднял глаза на нас.

– Хорошо, – произнес он глухо. – Я согласен.

Антон просиял.

– Отличное решение, Матвей. Поверьте, вы не пожалеете.

– Надеюсь, – буркнул Решетов.

Он поднялся с кресла, прошелся по комнате, провел рукой по волосам. Я наблюдала за ним. За тем, как напряжены его плечи, как сжаты челюсти. Он ненавидел это. Ненавидел меня, ненавидел ситуацию, ненавидел самого себя за то, что согласился.

Но согласился.

– Ура-а-а! – Алиса подпрыгнула и захлопала в ладоши.

Она бросилась ко мне, обхватила мои колени маленькими ручками, прижалась щекой к моему пальто.

– Алиса, не приставай к Анжелике, – одернул ее отец.

– Все в порядке, – выдавила я.

Моя ладонь сама собой легла на мягкие кудряшки.

– Вы такая красивая, – прошептала Алиса, глядя на меня снизу вверх.

– Спасибо, – пробормотала я.

– Отлично! – Антон захлопнул планшет и поднялся. – Тогда давайте сразу обсудим детали. Завтра утром подписываем договор о неразглашении. Стандартная процедура, ничего особенного. Просто юридическая страховка, что информация о нашем соглашении не выйдет за пределы этой комнаты. Завтра в десять утра встречаемся в моем офисе. Подписываем бумаги, обсуждаем график мероприятий. Первый выход планируем на послезавтра – прогулка в парке, несколько фотографий для прессы. Потом…

– Подождите, – Матвей поднял руку. – А как же работа? Я не могу просто взять и исчезнуть на две недели.

– Мы подберем график съемок так, чтобы ваша работа не пострадала, – заверил его Антон. – У вас же есть выходные?

– Есть, но…

– Вот и отлично. К тому же, большая часть мероприятий рассчитана на новогодние праздники.

Мы еще минут двадцать обсуждали детали. Антон строчил что-то в планшете, Матвей сидел, нахмурившись, и кивал через слово. Алиса устроилась рядом со мной на диване и болтала ногами.

А я пыталась не думать о том, как неправильно все это. Как отвратительно.

Две недели. Всего две недели. Ты справишься, Лика.

Наконец мы закончили. Антон поднялся, я следом. Решетов проводил нас до прихожей, Алиса бежала следом, подпрыгивая.

– До завтра, – попрощался Антон, пожимая Матвею руку. – Десять ноль-ноль, не опаздывайте.

– Постараюсь, – сухо ответил тот.

Я надела перчатки, поправила сумочку на плече. Обернулась. Решетов стоял у двери, скрестив руки на груди, и смотрел на меня с каким-то странным выражением на лице.

– До встречи, – сказала я.

– До встречи, – эхом откликнулся он.

– Пока, принцесса! – прощебетала Алиса. – Приходи еще!

– Обязательно, – я попыталась улыбнуться.

Получилось, наверное, жалко. Но девочка все равно просияла.

На улице нас ждала машина – черный внедорожник с тонированными стеклами. Водитель открыл дверь. Я скользнула внутрь, Антон сел рядом.

– Ну что ж, – произнес Антон, когда мы тронулись. – Первый этап пройден. Он согласился.

– Угу, – я смотрела в окно.

За стеклом мелькали серые панельные дома, заснеженные дворы, редкие фонари. Химки. Район, в котором я никогда не была и, честно говоря, не планировала оказаться.

– Лика, ты в порядке? – Антон повернулся ко мне.

– Да, – соврала я. – Просто устала.

– Понимаю. Держись. Завтра подпишем бумаги, и дальше будет проще.

Проще. Ну да, ну да.

Я откинулась на сиденье и закрыла глаза. Перед глазами стояло восторженное, светящееся лицо Алисы. И лицо ее отца – усталое, измученное, полное затаенной боли.

Что я делаю? Господи, что я делаю?

Но роль, о которой я мечтала, которая могла все изменить. Разве это не стоило двух недель притворства?

Разве?

Машина мягко катила по ночной Москве, и я пыталась убедить себя, что да. Стоило.