❅ Любовь под снегом ❅

Глава 10

Марина проснулась с единственной мыслью — воды! Протянула руку, пытаясь нащупать табурет с кружкой, но та ухнула вниз, не встретив препятствия. Открыв один глаз, девушка увидела стакан сока. Он стоял в паре метров от неё на стеклянном столике причудливой формы и просто кричал «выпей меня». Марина сглотнула, но в горле нестерпимо першило и облегчения это не принесло, протянула руку, будто достаточно произнести «вингардиум левиоса» и стакан сам слевитирует в руку. Ничего не произошло и еще не до конца проснувшаяся девушка поняла, надо выбираться из–под одеяла и топать ножками.

Голова болела, сил двигаться не было совершенно, но вожделенный стакан с жидкостью манил.

«Грейпфрутовый. Вкусно. Хотеть» — мозг потихоньку начинал выполнять свои обязанности, но как–то несвоевременно и со скрипом. Маришка осторожно, опасаясь лишний раз дёрнуть головой, перевернулась, спустила обе ноги на пушистый ковер и медленно–медленно вытянулась во весь рост. Всё тело ломило и болело, но не так сильно, как голова. Несколько аккуратных шагов и заветный стакан с тёмно–розовым нектаром у неё в руке.

Кто–то копошился рядом и Александр проснулся. Марина!

«Чёрт! Ну я и осёл! Обещал же Ленке! Она меня убьёт! — мужчина открыл глаза и сел. — Вот это вид!».

Марина, совершенно обнажённая, стояла вполоборота к нему и жадно пила сок. Глаза её были прикрыты, то ли от блаженства, то ли досыпала на ходу, и Александр лёг назад, сделал вид, что спит, давая девушке возможность накинуть одежду. Лишнее смущение ни к чему.

Пить хотелось ужасно, но при виде прекрасной нимфы организм подключил скрытые резервы и рот наполнился слюной, стало немного полегче.

Девушка вскрикнула и, судя по звуку, уронила стакан. Александр зажмурился посильнее и спросил:

— Уже можно открывать глаза?

— Э, да, наверное.

Марина сидела на краю разложенного дивана, закутавшись по уши в плед с кресла. Хозяин дома приподнялся на локте и удивлённо огляделся по сторонам, одежды не наблюдалось. Он заглянул под одеяло, хоть и без того чувствовал наготу.

— Я ничего не помню, — выдавила из себя девушка. — Только как пила шампанское в универе. И танцы. В самом начале.

— Странно, но я тоже не всё помню. Алкоголь палёный, наверное, был. Обычно подобных казусов со мной не случается. Небось, закупили на базе какой–нибудь шампанское. Оно и было–то не очень, просто подходило мероприятию, как декорация. Блин, хреново–то как, — Александр потёр виски. — Так, давай начнем с другого. Иди в ванну, она там, — мужчина ткнул пальцем в черную дверь, — приводи себя в порядок. Как будешь готова, крикни, принесу тебе что–нибудь из одежды. Тоже немного приду в себя и будем разбираться. Может, к тому времени к кому–то память и вернется. Идёт?

— Ага.

Как только дверь за блондиночкой закрылась, Александр метнулся к заветному пакету с соком и сделал глоток. Блаженство!

— А каким полотенцем… — закукленная в плед барышня стояла в дверях с открытым ртом, забыв слова.

Прикрываться пачкой сока было глупо и мужчина просто ответил, что полотенце можно брать любое, они все чистые. И продолжил пить. «Раз Миссисипи два Миссисипи три… — считал он про себя. Дверь хлопнула через двенадцать секунд. — Рассмотрела всё, видимо. Ладно, будем считать, что квиты».

Пока девчонка шумела душем Александр обыскал квартиру — её одежды не было. Шуба с шарфом в рукаве висела в гардеробной у входа, обувь стояла рядом с его ботинками, а платье и бельё будто испарились.

— Чёрт, надо одеться хоть для приличия.

Марине мужчина отнёс пару длинных футболок на выбор и ушёл ждать на кухне. Красная как рак девушка едва ли не прижимаясь к стене прошла к столу и села напротив.

— Ладно, не дёргайся, нормально всё. Не мы первые, не мы последние. Вспомнила хоть что–нибудь? — Марина повертела головой и мужчина продолжил: — Ну и ничего страшного. Давай пока позавтракаем. Сможешь приготовить или мне кормить тебя холостяцким завтраком?

Маришка кивнула. Ей было слишком стыдно, чтобы говорить. Казалось, открой она рот и оттуда посыпятся лягушки. Мало того, что напилась в компании собственного директора, так еще и проснулась у него дома голой! Душ помог немного прийти в себя и воспоминания хлынули потоком вместе со струями воды. Сон это или действительно произошедшее, Маришка не была уверена на сто процентов, но в голове творилось такое!

«Пусть это будет сон» — истерично думала девушка.

Вот она идет к машине, размахивая пакетом. В нём лежит снятое в туалете университета платье и туфли. Она пока думает, что Александр отвезет её домой, но они садятся в такси и едут к нему. Зачем? Этого Марина не помнила. И пакета в машине уже вроде бы не было.

Он целует её в лифте. Горячо, долго. Расстегивает шубу и прохладными после улицы руками обнимает её почти обнаженное, разгоряченное страстью, тело, гладит, прижимает к себе крепко, так, что она только и может постанывать и цепляться за него, царапая ногтями одежду в бессильной попытке разодрать в клочья.

Двери лифта открываются, по Маришкиному телу скользит холодок. Мужчина тащит её к красивой коричневой двери и дальше, в коридор квартиры.

Безумие продолжается.

Не успевает она прийти в себя, как уже целует его сама, расстегивает мелкие черные пуговицы рубашки. Нетерпеливо, то и дело дергая. Резкий рывок — и пара пуговиц летит на деревянный пол. Стука чёрных кругляшей Марина не слышит. Из–за своих стонов, из–за судорожного дыхания.