Я больше не знала, кого именно люблю.
Того Хёнджина, который смотрел на меня так, будто я — его дом? Или того, о котором говорил Минхо — холодного, расчётливого, умеющего держать людей на крючке, даже не прикасаясь?
А если… если это один и тот же человек?
Мне было страшно не от слов Минхо. Мне было страшно от того, что они укладывались.
Каждый его жест.
Каждое «проходи».
Каждое «ты моя».
Я всегда думала, что он цепляется за меня, потому что ему больно. А если он цеплялся, потому что не мог позволить мне уйти?
Я защищала его от всего мира. А он, возможно, защищался мной.
И от этой мысли меня мутило.
Но хуже всего было другое. Даже зная всё это… даже допуская, что Минхо может быть прав… я всё равно хотела вернуться.
Хотела увидеть его лицо.
Хотела услышать голос.
Хотела, чтобы он сказал, что всё не так. Что он не такой.
И именно тогда я поняла самое страшное. Если он правда манипулятор — то ловушка уже захлопнулась. Потому что я не знала, где во мне заканчивается моя воля, и начинается он.
Я хотела спасти Хёнджина.
А теперь не была уверена, кто из нас двоих нуждается в спасении больше. И был ли у меня вообще шанс выйти из этой истории живой.
Я приехала в Дом за очередной порцией крови.
Дом встретил меня... обычно. Те же глаза, что следили, оценивали, решали что-то за меня и без меня.
Я отвернулась, не желая радовать их своим вниманием. Увидела Джину и подошла к нему.
- Привет, - тихо сказала я.
Он обернулся.
- О, Кусыль. Случилось что-то?
Я поджала губы.
Не знала, что сказать.
Каждый день что-то случалось.
- Всё, как обычно, - в итоге, сказала я. - Без изменений.
Джину смотрел на меня, будто пытался что-то понять по моему лицу. Но я уже сама ничего не понимала.
- Кусыль, - я услышала голос за спиной.
Обернулась. Увидела, как ко мне идёт Хёнджин.
Я напряглась.
Вампиры расступались, пропуская его ко мне. А я... сделала шаг назад. Потом ещё один. И ещё. Пока не уперлась в стенку.
Понимала, что мне не сбежать. И Хёнджин тоже понимал это.
Поэтому намеренно шёл ко мне на глазах у всех.
Я поджала губы.
Чёрт.
- Кусыль, - он подошёл ближе. - Давай поговорим.
- Нет, - возразила я. - Мне не о чем с тобой разговаривать.
Я услышала шёпот за спиной. Оглянулась, ловя на себе чужие взгляды.
Хёнджин остался стоять.
Спокойно. Даже слишком.
Пальцы начали холодеть.
Я нервно сглотнула.
- Мне нужно поговорить с тобой, - настойчиво сказал он.
- Оставь меня, - вырвались слова.
- Нет, - упрямо сказал Хёнджин.
Я почувствовала, как сердце забилось быстрее.
Я в ловушке.
В ловушке.
Я снова обернулась, ловя на себе чужие взгляды. И мне стало до боли дискомфортно.
Зачем он делает это со мной?
- Хорошо, - согласилась я. - Я поговорю с тобой, но не здесь.
- А где?
- На улице.
Хёнджин улыбнулся.
- Хорошо, - спокойно сказал он и пошёл к выходу.
Я поспешила за ним, пытаясь сбежать от лишних глаз, что так сильно давили на меня.
Мы вышли на улицу.
- Зачем ты пришёл сюда? - недовольно спросила я.
- А нужно было прийти к тебе домой? - спокойно спросил Хёнджин.
- Нет, лучше здесь.
Хёнджин усмехнулся.
- Так зачем ты пришёл? - недовольно спросила я.
- Прости, - полушёпотом ответил Хёнджин.
Я нахмурилась.
- За что?
- За всё.
- Ты даже не знаешь, за что извиняешься, - я усмехнулась.
- За то, что тебе не посчастливилось встретиться со мной, - тихо сказал Хёнджин.
- Ты серьёзно? - недовольно спросила я.
Хёнджин отвёл взгляд.
- Я всегда всё порчу.
Я недовольно поджала губы. Эти слова должны были меня оттолкнуть. Но почему-то резанули слишком глубоко.
Хёнджин посмотрел мне в глаза.
- Что мне сделать, чтобы ты осталась? - прошептал он. - Скажи, и я сделаю.
Я растерянно посмотрела на него.
Отредактировано: 30.04.2026