Любовь со вкусом корицы

Глава 44

—Кукурузина, принимай подарочки!—Разнёсся по квартире звонкий голос Соколова. —Дед Мороз пришёл!

Бросив на тумбу кухонное полотенце, размашистым шагом иду в прихожую. И стоит только увидеть топчущегося на пороге друга, мои глаза сразу же подмечают черную сумку в его руке с золотистой вышивкой в виде пряничного дома. В неверии смотрю на улыбающегося парня и буквально влетаю в его объятия, сцепив руки на жилистой шее.

—Ты мой герой!——Восторженно пищу, целуя этого засранца в колючую щёку.

—Задушишь, дурная.—Смеётся Лёша.

Подняв голову, смотрю в искрящиеся весельем глаза.

—Когда ты успел? Мы ведь полчаса назад разговаривали. Ты сказал, что выходишь с работы.

—Магическое волшебство—хвастливо заявляет он.

—А если поподробнее? —Интересуюсь расцепляя руки и продолжая улыбаться, как идиотка. Меня буквально распирает от радости. Ничего не могу с собой поделать.

—Да нечего рассказывать. Я ещё утром договорился с твоим отцом, попросив его собрать все твои шмотки и прочие женские безделушки. Моя задача заключалась в том, чтобы заехать, закинуть в багажник сумку и доставить до нужного адреса. Пустяки.

—Пустяки?—Перехожу я на фальцет, едва не прыгая на месте, как обезьянка. — Да это же…это же… Спасибо, Лёша—в сердцах благодарю друга, замечая, как на щетинистых скулах выступает легкий, почти незаметный румянец смущения. Это выглядит очень мило, учитывая тот факт, что Лёша и смущение тоже самое, что небо и земля. Между ними сотни километров. —Даже не знаю, как теперь тебя благодарить.

—Господи, Васёк—Соколов возвел глаза к потолку, проведя по лицу ладонью. —Это всего лишь твои вещи, а не мешок долларов.

—Дело ведь не в тряпках.

—Знаю.

Скинув с ног кеды, он взял в руки сумку, которая упала на пол, как только я налетела торпедой на него, и молча отправился в нашу в комнату. Я хвостом поплелась следом, благоухая, как майский цветок. Весь день мои мысли так или иначе возвращались в квартиру родителей. Было ясно, что не сегодня, так завтра мне придется туда поехать и встретится лицом к лицу с матерью. Видеть которую я пока не готова. И Лёша, сам того не ведая, сотворил для меня праздник. Сохранил нервы, хорошее настроение и улыбку на сегодняшний вечер. Он необыкновенный человек. Не пустоголовый придурок, как я когда-то о нём думала. Лёша заботливый, мужественный, добрый, умный. Он самый лучших из всех, кого я встречала на своём пути. Он моя поддержка, моя «подружка» готовая выслушать всё дерьмо, что скопилось в душе. Тот, кто скажет правду в лицо, но сделает так, что я не буду ощущать обиду. Да, у нас случаются недопонимания, но они меркнут на фоне совершенных поступков. Я словно крылья обретаю благодаря Лёшке. И не смотря на трудности жизни, даже не думаю опускать руки и сдаваться.

Поставив сумку рядом с кроватью, Соколов подошел к шкафу, распахнул дверцы и достал оттуда чистые вещи.

—Я сейчас быстро в душ сгоняю—объяснился он, выходя из спальни. А я, чтобы не терять время, вернулась на кухню. Пока нарезала хлеб и вынимала из холодильника не блещущие шедевром салаты, появился Лёша. Влажные после водных процедур волосы вздымались вверх, словно колючки, а по спортивному голому, между прочим, торсу стекали капельки воды. Я даже рот от неожиданности раскрыла, но так же быстро захлопнула, дабы не выглядеть в глазах Соколова очередной дурочкой, пускающей на него слюни.

—Что-то не так?—Спросил Лёша, когда мои гляделки слегка подзатянулись.

—Эээ, нет—растерянно моргнув, я поспешно отвернулась, продолжая выставлять на стол тарелки—Садись. Сейчас ужинать будем.

По скрипу я поняла, что друг расположился на стул , но смотреть на него категорически отказывалась. Даже краем глаза. Подойдя к духовке, вынула противень, затем достала из верхней полки шкафа две тарелки черного оттенка и принялась накладывать лазанью. Лёше положила двойную порцию, себе—четвертинку. Аппетита как такового не было.

—Вот—я поставила перед Соколовым ароматное блюдо и, взяв свою порцию, села напротив.

—Вы меня балуете, мисс. —Присвистнул друг, в нетерпении потирая руки.

—Ешь давай, пока не остыло, —с улыбкой скомандовала я, потянувшись за хлебом. Взяла сразу два кусочка. Один из которых положила на тарелку Лёши.

—Ты похожа на сварливую жену—вздохнул он, нанизывая на вилку кусочек лазаньи.

—Это я ещё даже не старалась—отшутилась я, уткнувшись в свою тарелку.

После ужина Лешка великодушно разрешил мне пойти в комнату, сказав , что сам всё помоет и приберет. Спорить я , конечно же, не стала. Довольно развалилась в кровати и, пока на кухне гремела посуда и шумела вода, набрала отцу.

—Василисочка—тихим шепотом ответил папа после, кажется, уже второго гудка. —Как ты, моя дорогая?

—Нормально—так же тихо ответила я. Мне было радостно слышать родной голос. Пусть мы и виделись буквально вчера утром, по ощущениям прошла вечность. —Ты как? Как дома? —Под этим вопросом, естественно подразумевалось настроение матери, и папа в точности уловил мой посыл. В трубке послышались шаги, скрип двери. Вероятней всего, он вошел в ванную комнату. И только после этого последовал ответ все тем же тихим тоном:

—Ну как—вздохнул отец—Сама же знаешь, Лидочка через чур импульсивная. Ходит ворчит, на тебя ругается. Лешку последним словом упоминает. Поговорить вам нужно, Вась..

—Нет, пап!—Воскликнула я—Не хочу! Пусть дальше своим Филатовым поклоняется и ручки целует. Я —пас.

—Такая же упрямая, как мать. — Цокнул отец. И если раньше меня подобное заявление забавляло, то в данном случае хотелось закрыть уши, чтобы не слышать этот бред.

—Ошибаешься—выплюнула холодно, практически рыча от взбунтовавшейся внутри злости—Мы абсолютно разные.

—Ладно, не злись, цветочек. И не раскисай. Всё наладится, вот увидишь. Я на днях зайду в кафе, чайку попьем. Не против?

—Тебя я всегда рада видеть. Только, пожалуйста, не вздумай тащить за собой мать. Мне нужно время.

—Ей тоже, дорогая. Как тебе в холостяцкой берлоге? —Резко сменил он тему—Лёшка не обижает? Скажи, что я ему вырву кое что в случае чего.