Любовь, смерть и роботы

Пролог

- Никогда не сдавайтесь — никогда, никогда, никогда, ни в большом, ни в малом, ни в крупном, ни в мелком, никогда не сдавайтесь, если это не противоречит чести и здравому смыслу. Никогда не поддавайтесь силе, никогда не поддавайтесь очевидно превосходящей мощи вашего противника. Так говорил Уинстон Черчилль. Вся наша работа заключалась в том, чтобы стать лучшими в искусстве прогноза, в умении предсказать шаги оппонента и предпринимать контрмеры, ведь победитель всегда на один шаг впереди соперника. Он достает свой козырь, когда противник уже раскрыл свои карты. Главная и единственная цель - застать врасплох и быть готовым ко всему. Но даже тогда это неимоверно сложно в первую очередь из-за того, что вы неминуемо встаете перед этической дилеммой. И дилемма эта подчас далеко не ограничивается вопросами "что хорошо, а что плохо". Это поле, подчас, куда мрачнее и неоднозначно. Спасти одного или тысячи? Пожертвовать одним, чтобы спасти тысячи? Даже на семантическом уровне это уже два сложнейших фундаментальных вопроса, с которым рано или поздно сталкивается любой аналитик в областях милитаризированного искусственного интеллекта и сдерживания. Пугает ли это? Пугает ли уже даже на уровне решения логических задачек? Конечно же да. Именно поэтому важно приходить к пониманию собственных сил, в первую очередь, своих моральных сил, ведь ваши убеждения будут неминуемо подвергаться сомнениям и, также неминуемо, в один момент ваша вера дрогнет. Будет ли это провалом? Возможно. Возможно и то, что будут моменты, когда придется делать выбор, на который времени уже почти не осталось. Тем, кто меня слышит, я говорю: не отчаивайтесь. Страдания, которые сейчас на нас обрушиваются, — это всего лишь следствие жадности, горечи людей, которые боятся пути человеческого прогресса. Ненависть людей пройдет, и диктаторы умрут. И власть, которую они отняли у народа, вернется к народу. И пока люди умирают, свобода никогда не погибнет. Не отдавайте себя этим противоестественным людям. Машинным людям с машинными умами и машинными сердцами! Мы не машины, мы не скот, мы - люди! У нас, людей, есть власть сделать эту жизнь свободной и прекрасной. Сделать эту жизнь прекрасным приключением. Думаю, именно осознание всего этого и сделает из вас человека. Пускай и ваш путь к этому и будет тяжелым. Каким бы ни был выдающимся мудаком Уинстон Черчилль, он был все-таки прав. - Настоятельно рекомендую не произносить ничего подобного там. Томас с грохотом захлопнул папку и устало закрыл лицо рукой, небрежно смахивая очки на стол, заваленный бумагами. Александра сидела неподвижно тупо глядя куда-то перед собой, крепко вцепившись в кожаную обивку кресла. В воздухе стоял крепкий запах кофе, сигарет и затхлой бумаги. Кондиционер предательски гудел, нарушая тишину, повисшую в воздухе, что можно бы было разрезать легким взмахом ножа для масла.

- И что теперь? – голос Томаса звучал глухо и невыразительно. Он всем видом старался показывать все что угодно, кроме отчаянья.

- Машина вас ждет, поезжайте домой. Пускай она выспится, плотно позавтракает и готовится взойти на Голгофу.