Любовь после брака

Глава первая. Странности

Магия. Одно это слово было основой нашего королевства — да что уж там, всего мира. Чем сильнее дар, тем больше шансов на безбедную жизнь.
Иления хоть и не была большой страной и не обладала сложными природными барьерами для защиты границ, но имела статус самой сильной державы в магическом смысле. В Королевскую академию магии стекались одарённые со всего света, и каждый из них имел право на бесплатное обучение. Взамен, после выпуска, маг или магиня переходили на службу в профильное министерство на долгие двадцать лет.
И хоть для жизни одарённого это срок ничтожный, за годы службы в них воспитывался естественный патриотизм. Поэтому многие оставались и после окончания контракта. Его Величество король Леонард Винград — живший несколько столетий назад и запустивший эту систему — был человеком мудрым и дальновидным.
Маги делились на несколько основных групп по первичному дару, а затем распределялись по подгруппам в соответствии с предрасположенностью. Главными считались артефакторы, стихийники и менталисты. Для каждой группы существовали отдельные факультеты; общие предметы вроде магического права, истории и этикета преподавались совместно.
С момента поступления в Академию и до самого выпуска студент становился независим от семьи, обязательств и других сдерживающих факторов. Все решения, касающиеся дара и обучения, ложились исключительно на его плечи.
Родители могли мечтать, чтобы их ребёнок стал законником — но нет, не в Академии. Если одарённый хотел уйти в дознаватели, никто и ничто не могло повлиять на его выбор. Разумеется, обходные пути существовали: можно было надавить на ребёнка, пригрозить, усилить чувство долга перед родом. Но факт оставался фактом — маг имел полное право выбирать свой путь сам.
Я была неплохим огненным стихийником и, по результатам независимой оценки, прекрасно подходила на роль заклятийника. Этот подвид стихийной магии отвечал за создание новых плетений и требовал высокой концентрации и усидчивости. Впрочем, эти качества подходили и к другому моему дару — тому, что достался по наследству то ли от бабки, то ли от прабабки.
Менталистика — сложная, опасная и многогранная наука. Будь я дочерью другой семьи, будь чуть более амбициозна — возможно, я занялась бы ею. Но когда на втором курсе дар неожиданно проявил себя, я не испытала ничего, кроме беспокойства. Менталистов не любили. Да и кто в здравом уме будет доверять тому, кто способен заглянуть в твою голову и увидеть самые потаённые желания?
И всё же менталисты были нужны — Министерству магического порядка, законникам, дознавателям, боевым магам, даже артефакторам. Я понимала, что судьба могла круто измениться, стоило лишь принять решение о развитии дара. Но тогда, в далёком прошлом, я не сделала ничего. Просто смирилась со своей сутью: не развивала, но и не блокировала.
Прошли годы. Когда детям исполнилось по три, я случайно наткнулась в герцогской библиотеке на раздел, посвящённый менталистике, — и увлеклась. Развивать способности после окончания Академии и замужества не представляло уже никакой угрозы.
Привычно устроившись в уютном кресле у большого окна, я окинула взглядом просторное помещение, заполненное книгами от пола до потолка. Какими же прекрасными казались тишина и спокойствие, царившие в этом храме знаний. Переведя взгляд на стоявший рядом столик, я провела пальцами по корешкам древних, как мир, фолиантов, обещавших мне чудесное утро.
Первый из них был посвящён менталисту-самоучке, жившему несколько веков назад. Он утверждал, что при помощи остаточного магического следа можно определить не только направление, по которому ушёл человек, но и распознать его возраст и примерную внешность. Книга была написана тяжёлым, запутанным языком, местами непоследовательна, но всё же невероятно увлекала. За чтением я едва не пропустила обед.
Спустившись в малую столовую, я с удивлением обнаружила, что стол не накрыт, а в помещении нет ни души.
Сзади бесшумно появилась служанка, которая, заметив моё замешательство, торопливо произнесла:
— Леди Лантервест, прошу прощения. Лорд распорядился накрыть в большой столовой.
Я едва удержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Эндриан... Боги, как я могла забыть, что он тоже здесь? Его постоянное присутствие казалось странным и непривычным. Муж, ни много ни мало, занимал должность министра магического порядка. В его подчинении находилось не меньше пяти ведомств — и это лишь те, о которых я знала. А сколько ещё скрывалось за стенами королевского кабинета, под печатями тайных распоряжений, я боялась даже предположить.
Дома Эндриан появлялся крайне редко, ночевал ещё реже. Обычно он проводил немного времени с детьми, осведомлялся о моём самочувствии — и снова уезжал. Поэтому теперь, видя его рядом, я всё никак не могла привыкнуть к новой реальности.
Пройдя по широкому коридору, я свернула налево и открыла большие створчатые двери. Эндриан уже сидел за столом, на хозяйском месте, и с лёгкой раздражённостью посматривал на часы. Завидев меня, он кивнул, словно соглашаясь с какими-то своими мыслями.
— Анабель, ты припозднилась. Позволишь мне закончить обед раньше? Много дел. И… я ждал тебя утром. Неужели нет никаких вопросов?
Я прошла к противоположному краю стола — там уже было накрыто. Нахмурилась, пытаясь вспомнить:
— Прошу прощения, кажется, я забыла о твоём приглашении. Но, по правде говоря, ничего нового, чем могла бы с тобой поделиться, не случилось. Всё идёт своим чередом. Разве что графиня Эванс прислала приглашение на осенний бал. Полагаю, мы можем вновь ответить отказом?
Он приподнял бровь:
— Почему же? Сходим. Или ты против?
— Не то чтобы, — пожала я плечами. — Просто мы не появлялись на светских событиях уже лет семь. Не думала, что твоё присутствие что-то изменит.
Эндриан едва заметно усмехнулся, поднялся из-за стола, пожелал приятного аппетита — и просто ушёл.
Я проводила его взглядом. Всё это казалось странным. Если бы он действительно решил взять отпуск, я бы поняла. Но документы с печатью министерства, которые я видела у него в руках, ясно говорили: работа идёт полным ходом. Да и это внезапное желание — сходить на бал...
Ладно. Возможно, дальше всё прояснится.