Любовь, смерть и кибертронцы

Глава 1.

“Привяжет она тебя к себе чем-то, чего не видно, а порвать — нельзя, и отдашь ты ей всю свою душу.”

Мои глаза неотрывно следили за часами на приборной панели старенького минивэна — стрелки медленно, будто назло, ползли вперёд.

Машина уже давно потеряла остатки своего былого лоска: облезлая краска, затёртые сиденья, лёгкий запах детских завтраков и случайных переживаний.

Я приехала к начальной школе около пятнадцати минут назад и всё ещё сидела, сцепив руки на руле.

Школа находилась в респектабельном районе, примерно в пяти километрах от нашего дома — именно туда я когда-то ходила сама, будучи ещё девчонкой с растрёпанным хвостиком и слишком тяжёлым рюкзаком.

Постукивая пальцем по рулю, я вполголоса напевала модную мелодию, доносившуюся из радиоприёмника. Музыка играла как фон — привычный, неотъемлемый ритм ожидания.

Наконец мой взгляд зацепился за троицу детей, весело шагающих по тротуару. Они что-то оживлённо обсуждали, смеясь и перебивая друг друга, как будто мир вокруг вовсе не существовал.

Я тут же высунулась из уже открытого окна и, приложив пальцы ко рту, громко свистнула. Несколько прохожих обернулись с любопытством, а дети остановились как по команде, подняв головы.

И я выдала лучшую версию радостной улыбки — ту, что маскировала накопившуюся за день усталость, — и энергично помахала им рукой.

— Эй-Джей! Маркус! Морган! — мой голос прозвучал бодро, хотя в груди уже сверлило желание просто уткнуться в подушку и провалиться в тишину.

Чёрные очки ловко скрывали мешки под глазами — верный знак офисного героя, который пережил ещё одну бессонную ночь, а жвачка отчаянно боролась с запахом лука, оставшимся после скоростного завтрака на рабочем месте.

— Привет, Сэм! — бодро крикнул Маркус, забрасывая рюкзак на плечо и направляясь к машине с видом человека, который только что выиграл джекпот.

В его мире там наверняка была гора мороженого, фанфары и восторженные аплодисменты. В реальности же машина была полна обёрток от конфет, тихо поджидающих, когда кто-то вспомнит о мусорном ведре.

На его лице сияла фирменная близнецовая улыбка — та самая, от которой обычно хочется одновременно смеяться и насторожиться. Вслед за ним — практически вприпрыжку — семенила его близняшка Морган, болтая ногами и расплёскивая хорошее настроение во все стороны.

А вот Эй-Джей, их старший брат, плёлся сзади. Руки в карманах, брови сведены — классический взгляд “я не злюсь, но ты точно знаешь, что злюсь именно на тебя”.

Он будто нёс на плечах не рюкзак, а мешок с обидами, причём адресованный лично мне.

И, честно говоря, я всё ещё ломаю голову, что такого я могла сделать, что он обиделся, — разве что съела последнюю шоколадку, но ведь он сам её не хотел. Наверное.

Возможно, дело в переходном возрасте, а может, в моём убогом воспитании. В результате у ребёнка словно появилась аллергия на улыбки — или что-то в этом духе.

— Привет, ребята, как прошёл день в школе? — спросила я, стараясь звучать непринуждённо.

Это ведь именно то, что полагается спрашивать у детей после уроков, правда? Я прекрасно помню, как в детстве этот вопрос годами доводил меня до бешенства — один и тот же, день за днём. Я его терпеть не могла.

И вот теперь, по иронии судьбы, повторяю его каждый божий день.

— Сегодня было очень весело! Мы лепили из пластилина, и я сделала мистера Медведя с корзинкой яблок, — с энтузиазмом сообщила Морган, протягивая мне нечто, отдалённо напоминающее существо с ушами и круглой корзинкой в лапах.

Фигурка выглядела так, будто сбежала из ночного кошмара, но Морган сияла от гордости, пока все трое устраивались в машине.

— Ого... милая, он получился очень... особенным! — пропищала я, сделав особый акцент на последнем слове, сидя за рулём, и лукаво улыбнулась, отчего она тут же озарилась радостью.

Джей уселся рядом со мной на переднем сиденье, а Морган с Маркусом устроились сзади, в своих всё ещё невыносимо ярких детских автокреслах. Они уже перешли в первый класс, но по правилам безопасности продолжали в них ездить.

Сколько же лет должно быть ребёнку, чтобы, наконец, выбраться из этого пластикового трона? Я понятия не имела.

И, честно говоря, я до сих пор не была готова к тому, чтобы заботиться о детях. Совсем не была.

— Сэм, а где Блюстрик и Бамблби? — спросил Маркус, оглядевшись по сторонам на своём месте.

Детские взгляды устремились на меня. Близнецы округлили глаза от любопытства, а Джей, не скрывая недовольства, бросил: “Ты опять их забыла”. И я издала сочный вздох разочарования.

Близнецы обожали моменты, когда за ними в школу приезжали игрушки-трансформеры — причём это были вовсе не крошечные фигурки, а детально проработанные модели почти всех кибертронцев из комиксов.

— Э-э-э, ну, видишь ли, — я нарочно тянула слова, пытаясь придумать хоть какое-то оправдание, — Рэтчет… ну, он это… захотел проверить всех остальных роботов. Тааак что Бамблби и Блюстрик остались дома. Вот.

— Ох, хорошо, но в следующий раз они должны поехать с нами! Я так и не показал им свой класс, и они не видели мистера Пэйтона, он ооочень странный! — Он энергично кивнул, подтверждая свои слова, и откинулся на спинку детского кресла.

Ремни безопасности щёлкнули один за другим. Мои глаза тут же скользнули к старшему из детей.

Улыбка всё ещё не касалась его губ, но в глубине взгляда, который он бросил на меня, промелькнуло нечто вроде уважения.

Я считала это неоспоримой победой этого дня.

Первая половина пути домой пролетела под неумолкаемые рассказы Маркуса о школьных занятиях их с сестрой. Едва он выдохся, как тут же в дело вступила Морган, и остаток поездки прошёл под её бесконечные вопросы о любимых трансформерах.