Любовь - смертельная игра

Глава 21

Никита торопливо вошёл в гостиную, где его ждала Марина, спрятав за спиной букет красных роз. И застыл на пороге в изумлении.  Девушка сидела за красиво сервированным столиком, на котором помимо лёгкого ужина красовалась коллекционная бутылка белого вина.

– По какому поводу праздник? – настороженно улыбнулся он.

– Просто романтический ужин. Зачем нам какой-то особый повод? – ответила она и указала ему рукой на диван рядом с собой.

Никита не мог понять, что не так с Мариной. Она была сама не своя. Зелёные глаза лихорадочно блестели, на щеках полыхал румянец. Он протянул ей букет и, наконец, присел рядом с ней, пытливо вглядываясь в её лицо. И лишь когда девушка потянулась за бутылкой вина, и едва не выронила её из рук, увидел, что она сильно пьяна.

– Марина, что случилось?

– Налей, пожалуйста! – протянула она ему фужер.

– Мне кажется, тебе уже достаточно…

– Как поездка в Сочи? Всё хорошо? – спросила она, поднимаясь со своего места, и отходя к окну.

– Да, всё прошло замечательно.

Белов заглянул под стол и нашёл там пустую бутылку вина. Он откинулся на спинку дивана, задумчиво наблюдая за девушкой. Она несколько минут стояла молча, вглядываясь в сгущавшиеся сумерки за окном. Затем зябко обхватила себя руками за плечи и обернулась:

– Знаешь, я очень соскучилась по тебе! А ты скучал?

Прежде, чем поражённый мужчина успел ей ответить, она стремительно подошла к дивану, опустилась к нему на колени и обвила его руками за шею.

– Ник, поцелуй меня! – попросила она, склоняясь к его губам.

У Белова закружилась голова от дурманящего аромата её волос и безбрежного океана зелёных глаз, заглядывающих ему в самую глубину души. Но он холодно произнёс:

– Тебе потребовалась целая бутылка вина, чтобы решиться поцеловать меня? – горько усмехнулся он. – Неужели я настолько тебе противен?

– Нет! Это я противна сама себе! Ник! Я так больше не могу! Не могу! Помоги мне забыть его! Умоляю тебя!

Она быстро прижалась к его губам. И молодой мужчина со всем жаром откликнулся на её поцелуй. Как же он мечтал об этом долгих два года! Но через минуту он отстранил девушку от себя и встряхнул её за плечи.

– Марина! Ты слишком пьяна! Назавтра ты пожалеешь об этом! Я не такой негодяй, чтобы воспользоваться ситуацией! Да и быть запасным вариантом не по мне! Я хочу, чтобы ты полюбила меня искренне. И готов ждать сколько угодно, год, два, пять лет.

– Я не могу больше ждать! – зашептала она, покрывая поцелуями его лицо. – Ты не представляешь, как мне больно! Я не хочу чувствовать эту боль! Думая о нём бесконечно и рыдая в подушку каждую ночь, я никогда его не забуду. Ник, если ты любишь меня, помоги мне, пожалуйста! Просто поцелуй меня…

– Хорошо, любимая! Будь по-твоему!

Никита жадно впился поцелуем в её приоткрытые губы и подхватил девушку на руки. Марина прижалась к его плечу и закрыла глаза, пока он поднимался с ней по лестнице. Сколько раз по этим ступеням её носил на руках Эмин! Как она любила и желала его тогда! Резко распахнув глаза, и увидев прямо перед собой красивые, но чужие серые глаза, вместо родных тёмно-карих, она с силой оттолкнула Никиту от себя. Он выругался сквозь зубы, покачнувшись, и лишь чудом сумев удержаться на ногах.

– Ты чего творишь, Марина? – выдохнул он, поспешно опуская её на ступеньку. – Ещё бы чуть-чуть, и мы упали…

– Пусти меня! – выдохнула она, стряхивая его ладони со своих плеч. – Ник, прости меня, но я не могу! Я хочу побыть одна! Прости!

Крепко цепляясь за перила, она медленно поднялась наверх и закрылась в своей спальне. Открыв шкаф, Марина вытащила из ящика фото Эмина, на которое смотрела, когда ей становилось особенно плохо и тоскливо, и разорвала его на мелкие кусочки.

– Будь ты проклят, Шумский! – истерично разрыдалась она. – Что ты со мной сделал?! Ты женишься через две недели, а я даже не могу поцеловать другого мужчину! И как самая последняя дура каждую ночь всматриваюсь в ночное небо, потому что оно напоминает мне твои глаза. Ненавижу себя за эту слабость! И ничего не могу с собой поделать. Перед глазами стоишь только ты, только ты…

Вдоволь нарыдавшись, Марина приняла контрастный душ, и вскоре спала, свернувшись калачиком на краю огромной постели. Под её прекрасными глазами залегли глубокие тени.

Маргарита подошла к Никите, сидевшему за столом в гостиной, и уронившему голову на руки.

– Вы ужинать будете? – спросила она.

– Нет, спасибо. Не беспокойтесь, я сейчас уйду.

Белов знал, что женщина, мягко говоря, недолюбливает его, поэтому крайне удивился, когда она присела рядом с ним.

– С ней всё в порядке. Она спит. Я открыла дверь своим ключом и проверила. Но мне совсем не нравится её нынешнее состояние.

– Спасибо вам, Маргарита, – искренне произнёс он.

– Послушайте, Никита, – начала она, испытующе глядя ему в глаза. – Я была неправа насчёт вас. Вы любите Марину. И к Герману с Викой прекрасно относитесь. Вы будете для них хорошим отцом. Сначала я вас терпеть не могла, ошибочно полагая, что вы причина расставания Марины и Эмина. Но это не так. Эмин Альбертович не заслуживает Мариночки. А она до сих пор безумно страдает и любит его. Если бы не работа, учёба и детишки, которыми она заполняет всё свободное время, она бы не выдержала. Никита, вы должны быть нежнее, терпеливее с ней, и тогда непременно сумеете достучаться до её сердца.