Любовь побеждает всё

Хуже всего – подчиняться чужой воле

Целую неделю Вэл ходил в колледж безо всяких неприятных инцидентов. Участники банды словно испарились, впрочем они так делали часто: прогуливали целые недели и им ничего за это не было. На всякий случай и для собственного спокойствия парень начал ходить на бокс после занятий, надеялся, что это ему не пригодится, но точно знал, что не помешает.

Правда, спустя неделю Вэл решил, что так всё и закончилось: скорее всего главари поняли, что им неохота тратить время на отщепенца и продолжили жить дальше в том же режиме, что и раньше. Но однажды, вернувшись вечером в свою комнату в общежитии, он обнаружил Эдика с подбитым глазом.

– Что произошло? – спросил Вэл, хотя уже предполагал, о чём пойдёт речь.

– По глазам вижу, что ты понял, – прикладывая лёд к глазу, сказал Эдик, – Как они вообще узнали, что мы в одной комнате живём?

– Чего они хотели от тебя? – сжал кулаки Вэл.

– Хотели показать, что намерения у них серьёзные, – Эдик повернулся спиной и поднял футболку, под которой краснели полосы, – Видал, как раскрасили? Это ремнём. Держали четверо, бил один. А в глаз прилетело, потому что не стоило мне ничего говорить.

– Прости, братан. Не хотел я, чтобы ты в это ввязывался, – нахмурился Вэл, – Я отомщу этим уродам.

– Не думаю, что это хорошая мысль. Они тебе стрелку забили. Сегодня в полночь на стадионе у колледжа, – Эдик сел на табуретку и снова приложил к опухшему глазу лёд, – Они это и хотели передать. Вернее, говорил-то в основном темноволосый. Видимо, он у них мозг.

– А лысый – мышцы. Да, есть такое, – Вэл начал ходить из стороны в сторону, – Не пойти я не могу. Тут уже и твоя безопасность. Если они о тебе знают, то могут и о моей девушке знать. Мне точно нужно идти.

– Предупреди Аню. Пусть родителям расскажет своим. Да и комендантский час у нас. Если прознают, что ты сбежал в ночи, могут выселить, – посоветовал другу Эдик, – А я тут отсижусь пару дней, если не поможет – общагу сменю.

– Не хочу я Аню беспокоить. Надо идти, Эд, ты же понимаешь? – Вэл схватил за плечи Эдика и пристально посмотрел на него.

– Понимаю, – тяжело вздохнул Эдик, – Но здравый смысл мне говорит, что туда идти точно не стоит.

– Это я тоже понимаю, но иначе не могу, – сказал Вэл и пошёл собираться на стрелку.

В полночь на стадионе Вэла ждала банда в неполном составе: оба главаря и четверо их подчинённых. За Вэлом же увязался Эдик. Все попытки отговорить его от этой идеи оказались тщетными, но Валера был рад такому раскладу.

– Захотел сравнять счёт? – поприветствовал пришедших темноволосый.

– Как будто у меня когда-нибудь это получится. Или ты считать не умеешь? – ответил в том же тоне Вэл.

– Ха-ха! Да не будем мы вас все бить. Только я и Лысый. Остальные, может, попинают, когда вы уже валяться будете, – посмеялся главарь-умник, похрустывая пальцами на руках.

– Какой смысл просто драться? – спросил Вэл, – Давай хотя бы пари заключим?

– Бла-бла-бла, – кривлялся темноволосый, – Скучно! Смысл и так есть. наказание за неподчинение.

– Свобода мне нравится больше, чем клетка и поводок, – кивнул в сторону прихвостней главаря Вэл.

– Тогда готовься платить по счетам, – темноволосый разбежался и махнул кулаком прямо перед лицом Вэла, который кое-как успел увернуться, – Лысый, на тебе второй.

Драка закончилась стремительно. Вэл успел ударить своего противника лишь дважды, но не слишком сильно. Силы были неравны. Сначала темноволосый попал Вэлу по рёбрам, разбил ему нос и губу, завершил свою атаку ногой в прыжке ещё и ударом в висок. Вэл чуть не отключился, но встать уже не мог, с двух сторон его попинывали двое подхалимов главаря.

Эдик бегал от Лысого по всему стадиону, пока не выдохся, после чего получил ногой в живот и свалился.

– Каждую неделю жду тебя тут в это же время. Понял? – наклонился к Вэлу темноволосый, – Других вариантов у тебя нет: или каждую неделю быть для меня живой грушей для битья, или я придумаю что-нибудь похуже.