Любовь - смертельная игра

Глава 16

Марина раскрыла глаза и резко села на постели. Эмина рядом не было. Сквозь плотно задёрнутые шторы пробивался яркий, солнечный свет.

«Сколько же я спала? – в ужасе подумала она. – Какой кошмар! Стоило ему вчера поцеловать меня, как я растаяла! Несчастная дура! Конечно, такой можно изменять направо и налево! Ненавижу себя!»

Марина вскочила на ноги и заметалась по спальне в поисках халата. В напольной вазе стоял шикарный букет белых роз. Глядя на него, она внезапно подумала, что ни капельки не жалеет о прошлой волшебной ночи. Ну, разве могла она устоять вчера перед Шумским, появившимся здесь в костюме Робин Гуда, или кем он там себя возомнил? На её губах промелькнула печальная улыбка. Что ж, пусть эта ночь будет прощальной. Если Эмин думает, что она всё забыла, то он глубоко ошибается.

Она быстро приняла душ, оделась и осторожно заглянула в детскую.  Виктории и Германа там не было. Выглянув в окно, она увидела, что Эмин и Альберт Искандерович гуляют с детьми по саду. Ну, и замечательно, значит, она может спокойно уехать. Оставаться с мужем наедине и разговаривать с ним она не хотела, и вообще не представляла, как посмотрит ему в глаза. Поэтому Марина стремительно, чуть ли не бегом, направилась к своему BMW, стараясь не смотреть в сторону мужа и свекра. Но Эмин в несколько прыжков догнал её и, ухватив за тонкое запястье, развернул лицом к себе. Она, не выдержав его прищуренного, лукавого взгляда, отвернулась. Шумский был, как обычно, уверен в своей неотразимости и полной победе. Его самодовольная улыбка на губах ещё больше разозлила девушку, и она рванулась прочь из его рук.

– Мариша, любимая, ты куда? Могу я узнать? – вкрадчиво спросил он, но Марина услышала в его голосе недовольные нотки.

– Пусти! Мне нужно ехать!

– Хватит вести себя так, словно вчера ночью ничего не произошло! – вспылил Эмин. – Мы же помирились! Ты меня простила! И у нас снова всё хорошо!

Марина едва не задохнулась от его наглости.

– Мы не помирились! – выпалила она ему в лицо. – То, что ты ворвался ко мне ночью в спальню и удерживал меня там силой, не значит, что я тебя простила, и ты можешь вернуться! Я по-прежнему тебя ненавижу!

– Силой?! – переспросил Эмин, удивлённо приподняв чёрные брови.

Она замерла на одно мгновение. Его близость действовала на неё со страшной силой, и если бы сейчас Эмин просто обнял и поцеловал её, прошептав ещё раз «прости», она бы действительно всё простила ему. Но Шумский громко расхохотался, запрокинув голову.

– Насколько я помню, ты умоляла меня не уходить, – шепнул он ей на ушко.

Марина влепила ему пощёчину и произнесла сквозь слёзы:

– Ты никогда не изменишься! Я прошу тебя, Эмин, когда я вернусь обратно, будь подальше отсюда! И если ещё раз подобное повторится, я уйду с детьми на съёмную квартиру! Я не хочу с тобой жить, пойми это, наконец!

Альберт Искандерович подошёл к сыну, грустно смотревшему вслед уезжающей Марине.

– А говорил, что помирились. Так я и знал, что план у тебя идиотский. Может быть, ты делаешь что-то не так и ей от этого ещё больнее…

– Ты ошибаешься. Я всё тот же. Это она изменилась и продолжает меняться. Боюсь, скоро я не узнаю ту Марину, которую полюбил! – с горечью произнёс Эмин.

– Ну, а чего ты хочешь?! Чтобы она через две недели после твоей измены у неё на глазах целовала тебя и обнимала? Эмин, ты не привык к семейной жизни. Вернее сказать, ты ею и не жил до Марины. Она полностью права. Я целиком на её стороне, и Ирина тоже. Ты бы оставил её на время и не ездил сюда. Пусть её душевные раны затянутся. Дай ей время.

Эмин сверкнул на него глазами, но сдержался. Забрав из коляски Вику и Германа, он направился с ними к дому, давая отцу понять, что больше не желает обсуждать с ним свои отношения с женой.

***   ***   ***

Марина припарковалась возле высокого офисного здания. И снова вытерла слёзы, застилавшие глаза. Она больше не позволит ему обращаться с ней как с собачонкой, готовой прибежать по первому его зову. Да он даже и не позвал её, а так, пальцем поманил. Наверное, он и женился на ней из-за её молодости и неопытности, полагая, что она будет молчать в тряпочку и прощать все его гулянки. Всё, хватит! Она не станет ждать, пока он наиграется в семью и бросит её. Лучше один раз пережить, чем всю жизнь сходить с ума от ревности и бояться, что он уйдёт. Теперь всё изменилось ­­– у неё есть Виктория и Герман, ради них она и будет жить дальше.

Марина перевела дыхание, последний раз всхлипнула и успокоилась. Достала зеркальце, промокнула глаза салфеткой, подкрасила губы. Выглянув из окна машины, убедилась, что перед ней то самое здание, которое ей нужно. Так просто Шумский от неё не отстанет, поэтому она придумала план. План мести. Она сделает ему также больно, как он сделал ей. Он сам разрушил и растоптал всё светлое и хорошее, что между ними было. Вот и пусть расплачивается. А она посмеётся.

– Девушка, вы по записи? – спросила у неё хорошенькая, голубоглазая секретарша, мило улыбнувшись ей.

Марину передёрнуло от отвращения. Ей сразу же вспомнилась во всех подробностях сцена в ресторане, и стало трудно дышать. Сделав над собой неимоверное усилие, она улыбнулась ей в ответ.