Любовь под напряжением, или Как не влюбиться в мажора.

Глава 2

Солнце уже поднималось, за окном было ясно. Виктория сидела на кухне с большой кружкой растворимого кофе, в мыслях — полная решимость. Сделав последний глоток, она отнесла кружку к раковине и пошла приводить себя в порядок.

Надев длинную юбку шоколадного цвета и бежевую блузку, она накинула твидовый пиджак, слегка подвела брови, нанесла бальзам для губ и проверила сумку — всё необходимое было на месте.

«Я заставлю их меня выслушать», — подумала она.

Виктория застёгивала последнюю пуговицу пиджака, когда дверь в её комнату скрипнула. На пороге стояла мама — в помятом халате.

— Ты уже уходишь?

Виктория почувствовала, как в горле застрял комок. «Она же никогда не встаёт раньше полудня».

— Да, мам. Конференция начинается в одиннадцать.

Мама зевнула, поправляя седую прядь, выбившуюся из небрежного пучка.

— Ну как, готова? — она потянулась, чтобы поправить воротник дочери.

— Конечно. Всё отрепетировано.

Девушка потупила взгляд, делая вид, что проверяет сумку. «Если бы ты знала, мам...»

Мама вдруг обняла её. — Я знаю, ты волнуешься. — Её ладонь была тёплой и шершавой. — Но ты же у нас умница.

Виктория зажмурилась. «Лучшая. Да. Только «лучшим» не приходится пробиваться через подкупленных чиновников и папиных сынков».

— Спасибо, — она улыбнулась, отстраняясь. — Но мне правда пора.

— Доченька, ты какая-то грустная. — Её глаза, обычно уставшие, сейчас были пронзительно-ясными. — Что-то случилось?

«Всё. Скажи ей. Что ты, возможно, вернёшься сегодня с пустыми руками».

Но вместо этого Виктория рассмеялась — слишком звонко, слишком неестественно.

— Да ладно, мам! Просто ответственный день. — Она поцеловала мать в щёку. — Я всё расскажу вечером.

На лестничной площадке Виктория остановилась, прислонившись лбом к холодному стеклу окна. Где-то внизу заводились машины, кричали дети. Обычное утро.

«Она верит в меня. А я... Я просто великолепная актриса».

Она глубоко вдохнула, распрямила плечи и твёрдо зашагала вниз.

Девушка вышла из подъезда и неторопливо направилась к метро. По пути мелькали многоэтажные дома, торговый центр, небольшой сквер. Утренняя суета на улицах была обычным делом для буднего утра. Девушка шла в университет — там в одиннадцать должна была начаться конференция.

Спустившись в метро, она недолго ждала поезд. Все сидячие места оказались заняты, но её это не беспокоило — все мысли были о том, как она ворвется и докажет, что истинная наука найдет пути, чтобы выйти на свет и показать правду.

В здании университета, подойдя к турникету, Виктория вдруг осознала — пропуска нет. Она лихорадочно обыскала сумку, но пластиковая карточка так и не нашлась. Вредная консьержка уже качала головой в отказе, когда девушка заметила куратора, который проходил мимо.

— Михаил Львович!

Мужчина обернулся и кивком пропустил её внутрь. Виктория засыпала его возмущёнными вопросами: как так вышло? почему они подумали, что у них есть на это право? Куратор лишь мялся, не находя что ответить.

В этот момент в холл вошёл её научный руководитель Карелин. Он, как всегда, был одет в поношенный коричневый костюм, явно сшитый ещё в девяностых, мешковатые брюки, жилетку с выцветшим галстуком в мелкий горошек.

Его седеющие волосы были аккуратно зачёсаны назад, как у университетских преподавателей старой закалки, а в руках он держал потрёпанный кожаный портфель, явно служивший ему не один десяток лет.

— Аркадий Викторович, вы уже в курсе? - спросила Виктория, отмечая про себя, как странно контрастирует его старомодная элегантность с гламурным интерьером современного университетского холла.

— О чём?

— Место, которое было забронировано... Его кто-то выкупил! Кстати, что вы здесь делаете? Вы же говорили, что не сможете быть моим куратором...

Карелин загадочно улыбнулся:

— Сама всё поймёшь. Он часто уходил от прямых ответов, и Виктория, не придав этому значения, продолжила возмущаться.

Мужчина нахмурился:

— Не волнуйся, милочка, сейчас разберёмся.

— Но как?

— Это место по праву твоё, и ты его займёшь.

Виктория немного растерялась, но решила довериться ему.

— Кстати, — вдруг сказал Карелин, — кажется, это твоё?

Он протянул ей пропуск.

— Что? Где вы его нашли?

— Лежал на выходе из метро. Повезло, что я заметил его первым.

— Спасибо, — улыбнулась Виктория.

— У тебя всё готово? Третью главу доработала?

— Да, конечно.

— Отлично.

Виктория шагнула в зал, где уже собрались участники конференции. Просторное помещение с высокими потолками было залито мягким светом люстр, а ряды кресел заполняли студенты и преподаватели. В воздухе витало напряжение — сегодня решались судьбы научных проектов.

Карелина встретили сразу:

— Аркадий Викторович, мы вас уже заждались! — Организатор, мужчина в строгом костюме, нервно поправил очки. — Понимаете, у нас немного изменился список кандидатов...

— Я в курсе, — холодно перебил Карелин. — И хочу представить вам ещё одного участника. Виктория Яковлева. Лучшая на моём потоке. И мне неясно, почему вы решили продать именно её место.

Организатор сглотнул, беспомощно озираясь:

— Тут такое дело... Наш спонсор, Миронов... Точнее, его сын... Э-э-э...

— Ничего слышать не желаю, — голос Карелина прозвучал как удар хлыста. — Эта девушка будет сегодня защищать свой проект. Это ясно?

— Но... Но это невозможно!

— Я что, непонятно объяснил? Внесите её имя в список.

Организатор потёр лоб.

— Х-хорошо... Тогда она будет выступать последней.

— Вот и отлично.

Карелин повернулся к Виктории. Та стояла, всё ещё не до конца осознавая произошедшее.

— Так значит... Я выступаю? — прошептала она. — Кажется, я поняла, почему вы не стали моим куратором.

— Всё, иди, загружай презентацию. Готовься, пока время есть. Можешь даже перекусить, если хочешь. А я пока положу твою диссертацию к остальным.