Любовь в 11 метрах

Глава 7

– Ну как я вам?

Я отошла от телефона, встала на середину комнаты и покрутилась. Мы устроили видеосозвон с Эвой и Лотте утром прямо перед тем, как я собиралась отправиться на матч «Норсвуд» против «Атлетик Бильбао».

– Подожди-подожди, покажи обувь, – попросила Лотте.

Я усмехнулась и задрала здоровую ногу, демонстрируя розовые кроссовки. Я решила, что они классно будут смотреться с розовым свитшотом и зеленым шарфиком. Кто-то говорит, что зеленый и розовый – ужасное сочетание. Но я считаю, что это круто.

– Отпад! – У Лотте высокий голос, и она всегда старается говорить ниже, чтоб не срываться на писк. А когда она смеется, то ее каштановые кудряшки до плеч смешно трясутся.

Мы познакомились с ней в старшей школе, когда она переехала с родителями в Амстердам из Аудеватера. К тому моменту мы с Эвой уже знали друг друга, как говорится, всю жизнь, а если быть точнее, то с садика. Но Лотте проникла в наш дуэт, преобразовав его в трио.

Эва – спокойная, рассудительная. Иногда мне кажется, что они двое – две полярные части меня. Просто та часть, что ближе к Эве, проявляется реже. Обычно я громче, веселее, и именно я и Лотте предлагаем развлечения, за которые нам стыдно. Но Эва хорошо справляется с ролью голоса разума, виртуозно, можно сказать. Мы даже пару раз называли ее «мамочка».

– Как ты себя ощущаешь в этом? – Эва указала на шею, и я понимаю, что речь идет о зеленом шарфике с символикой «Норсвуд».

– Как на свалке? – выпалила Лотте и начала хихикать. Эва улыбнулась и закатила глаза.

– Да-да, как уличный кот.

– Дикий, – усмехнулась Эва, которая уже выучила все, что произошло в моей жизни, о чем я писала в чате, пока они были в походе, и при любом удобном случае пародирует моего отца. – Время, девочки! Сандре скоро выходить.

И именно в этот момент я услышала, что снизу прокричал отец, чтоб я выходила.

– Все, пока! – я отправила воздушный поцелуй в камеру.

– Согласись уже на свидание! – крикнула Лотте.

Я показала ей средний палец и выключила камеру. Речь шла о Камилло. Мы уже пару раз пересекались в коридорах и непринужденно болтали, я даже сделала одну фотку. Он успел позвать меня на свидание, но я отказала.

Мне не особо он нравился, если честно. Хотя сначала я решила, что он довольно симпатичный. Камилло – веселый парень. Но больше про него нечего сказать. План утереть нос Стефану не казался стоящим того. Лотте была расстроена, а Эва говорила, что я правильно поступаю, не поддаваясь на провокации.

А еще я немного рассказала о Доминике. С ним мне нравилось общаться. Он умный, даже по меркам обычных людей, а не только футболистов. Эва предположила, что мне нравится Доминик. Но я считаю, что это несусветная глупость. Ну разве я могу влюбиться в футболиста? Ну нет. У меня прививка от них.

– Не забудь кричать и хлопать, – выдернул отец меня из моих мыслей, когда мы приехали к «Хай Форест», домашнему стадиону команды «Норсвуд». – Шарфик тебе идет.

Я медленно подняла на папу взгляд, надеясь, что он передает мой посыл: «Убивать!»

– Вот! Отличный взгляд, так смотри на игроков другой команды.

– Я думала, у вас не агрессивная политика, – сказала я закрывая дверь машины.

– Тебе разрешается.

– Ну, это «Дикие коты», а я буду дикой кошечкой.

Он поморщился от моих слов, лицо стало совсем кислым.

– Не очень хочется слышать подобное от своей дочери.

Я рассмеялась и похлопала по плечу.

Стадион был забит болельщиками «Норсвуда». Игроки размялись и как раз заходили в раздевалку для напутственных слов от их тренеров.

Маскот в костюме дикого лесного кота бегал и поднимал руки вверх. Я знаю, что это не просто символ команды. Это еще и привлечение внимания к проблеме исчезновения диких кошек, они по всему миру на грани вымирания. И знаю, что часть дохода клуб жертвует Лондонскому зоопарку, который занимается восстановлением популяции.

Это я уважаю. Хоть что-то полезное от спорта и кучи денег, что вращаются в этих кругах.

Мы прошли в вип-ложу, где разместилась администрация клуба. Отец отлучился вниз к команде, сказать напутственные слова вместе с тренерами. Я сидела недалеко от мужчины пятидесяти лет. Я присмотрелась получше и узнала в нем Лиама Джонсона, президента футбольного клуба. Он заметил мой взгляд и повернулся ко мне, а затем увидел мой шарфик.

– Надо срочно сказать Вилему, что тебе еще нужен свитшот, – сказал он.

– Оу. – Мои щеки порозовели, и я не знала, что ему ответить.

– Или ты за «Аякс»[1], а тут по работе? – усмехнулся он.

– Нет-нет, я не за «Аякс». Я вообще долгое время была далека от футбола, – сказала я аккуратно.

– О! Это же отлично! – на лице мистера Джонсона расцвела радость.

– Почему?

– Значит ты навсегда за «Норсвуд».

Не знаю, почему он так решил. Но президент клуба уже отвернулся и смотрел на поле, куда стали выходить игроки. В его глазах загорелось неподдельное счастье и гордость, что я отчего-то тоже глупо улыбнулась.

Я уверена, что все дело в стадионе и окружающих людях. Когда ты в толпе, которая скандирует и болеет, ты не можешь не проникнуться этой энергией. Мне стало очень тепло, я ощутила, как кровь прилила к щекам, а еще, что я глупо улыбалась.

– Порядок? – спросил только что подошедший отец.

– Да.

– Ты что, выпила? – задал он вопрос осмотрев меня цепким взглядом.

– Нет. С чего ты взял?

– Показалось.

Заиграл гимн нашей команды, мы встали, чтоб его послушать. Так как «Атлетик» тут в гостях, то гимна их клуба не играло.

Мы сели, капитаны обменялись рукопожатиями между собой и с судьями, а затем игра началась. Я смотрела на «Норсвуд» в темно-зеленой форме и «Атлетик Бильбао» в бело-красную полоску и… ничего не понимала.

Мяч стали передавать очень быстро, я еле успевала за ним следить. Я хотела сосредоточиться на тех, кого знаю и первым делом попыталась найти Доминика, но поняла, что его нет на поле.