Любовь в 11 метрах

Глава 6

Работа в клубе проходила довольно спокойно. Правда отец говорил, что это пока не начался активный сезон. В августе стартуют игры английской премьер-лиги, а с октября Кубок Лиги. Я внимательно слушала отца и Кира, старалась быстро запоминать информацию, делала себе много заметок в телефоне, чтоб поменьше задавать глупых вопросов.

Я старалась не вспоминать своего бывшего. Хотя… кому я вру? Я каждый день захожу на его странички и проверяю, не появились ли новые фото. Не то что бы я сталкер… Вовсе нет. Но я считаю, что у любой пары после хренового расставания начинается игра под названием: «У кого лучше».

В один из дней я вышла на тренировочную площадку с утра, где уже разминалась часть игроков. Увидев меня, ребята улыбнулись и продолжили дальше свои упражнения. Я подошла к скамейкам и перед тем, как сесть, достала телефон, чтоб сделать пару фотографий.

– Привет! – раздалось позади меня.

Я вздрогнула от неожиданности и чуть не уронила телефон, но мужские руки поймали его и подали мне обратно. Я посмотрела на руки, слегка задержав взгляд. Длинные пальцы, чистые и аккуратно подстриженные ногти – я считаю, это очень важно – широкие ладони. Руки Доминика де Костера как будто были созданы для рекламы дорогих часов. Ну или просто для пускания слюней.

– Не хотел тебя пугать, – произнес он. – Держи.

– Хорошо, что рядом нет поломоечной машины, которая его засосет, – пошутила я и забрала телефон.

– Это точно. Фотографируешь?

– Да, хотела на страничку выложить к себе. – Я заправила светлые пряди волос за ухо и пожала плечом. – Считаешь это глупым?

– Нет, – покачал он головой. – Просто интересно, почему ты это делаешь. Ты не похожа на обычную футбольную фанатку.

– Так и есть, – ответила я, не став раскрывать тему дальше. Не стоит игроку в начале общения заявлять, что то, чем он занимается – полная чушь. – Но кадр красивый.

– Любишь делать красивые фотографии? – заинтересованно спросил Доминик, слишком внимательно глядя на меня.

– Люблю делиться с другими людьми.

– Чем?

– Фото… – неуверенно ответила я. – Странный вопрос. На него сложно ответить. Чем я люблю делиться…

– Простой вопрос. – Доминик пожал плечами, а затем добавил: – Ты выглядишь запутавшейся. – Его взгляд скользнул от моих глаз по лицу, шее, волосам.

– Что ты имеешь в виду? – я растерялась. Никто никогда не говорил мне такого. Я же Александра Веерман! Я всегда выгляжу уверенной в себе.

– Растерянной, будто что-то ищешь.

– Ерунда! – Я постаралась как можно шире улыбнуться, его взгляд потеплел, а щеки слегка покраснели.

Он хотел еще что-то спросить, но тренер окликнул его, и Доминик пошел на тренировку.

Спустя неделю после сдачи анализов я пришла в отсек тренажёрного зала на физиопроцедуры и чувствовала себя странно. Очень странно. Вроде серьезное место, а внизу ковер был стилизован под газон футбольного поля.

– Так комфортно? – спросила миссис Хендерсон, глядя на меня.

– Да, кажется.

Мне прописали курс физиотерапии: ионофорез[1] и занятия с аппаратом Артрамот. Аппарат выглядел как какое-то недоразумение. Я лежала на кушетке, мою ногу присоединили ремешками к металлическим рейкам, а стопа упиралась в регулируемую подставку, если можно так назвать. Это как костыли от колена до пальцев, или как клетка.

Миссис Хендерсон сообщила, что задача аппарата создавать автоматическое сгибание колена под небольшим градусом. А еще она сказала, что в остальное время я пока буду ходить в тугих бинтах, чтоб не было слишком большой нагрузки на ногу, и чтоб в обычной жизни я не геройствовала и не пыталась проверить, как сильно я могу сгибать колено.

Посмотрев анализы, она также выписала какие-то уколы, таблетки. В этом я не разбиралась и просто завела себе напоминания на телефоне, чтоб по расписанию все принимать.

Спустя час миссис Хендерсон принесла другой аппарат, прикрепила тканевые пласты, от которых шли провода, к ноге и стала запускать небольшие импульсы тока. Немного было щекотно, но я спокойно сидела.

Только когда процедуры были окончены, я взяла телефон и открыла сообщения.

Отец написал, что ждет меня и Кира на важный разговор. Я догадывалась, что он хочет обсудить. На прошлой неделе я нашла четырех футболистов, у которых заканчивался контракт в январе. Двоих мы готовы были отпустить со спокойной душой, учитывая, что они были изначально в аренде, а не куплены. Еще один согласился продлить контракт, а вот один… отказался. Конечно сейчас еще конец июля, и все может измениться. Но действовать необходимо уже сейчас.

Когда я вошла в кабинет папы, то столкнулась с его напряженным взглядом. Конец света, что ли, наступил? Он увидел меня и немного выдохнул.

– Как дела? – спросил он.

– Нормально, лечусь. Ждем Кира, да?

– Да, – кивнул он, глядя на стакан в моей руке. – Тебе надо принести свою кружку.

– Мне и так комфортно, – процедила я сквозь зубы.

Почему всем хочется привязать меня к месту этой кружкой? Хотя, возможно, я слишком остро реагирую. Впрочем, я могу остро реагировать. Мне всего девятнадцать. Ну вот… я неделю назад говорила маме, что я совсем взрослая. И что я делаю? Сижу и шиплю внутри на отца, как какой-то дикий кот!

Мой взгляд остановился на фигурке этого самого животного, которое стоит у отца и является маскотом[2] и прозвищем команды «Норсвуд». И я захотела еще сильнее зашипеть. Сначала меня преследовал зеленый, а теперь это. А может это все навязчивые мысли, и мне нужно сходить к психологу.

– Добрый день! – раздался голос у дверей. В кабинет зашел Кир Попадопулус, старший ассистент моего отца.

Я посмотрела на Кира и улыбнулась. Но улыбка потухла, когда я увидела, что его взгляд так же напряжен, как и у моего отца.

– Почему он не согласился? – задал вопрос Пападопулус.

– Потому что его зовет к себе «Арсенал», – устало ответил мой отец.

Речь шла о Камилло Каррера, атакующем полузащитнике, итальянце, красавчике – я успела это оценить за пару раз, что встречалась с ним в коридоре, – и игроке, который не хочет продлевать контракт. А значит является проблемой моего отца, что автоматически делает его моей проблемой и проблемой Кира. И хотя мне безразлично, что тут происходит, общее настроение мне передается.