Любовь под напряжением, или Как не влюбиться в мажора.

Глава 7

Лаборатория охваченная тихим хаосом. Запах этанола смешивался с едким ароматом перегретого металла, а мерцание экранов компьютеров отбрасывало синеватые блики на стены, заставленные пробирками и молекулярными моделями. Виктория стояла у центрального стола, её пальцы нервно листали стопку распечатанных графиков. Каждая цифра, каждая кривая на графиках казалась ей теперь подозрительной, словно данные могли предать её в любой момент. Она сжала губы, чувствуя, как капли пота скатываются по спине под плотным лабораторным халатом. Его белизна контрастировала с её тёмными, собранными в безупречный пучок волосами — ни одной пряди не смело выбиться из-под контроля.

Сергей, напротив, двигался по лаборатории с невозмутимостью метронома. Его слегка помятая голубая рубашка с закатанными рукавами выдавала ночи, проведённые за работой, но в каждом жесте читалась уверенность. Он наклонялся к реактору, поправлял клапаны, сверялся с показаниями на планшете. Его спокойствие действовало Виктории на нервы, как тиканье часов в ночной тишине.

— Ты уверен, что подключил реактор правильно? — её голос прозвучал строго. Она не смогла сдержаться, заметив, как он игнорирует её список проверок.

Сергей медленно поднял голову, и его светлые глаза встретились с её взглядом. В уголке его губ читалась усмешка.

— Лучше проверь свои расчеты, прежде чем учить меня, — ответил он, намеренно растягивая слова. — А то вдруг твои формулы решат взбунтоваться перед комиссией.

Виктория ощутила, как жар раздражения поднимается к щекам. Она резко отодвинула стул и встала, чтобы приблизиться к нему. Её каблуки отчётливо стучали по кафельному полу, нарушая монотонный гул приборов.

— Мои расчеты идеальны, — прошипела она, тыча пальцем в схему на экране. — А вот если твой «шедевр» сегодня взорвётся, объяснять придётся нам обоим.

Сергей не отступил. Он перевёл взгляд на реактор, затем на неё, и в его взгляде мелькнуло что-то вроде азарта.

— Взрывы — это твоя специализация, Вика. Я же просто делаю, то что умею лучше всего, — он щёлкнул переключателем, и реактор ожил. — Видишь? Всё на месте. Можешь продолжать паниковать в одиночестве.

Она хотела парировать, но в дверь лаборатории постучали. Техник-практикант робко просунул голову, сообщив, что до презентации остался час. Виктория резко развернулась к столу, схватив флешку с презентацией.

«Почему он всегда должен быть таким… таким…» — мысленно рычала она, листая слайды. Но даже в ярости она не могла отрицать: его часть работы была безупречна. Реактор гудел ровно и четко.

Сергей тем временем достал из ящика пару энергетиков, поставил один рядом с её ноутбуком.

— Чтобы не упала в обморок от усердия, — бросил он, прежде чем отвернуться к своим чертежам.

Она не поблагодарила. Но когда он вышел проверить подключение генератора, её рука потянулась к банке сама собой. Холодок напитка смешался со вкусом досады — и чего-то ещё, что она не хотела признавать.

Лаборатория замерла в ожидании. Виктория поправила манжету халата, отряхнулась от невидимой пыли, переводя взгляд на дверь. Её ладони слегка вспотели, но голос, когда она репетировала вступление, звучал чётко и звонко. Сергей, прислонившись к стойке с оборудованием, лениво перебирал пульт для слайдов. Его взгляд скользнул по её спине — прямой, как струна, — и он едва заметно усмехнулся.

— Готовы? — спросил он, но это прозвучало скорее как утверждение, чем вопрос.

— Перманентно, — бросила она через плечо, не оборачиваясь.

Дверь распахнулась с тихим скрипом. Первым вошёл декан, Игорь Васильевич, его седая борода контрастировала с моложавой энергичностью жестов. За ним следовали двое инвесторов: женщина в строгом костюме-двойке, чей взгляд сразу же устремился к реактору, и мужчина лет пятидесяти с дорогими часами на запястье, который уже достал блокнот.

— Виктория, — кивнул декан, и девушка почувствовала, как учащается пульс. — Покажите, на что способна ваша команда.

Она сделала шаг вперёд, подчистив голос. Лампы приглушились, и экран за её спиной ожил, залив стены голубоватым светом.

— Уважаемые коллеги, — начала она, и даже Сергей невольно выпрямился, услышав эту твёрдую интонацию. — Сегодня мы представляем будущее энергетики. Биотопливо, которое не просто снижает выбросы, но и превосходит традиционное топливо по эффективности.

На экране возникла диаграмма: зелёные столбцы их разработки возносились вверх, оставляя далеко позади красные отметки нефти. Инвестор в костюме-двойке приподняла бровь, а мужчина с блокнотом замер с ручкой в воздухе.

— Представьте: 40% меньше CO₂ при вдвое большей энергоотдаче, — Виктория жестом выделила график, её ноготь щёлкнул по указке. — И всё это — из возобновляемого сырья. Отходы сельского хозяйства, водоросли, даже органический мусор.

Сергей незаметно переключил слайд. Появилась 3D-модель реактора, медленно вращающаяся в воздухе. Он сдержал улыбку, заметив, как Виктория слегка наклонилась вперёд, словно пытаясь загипнотизировать аудиторию.

— А вот наши последние испытания, — она кивнула Сергею, и экран заполнился видео: биотопливо горело ровным пламенем в тестовой камере, датчики показывали стабильные цифры. — Ни сажи, ни токсичных испарений. Чистая энергия.

Декан одобрительно хмыкнул, а женщина-инвестор наклонилась к коллеге, что-то быстро записывая. Виктория почувствовала прилив уверенности.

— Теперь о цифрах, — она повернулась к экрану, но слайд уже сменился — Сергей предугадал её шаг. Перед комиссией всплыли расчёты себестоимости: их биотопливо было дешевле нефти на 15%.

— Это… впечатляет, — не выдержал мужчина с блокнотом, и Виктория поймала взгляд Сергея. Он стоял в тени, пульт в одной руке, вторая замерла на кнопке резервного генератора. Его глаза блеснули — короткая вспышка гордости, которую он тут же погасил.

— Спасибо, — ответила она, не сбиваясь. — Но главное — масштабируемость. Через год мы сможем…