Любовь султанши, сердце визиря

Глава 3

Сидя за невысоким столом в своих покоях, Айлун наслаждалась завтраком. Сегодня на завтрак были её любимые лепёшки с ароматным мёдом и свежими фруктами. Лейла, заботливо наливая ей чай, вдруг остановилась. В покои влетела Айше. Её глаза сияли от возбуждения.

— Айлун! — воскликнула она с порога. — Ты не поверишь, что произошло! К нам во дворец прибыли новые рабыни!

Айлун подняла брови. В гареме всегда было много девушек, но новые лица всегда вызывали любопытство. Она отложила чашку и внимательно посмотрела на Айше, ожидая продолжения.

— Они такие красивые! — продолжала Айше, не в силах сдержать улыбку. — Я видела их, когда они прибыли. У одной из них длинные волосы, как у самой луны, а другая — с яркими глазами, как у кошки.

Айлун почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Новые лица в гареме могли принести не только свежие впечатления, но и новые истории о дальних странах.

— Ты знаешь, откуда они? — спросила она, наклонившись ближе к сестре.

— Говорят, они из далёкой страны, — ответила Айше. Её голос звучал таинственно, как будто она делилась секретом. — Я слышала, что одна из них красиво поёт, а другая танцует, как ветер, играющий с листьями.

Айлун представила, как эти новые девушки, облачённые в яркие наряды, будут кружиться в танце.

— Наверняка у них есть много интересных историй, — продолжала Айше, её глаза сверкали от волнения. —Они могут рассказать нам о своих странах и о том, как там живут люди.

Айлун задумалась. Ей всегда было интересно узнавать о других культурах и традициях. Мысли о новых знакомствах и интересных историях наполнили её воображение.

— Давай пойдем и посмотрим на них вместе! — предложила она, вставая из-за стола. — Мне очень интересно узнать их истории.

Айше с радостью кивнула. Оставив завтрак, султанши с нетерпением направились в гаремный зал.

Когда они вошли в зал, Айлун была поражена. В просторной комнате, украшенной яркими тканями и цветами, сидели новые рабыни. Однако в воздухе витало напряжение. Айлун не понимала, почему девушки выглядели напуганными. Ведь им невероятно повезло оказаться в гареме самого падишаха. Пройдя обучение, они могли стать не только любимыми наложницами, но и обладательницами привилегий, о которых многие могли только мечтать. Девушки могли оказаться на самой вершине мира.

Но, глядя на лица рабынь, султанша заметила, как дрожат их губы и как они избегают взгляда окружающих. Некоторые из них шептались между собой. Их глаза были полны тревоги, а руки нервно теребили подолы платьев. Айлун вспомнила, что для многих из них это могло быть не просто перемещение в новое место, а разрыв с родными, с домом, который они покинули.

— Может быть, они просто не привыкли к новому окружению, — тихо произнесла Айше, заметив, как сестра внимательно наблюдает за новыми рабынями. — Это может быть страшно — оказаться вдали от всего знакомого.

Айлун кивнула, соглашаясь. В это время Сулейха-калфа принялась распределять задания между рабынями. Её голос был уверенным и властным, она знала, как поддерживать порядок в гареме.

Калфа, с легким движением руки, указывала на каждую из девушек, назначая им обязанности: кто-то должен был заняться уборкой, кто-то — готовкой, а кто-то — уходом за цветами в саду. Рабынь, казалось, охватывало волнение, когда они ожидали своей очереди.

Вдруг, когда до одной из рабынь дошла очередь, она вскинулась. Это была девушка с округлыми формами. По всему её облику было видно, что она никогда не знала тяжелого труда. Её кожа была светлой и гладкой. Волосы, хотя и неопрятные, были густыми и шелковистыми. Маленькие, злые глаза сверкали, как острые иглы, были полны гнева. Она была одета в простую, потертую одежду, которая не скрывала её толстые ноги, покрытые мозолями от долгой ходьбы. Всем своим видом она показывала, что не привыкла к такому обращению.

Рабыня заговорила на непонятном языке. Её голос звучал громко и пронзительно, как будто она пыталась вылить весь свой гнев на окружающих. Айлун не понимала, что именно говорила девушка, но в её тоне чувствовалась отчаяние и протест. В её словах звучала не только ярость, но и глубокое недовольство своим положением.

Сулейха-калфа, не ожидавшая такого поворота событий, на мгновение замерла. Затем её лицо стало жестким, как камень. Она шагнула вперед, её голос стал холодным и строгим.

— Успокойся, — произнесла она, — здесь не место для бунта. Ты должна знать свое место.

Рабыня, не желая сдаваться, продолжала говорить. Айлун ощутила, как воздух вокруг стал плотным, словно перед надвигающейся грозой. Одна искра — и вспыхнет пламя. Остальные рабыни переглянулись. Некоторые из них зашептались между собой, выражая поддержку, но никто не осмеливался вмешаться.

Внезапно раздался властный голос Бейхан-султан, проникающий в самую суть происходящего:

— Что здесь происходит? — произнесла она, её тон был полон недовольства. — На весь гарем раскричались!

Внезапное появление Бейхан-султан повергло всех в смятение. Рабыня, которая ещё секунду назад была полна решимости, замерла. Её слова застряли в горле. Айлун почувствовала, как напряжение в воздухе возросло, словно натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть.

Бейхан-султан, облачённая в роскошное платье, украшенное драгоценными камнями, шагнула вперёд. Её взгляд метался между рабыней и калфой. Её взгляд метался между рабыней и калфой. На её лице читалось недовольство, словно тёмные тучи собирались над горизонтом.

— Я не потерплю беспорядка в гареме, — громко произнесла она. — Каждая из вас должна знать своё место.

Сулейха, стараясь сохранить спокойствие, склонила голову в поклоне.

— Моя госпожа, сегодня поступили новые рабыни, — её голос звучал уважительно, но в нём ощущалась лёгкая дрожь. — Они ещё не усвоили правила поведения.

Бейхан-султан подошла ближе. Рабыня, дрожа от страха, опустила голову, не смея встретиться взглядом с Бейхан-султан. Айлун, наблюдая за происходящим, ощутила, как в её сердце закралось сочувствие к этой девушке. Она помнила, как совсем недавно сама стояла перед Бейхан-султан, ощущая на себе тот же гнёт страха.