Любовь под ёлку. Босс в подарок

Глава 7

Хожу по дому, топчусь из угла в угол, пытаясь найти себе хоть какое-то полезное занятие, но мысли неизменно возвращаются к Артёму Викторовичу.

Ну дурак же! Дурак!

Зачем попёрся на эту охоту? Что он собирается там добыть? Выкопать из-под снега мамонта времён ледникового периода?

А ты, Мышкина? Тоже хороша! Почему ты его не остановила?

Видимо, у нас двоих инстинкт самосохранения временно отключился. Что ж… Естественный отбор в деле.

Прилипают в очередной раз к окну, но за ним всё равно ничего не видно. Метель замела всё до состояния белого шума. И где-то там, в ледяных белоснежных вихрях, сейчас бродит этот идиот с винтовкой.

— Ну куда же ты попёрся, дурак? — Шепчу сама себе, скрестив от волнения руки на груди.

Кот ходит за мной по пятам, как маленький хвостатый сторож. Он везде, буквально везде: под ногами, у стены, за углом. Останавливается, смотрит на меня огромными глазами, будто пытается сказать: «Ну? Что там у нас с едой?»

— Знаю я, что ты голодный, — ворчу. — Я тоже голодная.

Кот мяучит с таким возмущением, будто я только что съела его ужин прямо у него на глазах. Резко делает два круга вокруг своей оси и убегает в сторону кухни.

— Куда это ты?

Кот, предсказуемо, ничего мне не отвечает.

Снова глазею в окно на беспощадную снежную бурю.

Где же этот Артём Викторович?

Вернись, прошу тебя. Мне очень-очень нужно, чтобы ты был жив.

Кот истошно вопит из кухни.

— Да что тебе, террорист пушистый?

Несётся ко мне, мяукает ещё громче и снова кружит волчком у моих ног. Убегает на кухню.

Я хмурюсь, потому что его поведение начинает казаться мне подозрительным.

— Что там? Надеюсь, ты клад нашёл?

Следую за ним.

Кот сидит на полу, выгнувшись дугой. Ковыряет лапой ламинат и принюхивается, шевеля усами.

— Ну, чего? Что ты там унюхал? — Подхожу ближе, приглядываясь.

Сначала ничего не замечаю, но потом понимаю, что это маленький лючок, крышка которого замаскирована под стыки между досками ламината.

Присаживаюсь рядом с котом. Пальцы нащупывают крошечный зазор. Снимаю тонкую дощечку и вставляю пальцы в образовавшуюся щель. Тяну на себя, и крышка поддаётся. Поднимаю её. Мой взгляд проваливается вниз, в темноту. Хватаю телефон, освещая фонариком пространство, скрытое под полом.

— Воу… — Шепчу восхищённо.

Кладовка!

Нет, не просто кладовка, а целый продуктово-консервный храм!

Полки вдоль стен забиты банками с вареньем, соленьями, лечо, зимними салатами и компотами. В одном углу стоят мешки с крупами, в другом — домашняя тушёнка в стеклянных банках. Втягиваю в себя воздух, отдающий пылью, плесенью и влажной землёй. Выдыхаю с таким облегчением, словно обнаружила нефтяную скважину в собственном огороде.

Спускаюсь вниз по приставленной к одной из стен хлипкой лестнице.

— Какой же ты умничка, мой пушистый герой! Ну всё, считай, что мы спасены!

Если, конечно, Артём Викторович не решит двинуть коней в лесу.

Вытаскиваю пару банок овощей с рисом, тушёнку, солёные огурцы и вишнёвый компот. Разворачиваю целое кулинарное шоу: открываю банки, ставлю тушёнку разогреваться в сковороде на плиту, режу огурчики. Через полчаса дом наполняется таким ароматом, что даже кот притопывает рядом в нетерпении.

Свет горит. Уютно. В доме уже так тепло, что я даже сняла тёплые штаны и кофту, переодевшись в простое платье, которое брала с собой в командировку.

А за окном стремительно темнеет.

Артёма Викторовича всё нет…

— Ну где же ты? — Тихо бормочу, нервно поглядывая на входную дверь.

Кот смотрит на меня так, будто и сам задаёт себе тот же вопрос.