Любовь слепа. Нежность

Начало истории

"Не осень в нашей грусти виновата, а лишь в душе — отсутствие весны…"

© Валерий Патрушев

Свет. Много света. Я нахожусь в просторном зале. Через большие окна проникают лучики солнца и делают золотые узоры на стенах еще ярче. Я слышу заливистый смех ребенка и нежную мелодию.

- Давай малышка, это не так уж и сложно.

- Тебе легко говорить, пап, ты-то все умеешь!

- Ты не права. Я умею далеко не все.

- А я уверена, что умеешь!

Девочка вновь засмеялась и закружилась в танце с отцом.

Я вижу их. Тонкую и хрупкую фигурку ребенка, которая держит своими маленькими ладонями руки красивого мужчины. За их спинами  развеваются, как от ветра, белоснежные крылья с большими перьями. В мужчины они сильные, способные в любую минуту поднять их хозяина высоко в небеса, а у девочки – маленькие, как у птенца, еще не научившегося хорошо летать.

Этот сон я вижу не впервые. Точнее, он повторяется каждую ночь со дня смерти родителей. И всегда заканчивается одним и тем же…

Музыка резко прерывается, и фигуру мужчины окутывает тьма. Слышно, как кричит ребенок. В зале появляются крылатые воины. Тьма подбирается и к ним, скоро слышаться лязг оружия и крики солдат. Невозможно понять с кем борются солдаты, но ясно одно – их противник силен. Сгустки неестественной темноты подобрались к ребенку и попытались схватить ее, но в этот момент к девочке, со страхом на лице, подбегает женщина, и взяв ее на руки уносит подальше от страшных событий. Ребенок, перед тем как исчезнуть в спышке света, сквозь слезы и крик видит безжизненное, окровавленное тело отца.

Мой сон прерывается мелодией будильника. Я вытираю глаза, мокрые от слез, и начинаю готовиться к очередному серому дню. Я много раз задавалась вопросом: почему именно этот сон? Каждую ночь я переживаю одно и то же. Сюжет никогда не меняется. И когда просыпаюсь, я все еще слышу этот отчаянный крик ребенка.

Я никогда не разговаривала о высших силах с моими родителями. Мы не ходили в церковь, даже по праздникам. В наше время это, конечно, не редкость, но у меня создалось впечатление, что папа с мамой всячески избегали этой темы.  Я думала, что они просто не слишком набожны и давали мне право самой выбрать, во что верить. До появления этих снов я даже не задумывалась о моем отношении к этой теме, но что-то подсказывает,  что эти сны начали мне сниться неспроста. Может быть это какой-то знак? Или просто тоска о родителях, которая переросла вот в такую странную форму. Возможно, даже придется сходить к психологу.

Сейчас я живу в большом особняке абсолютно одна. Конечно, по документам у меня есть опекун, который «заботится и воспитывает» меня. Но то, что было написано в документе, там и осталось. Сейчас мне 17, не так уж и много времени осталось до совершеннолетия, так что меня все устраивает.  Есть домохозяйка, которая время от времени приходит навести чистоту в доме  и регулярно на банковскую карту приходят средства, которые дают возможность жить, не в чем себе не отказывая. Уж не знаю, как родители все это устроили, но семейный юрист заверил меня, что мой опекун – это хороший друг отца, который примчится, как только у меня возникнут какие-то проблемы. Ну, а пока – я предоставлена сама себе. Учиться в школе осталось всего год, но дальше у меня тоже все схвачено. Я закончу какой-то престижный ВУЗ и пойду работать в папину компанию, которой сейчас управляет еще один хороший друг отца, которого он назначил своим заместителям как раз перед катастрофой. Конечно, мне не о чем волноваться, ведь родители все предусмотрели, как утверждает сам юрист. Жаль только, что меня не успели предупредить о том, что собираются покинуть этот мир. И если бы я собственными глазами не видела раздавленную в лепешку машину и  четыре покалеченных тела - своих родителей, их водителя и виновника аварии - никогда не поверила бы, что они ушли уже навсегда. Иногда, кажется, что вот сейчас мама зайдет в комнату, обнимет меня и спросит, как прошел день в школе. Вечером вернется с работы папа, и в свойственной ему шутливой манере, поинтересуется: «Мою красавицу-дочку никто не обижал?». Но каждый раз, приходя со школы домой, я понимаю – они не вернутся. Никогда.

Слезы закончились через неделю после похорон. Еще через месяц я пошла в школу. Не потому, что чувствовала потребность в учебе. Нет. Я просто пыталась отвлечься. Скорбь съедала меня заживо. Я не могла ни есть, ни спать. Но как-то засыпая, в очередной раз, под утро, я поняла – это не жизнь. Это – существование. А я уверена, что родители не желали бы мне такой участи. И как бы я не злилась на них за то, что они меня оставили, я сделала так, как, думаю, хотели бы они.

Сегодня очередной учебный день и мне нужно приложить титанические усилия, что бы встать с кровати и позволить водителю отвезти меня в школу. Уже сидя в машине и смотря в окно, я видела, как холодные капли осеннего дождя стекают по стеклу, отбивая ритм жизни шумного города. Когда-то я очень любила осень за ее неповторимые цвета, но сейчас - она мне ненавистна. Иногда, кажется, что погода отображает мое состояние души – мокро, сыро, холодно, одиноко. И это напоминает о том, что мне уже негде и не у кого согреться.

В школе как всегда очень шумно и многолюдно. Это одно из самых больших и престижных учебных заведений в городе.  Ученики бегают по коридорам, пытаясь успеть в свой класс, за те несколько секунд, что остались до звонка. Я, доставши свои книги и конспекты, находу готовлюсь к уроку. И вот, один из таких вечно спешащих учеников, пробегая мимо, толкает меня, и я роняю все свои вещи, которые теперь разбросаны по грязному полу. Наклоняясь, чтобы все собрать, я слышу красивый голос мужчины, который сказав «Позвольте Вам помочь…» подбирает  мои книги и конспекты и протягивает мне. Посмотревши на него упор, я про себя отметила, что, таких как он, мне еще никогда не доводилось встречать. Слишком красив. И вдруг меня охватило чувство дикого необъяснимого страха. Наверное, все переживаемые эмоции отразились у  на лице, потому что мужчина, внимательно посмотрев на меня, уже собирался что-то сказать, но не успел – прозвенел звонок на урок. Так и не сказавши ни слова, напоследок только слегка улыбнувшись, незнакомец уходит. Справившись с оцепенением, я поднимаюсь с пола и неуверенно проговариваю в пустоту: