Любовь с категорией «a»

ГЛАВА 1 ДЖЕННИ

АННОТАЦИЯ

Дженни

Дженнифер Коллинс переезжает жить в другой город к маме, которая хорошо зарабатывает на жизнь в модельном агентстве. В новом городе, в новой школе все проходит обычно, пока в нее не влюбляется красавчик академии Беверли – Ричард Браун. Но помимо этого есть еще и проблемы в семье, которые решить может только она.

Ричи

Умный, красивый, смелый Ричард Браун умен в бейсболе, но у каждого своя мечта, а его мечта принадлежит другой игре. Жизнь этого парня непроста. В ней много разочарований, боли, страха. Поможет ли Дженни справиться со всем этим. Или же сама разочарует Ричи, тем самым и сделает ему больно? 

    ГЛАВА 1

          ДЖЕННИ

Что чувствует ребёнок когда переезжает в другой город и ему приходиться менять школу? Страх, что его не примут, что он не понравится одноклассникам и будет для них изгоем? Или радость, что у него будут новые знакомства, приключения и первая любовь? Не знаю, что чувствуют такие дети, попадающие в такую ситуацию, но я не чувствую ни страха, ни радости. Я чувствую безразличие. Потому что я меняла школу и переезжала в другой город три раза. Но мой десятилетний брат Гилберт всегда чувствует радость.

Я родилась в штате Колорадо в городе Денвер. Потом нам с мамой, папой и Гилбертом пришлось переехать в более экономный город и мы поехали на юг Техаса в город Харлинген, потому что маму уволили, а папа серьёзно заболел. У него обнаружили рак желудка. Но все обошлось, и через полгода у папы была ремиссия. В Харлингене мы прожили меньше года и мы переехали в Мак-Аллен, ничем не отличавши отличавшийся от Харлингена. Такой же бедный, а уровень безработицы больше. А ещё в этом городе высокий процент людей, страдающих ожирением. В школе в Мак-Аллене, половина класса, где я училась были… не очень худыми. Я очень боялась, что ожирею, но и в Мак-Аллене мы не задержались и я с облегчением выдохнула. После Мак-Аллена мы переехали в Майами. Этот город навсегда останется в моём сердце. Там было все по-другому: пляжи, солнце, знойные вечеринки. И там же была моя первая любовь по имени Джош. Именно с Джошем я потеряла девственность. Случилось это буквально  три месяца назад. Неделю назад мы расстались, потому что отношения на расстоянии это не моё. Чем быстрее забудешь, тем быстрее заживут раны. Но я знаю, что он будет писать и звонить мне, потому что он хороший. Он правда хороший, но мне было несложно с ним расставаться. Знаю, это подло, несмотря на то, что он многое для меня сделал, но мне с ним было скучно. Наверное, я с ним встречалась больше из жалости, но я правда любила его.

После трёх месяцев жизни в Майами, один очень влиятельный человек заметил в маме модель и предложил ей работу в Лос-Анджелесе. Сейчас мама работает моделью и зарабатывает пятнадцать тысяч долларов за один показ на подиуме или фотосессию. Каждый месяц на мою карту приходит три тысячи долларов. Спасибо маме! Я горжусь мамой за то, что она добилась успехов, но я не горжусь тем, что она променяла семью на работу. Но она сказала, что это всю ради меня и Гилберта, чтобы у нас было хорошее образование, статус, шмотки. Но мне не нужны деньги, мне нужна мать. Как бы банально это не звучало. Так, что прямо сейчас, на скорости сто двадцать километров в час мы с папой едем из аэропорта к маме в Лос-Анджелес на дорогом красном Toyota Prius 2016. Я влюбилась в него с первого взгляда.

— Можете сделать погромче, Коди. – прошу я водителя мамы из заднего сиденья.

С Коди мы познакомились ещё в аэропорту. Точнее папа и Гилберт. Он стоял в тёмных джинсах и в белой рубашке, с затянутыми рукавами (Очень сексуально), с табличкой в руках с надписью «Самая красивая дочь – ДЖЕННИ, сынок - ГИЛБЕРТ и их папа!» Да, несложно догадаться кто придумал эту надпись. Мама. Решила подмазаться. Так, что на сегодня Коди наш гид и водитель.

Из колонок Тойоты доносился трек Justin Bieber – I don't care. Я пританцовывая толкаю локтем папу, прося, чтобы он присоединился, но он с грустной улыбкой только покачал головой. Он расстроен, что мы переезжаем непросто в Эл-эй, а к маме в Эл-эй и жить мы будем именно у нее в доме. И именно я уговорила его переехать в Лос-Анджелес. Так бы мы переехали в Бостон. Я прильнула к нему, как бы давая понять, что я рядом.

— Пап, я всегда буду тебя любить. Не нужно думать, что я забуду про тебя и буду больше уделять внимание маме. – говорю я беря его за руку. – Ты знал, что в Лос-Анджелесе мужьям запрещается бить своих супруг ремнем шире 2-х дюймов (около 5 см)?

Папа начинает смеяться, а я вместе с ним.

— Что? Серьёзно?

— Да! Но запрет может быть снят в том случае, если жена согласится, чтобы ее «воспитывали» ремнем, превышающим допустимую ширину. – говорю я. – В общем полный бред… А, ещё В Эл-Эй практически нет общественного транспорта. По городу все передвигаются на автомобилях.

— Почему? – спрашивает Коди.

— Потому что здесь это не роскошь, а средство передвижения.

Дальше мы ехали в тишине до самого дома. Как только машина остановилась я сразу же выбираюсь из нее и иду по дорожке к шикарному двухэтажному дому, возле которого стояла улыбающаяся мама с тортом в руках. На ней коротенькие джинсовые шортики и топ. Мама у меня красивая. Модель всё-таки. Длинные волосы, узкая талия, длинные, худенькие ножки и самые офигенные скулы. Моей маме тридцать четыре, она родила меня в семнадцать лет. Но я ей больше двадцати пяти не дала бы. Странно, но такое редко бывает. Я имею ввиду красоту, которая сделала природа, а не все эти пластические операции. Не понимаю таких людей, которые ложатся под нож.

— Женщинам не нужна короткая юбка или короткий топ, чтобы произвести впечатление на мужчину. – говорю я маме крепко обнимая ее, искоса смотря на папу, который вышел из машины и направляется к нам.

— Да? А, что женщинам нужно? – улыбается мама, смотря на папу.

— Будь просто честна перед собой! И... надеюсь, это искренняя улыбка.