❅ Любовь под снегом ❅

Глава 22

Катя опоздала на работу на целый час. Это было выдающееся событие, так как секретарь славилась своей пунктуальностью и педантичностью. Впрочем, Марине было пофиг. Ей вообще на всё было пофиг последние два дня. Её адски тошнило. Каждое утро с шести до семи утра. По графику. От чего, она даже не сомневалась. Но сегодня утром сбегала в аптеку и купила тест. Просто, чтобы убедиться в подозрениях.

Саша улетел в Москву почти на неделю и девушку на работу и с работы возили Денис с Леной. Первым делом Маришка пошла не в кабинет, а в дамскую комнату, и через некоторое время тупо сидела на закрытом унитазе, разглядывая те самые две полоски.

Подозревать, что беременна, и знать это — совершенно разные чувства. Марина была ошарашена, шокирована, напугана. И немножко счастлива.

Когда, наконец, она переехала к Саше и успокоилась, мысли о детях стали появляться сами собой. Мама хорошо промыла мозг или действительно это одно из вшитых в женское подсознание качество, Марина не знала. Но воспоминания о том, что произошло в новогоднюю ночь, под огромными сказочными хлопьями снега, не оставляли. И девушка начала задумываться, как было бы здорово, если бы именно тогда произошло ещё одно чудо.

— Да, блин, чудо, — бормотала Марина, уже сидя за рабочим столом и тупо уставившись в одну точку.

— Привет! — сходу поздоровалась Катя и швырнула сумку на гостевой диванчик, да так сильно, что та распахнулась и явила миру пару тюбиков помады, тут же скатившихся с покатого сидения на пол. Пластик звонко щёлкнул и лопнул.

— Ой, разбился, — встрепенулась Маришка.

— Моя жизнь разбилась к чертям похлеще этой помады! Только добилась повышения, карьера, считай, в кармане была, — Катя зло топнула ногой и раскрошила пластиковый колпачок окончательно.

— Что случилось?

— Что, что? Беременна я! — выпалила Катя и разрыдалась, неизящно упав на тот же диванчик.

Марина задохнулась от боли, от ярости, от несправедливости! Как наяву она помнила тот разговор в гостинице, где Александр признался, что спал с Катей. Точнее, не стал опровергать. Горячие слёзы прочертили дорожки на побледневших щеках, собрались на подбородке и тяжёлыми каплями принялись падать, разбиваясь о поверхность стола веером брызг.

Голова стала пустой и звонкой. Ничего не соображая, Марина встала, прошла к шкафу, надела верхнюю одежду и вышла за дверь. Рыдающая Катя не сразу заметила отсутствие коллеги, а когда очнулась, увидела, как много прошло времени, подскочила, испугавшись.

«Чёрт! Чёрт! Чёрт! — думала она, стирая салфетками потёкший макияж. — Саша меня убьёт. Небось, доложили кумушки! Вот же ж сучки крашенные! Бедная девочка! Я тоже хороша, могла бы и добавить, что от парня своего. Ай!»

Так быстро рассказывать о своём положении руководству Катя не планировала, но ситуация сложилась не лучшим образом и девушка решила признаться. Марина ушла без сумки и телефона, времени прошло почти два часа, и секретарь разволновалась, привела себя в порядок и пошла «на ковёр» к Денису Александровичу.

Денис со службой безопасности сбились с ног в поисках. Точно смогли проследить только путь до автобусной остановки. Звонки родственникам и друзьям ничего не дали. Девушка как сквозь землю провалилась. Без кошелька и телефона.

Пока медленно седеющий Денис разыскивал её по всем заведениям города лично, Марина бездумно каталась на автобусе. Она и сама не помнила, как в нём оказалась. За окном проплывали дома, деревья, ходили люди, ездили машины, но ничего не привлекало внимания, не выводило из странного безучастного состояния.

— Девушка, конечная, — в который раз прокричал водитель и Марина перевела расфокусированный взгляд из–за окна на мужчину. Машинально встала, нащупала мелочь в кармане, ссыпала без счёта звонкие монетки в пластиковую баночку у входа, спустилась по ступенькам и пошла вперёд.

Она просто гуляла. Шла вдоль дороги, не обращая ни на кого внимание, не думая ни о чём. Не заметила, как прошла дом родителей, родной университет, дом, в котором жила с Александром. Не заметила здание железнодорожного вокзала, которым всегда любовалась. Проскочила дом с головой быка в Трудовом переулке, не разглядывая, как обычно. И даже наряженная к Новому году площадь, правда уже без ёлки, в центре города не привлекла её внимание.

Мерный звук шагов успокаивал девушку, вводил в состояние транса и она просто шла вперёд. На нос упала снежинка. Марина подняла голову, посмотрела на низко висящее одеяло из серых туч. Начинался снегопад. Как тогда, в Китае.

Слёзы пришли внезапно: хлынули бурным потоком, размывая косметику, очищая душу. Марина зашла во дворик какого–то дома, села на качели и прикрыла глаза руками. Её трясло. От рыданий, от обиды, от сдерживаемых ранее эмоций. Не хватало воздуха — нос был забит и бесконечно хлюпал.

После слёз немного полегчало, но сил не осталось. Маришка огляделась по сторонам, но где оказалась, понять не смогла. Пошла на шум дороги.

— О, Гайдамак, — облегчённо выдохнула девушка, увидев знакомые ориентиры.

Денег в карманах не оказалось, телефон, по всей видимости, остался на работе. Зато Настя жила недалеко и у Марины даже мысли не возникло пойти куда–нибудь в другое место.

Через полчаса лягушка–путешественница сидела в комнате подруги, пила душистый чёрный чай с малиновым вареньем и ела бутерброд с домашней бужениной.