Любовь - смертельная игра

Глава 9

– Я так и думала, что твои родители живут в замке! – пошутила Марина, когда они подъехали к огромному четырёхэтажному особняку из тёмного камня. – Надеюсь, здесь привидения не водятся?

– Ну, до замка этому дому далеко, – рассмеялся Эмин. – И помни, о чём мы договаривались с тобой в Москве!

– Хорошо, хорошо! Без тебя или твоих родителей я не сделаю ни одного шага по Лондону! – заверила его девушка.

Шумский очень сильно боялся, что Дарина может как-то навредить ей. Поэтому наотрез отказался, когда отец пригласил их погостить у них в Лондоне. Марине с огромным трудом удалось уговорить его согласиться. Сама она ничуть не боялась угроз его бывшей жены, да и расстраивать Ирину Александровну с Альбертом Искандеровичем ей не хотелось.

Они встретили их с распростёртыми объятиями. Девушка с любопытством оглядывала роскошное убранство особняка, но когда они прошли в большую залу, то она застыла на пороге, увидев огромный портрет в позолоченной раме, висевший на стене напротив камина.

На нём был изображён Эмин лет двадцати пяти в чёрной шёлковой рубашке, слегка распахнутой на груди. Молодой мужчина был изумительно красив. Непонятно каким образом, но художнику удалось поймать и передать дьявольский блеск его тёмно-карих глаз, в то время как ангельски красивое лицо оставалось безмятежно-спокойным. Идеальные черты, чарующая и нежная улыбка на губах удивительно контрастировали с лукавыми, погибельными, словно омут глазами. И Марина в одну секунду влюбилась в этот прекрасный портрет, не сводя с него зачарованного взора, и застыв посередине комнаты.

– Сильно постарел, да? – раздался над её ухом насмешливый, вкрадчивый голос Шумского, от которого девушка слегка вздрогнула.

С трудом оторвавшись от портрета, она взглянула ему в глаза, тут же утонув в их карем омуте. Конечно, мужчина изменился за эти десять лет. Черты лица стали грубее и резче, тёмная щетина прибавляла возраста. Густые чёрные волосы, прикрывавшие виски на портрете, теперь были коротко подстрижены. Но глаза остались прежними – глубокими и печальными. Но стоило лишь улыбке тронуть уголки его губ, как из-под пушистых ресниц вспыхивали огнём два тёмных опала, притягивающих к себе с колдовской силой.

– Этот портрет на всех так в первый раз действует, – довольно усмехнулась Ирина Александровна. – Его автор художник-итальянец ­– настоящий мастер своего дела…

– Я здесь был в маске, – весело рассмеялся Эмин, обнимая жену, и почти силой увлекая её от портрета. – Идём осматривать верхние этажи. Там гораздо интереснее!

Марина в последний раз оглянулась на портрет, всё ещё находясь во власти непонятного наваждения.

***   ***   ***

Неделя в Англии пролетела как один день. Марине понравился Лондон. Несмотря на постоянную сырость и туманы, здесь было гораздо теплее, чем в Москве. И начало февраля скорее напоминало приближающуюся весну, чем зимнюю пору. Эмин с отцом целыми днями пропадали на работе, а Ирина Александровна показывала девушке красоты города. Их повсюду сопровождал охранник, но Марина даже не пыталась спорить с этой казавшейся ей излишней предосторожностью.

Когда во время их очередной прогулки, мама Эмина настояла на том, чтобы она купила новое вечернее платье, девушка поняла, что намечается какой-то званый ужин. И она не ошиблась.

– Мариночка, сегодня вечером к нам придут наши друзья, которые не смогли присутствовать на вашей свадьбе в Москве, – объяснила она.

Гостями оказалась семья Валевских – Светлана Викторовна, Сергей Яковлевич и их дочь Екатерина. По одному молниеносному взгляду мужа, брошенному на неё, Марина догадалась, что между ними были какие-то отношения. Настроение у неё окончательно испортилось. Без аппетита съев ужин, она с трудом поддерживала общий разговор за столом. Эмин больше не смотрел на Катю, но Марина не могла не ревновать. Поздравления Валевских показались ей насквозь фальшивыми.

Девушка опустила глаза и принялась мечтать о том, что скоро наступит долгожданная ночь, они с Эмином останутся наедине, и он снова будет принадлежать только ей одной. Смутившись от собственных мыслей, она улыбнулась.

– Марина, а вы уже вернулись из свадебного путешествия или только собираетесь?

Она слегка вздрогнула от вопроса Екатерины, заставшего её врасплох. Быстро вскинув голову, она убедилась, что мужчины ещё не вернулись из кабинета, а Ирина Александровна слишком увлечена разговором со своей подругой.

– У мужа много работы, поэтому мы решили ограничиться поездкой в Лондон к его родителям, – машинально ответила она, чувствуя, что язык у неё с трудом поворачивается, называя Шумского мужем.

– Ой, Марина, как я тебе сочувствую! Медовый месяц в промозглом Лондоне! Что может быть хуже?! Да ещё когда супруг настолько увлечён бизнесом, что ничего не замечает вокруг себя! Я бы на твоём месте давным-давно настояла на Мальдивах или Маврикии. А если бы он не смог поехать, поехала бы одна! Иначе, зачем выходить замуж за миллионера, не правда ли?! Между нами девочками…

Её насмешливый тон окончательно вывел девушку из себя.

– Слава Богу, ты не на моём месте, – язвительно произнесла она. – А меня вполне устраивает мой медовый месяц. Прошу извинить меня!

Марина вылезла из-за стола и, не обращая внимания на удивлённые взгляды Ирины Александровны и Светланы Викторовны, вышла из гостиной. Эмин нашёл её в полутёмной зале, освещаемой лишь отблесками камина, возле своего портрета. Девушка часто приходила сюда любоваться на него, когда скучала долгими, серыми днями без любимого. Этот портрет притягивал её словно магнит, а в бликах пламени дорогое лицо казалось ещё прекраснее и недоступнее.