Любовь в новогоднюю ночь

Глава 3

Первыми из гостей приехали Олеся и ее семья, состоящая из молчаливого мужа, двух головорезов, которые быстро нашли общий язык с другими отпрысками нашей как казалось бесконечной семьи. И пока Марина и Олеся весело трещали, обсуждая насущные проблемы молодых мамочек, а мужчины вернулись к бдению за очагом (и что они такого магического находили в костре, столпившись вокруг него?), я получила новую роль — нянька для банды. Моя основная задача – следить за елкой, потому что мелкие решили добраться до сверкающих игрушек, те, что постарше, выразили свое «фи» относительного нарядного убранства зеленой героини вечера, а я нервно теребила сползающее с плеча платье и косилась по сторонам, в надежде, что кто-нибудь появится и спасет меня от этого сумасшедшего дома.

В такой позе надзирательницы меня и застали новые гости. Алла Павловна и ее супруг первыми вошли в дом и сразу попали в крепкие объятия практически всех членов моей семьи. Холл наполнился гомоном, смехом и поздравлениями. Кажется, где-то хлопнула пробка шампанского...

И я очень надеялась, что это было шампанское, а не мелкие навернули что-то на кухне...

Покосившись в сторону, я не сразу заметила, что кто-то меня зовет. Вроде голос матери, которая с недовольным ворчанием осматривала платье около десяти минут назад, когда я наконец-то появилась в кухне, где она заканчивала с приготовлениями. Ей понравился подарок, мне нет. Из-за пережитых нервных месяцев после моего очередного провала, я немного похудела, при этом каким-то чудом сохранив округлые бедра.

«Зачетная задница», — так чаще всего отзывались о моей фигуре, и это дико нервировало. Но теперь я стала чуть меньше и стройнее, поэтому ухватилась за эту мысль и внушала себе: все, что ни делается, – все к лучшему.

— Женя, — мое имя вновь повторили. Я, быстро поправив платье, медленно повернула голову и встретилась с глазами, принадлежащими высокому мужчине. Мама маячила где-то на периферии моего зрения. — Дочь, подойди к нам. Я вас познакомлю, — тарахтела мать, делая шаг в мою строну, а я сдвинуться не могла. Словно в пол вросла и перестала дышать.

Я узнала его!

Не может быть...

— Ну же, чего застыла? — мама схватила меня за руку и потянула к себе, приближая мое ватное тело к тому, кого я так долго пыталась выбросить из головы. — Познакомьтесь Евгений, это моя невоспитанная дочь Женя, — на лице матери растянулась извиняющаяся улыбка. — Жень, Евгений — сын Дмитрия.

Я сглотнула и уставилась на протянутую руку.

Он протянул мне руку для приветствия?! После того, что произошло тогда?! Да как он смел!

— Добрый вечер, — процедила я, глотая тугой ком из слез. Черт, сколько же я этих слез пролила из-за него! Не счесть!

— Добрый, — ответил мужчина, и от его голоса, немного хриплого и низкого, тело завибрировало в приветственной дрожи. Предательство! — Рад знакомству, Евгения, — с нажимом на мое имя произнес мужчина, а я сжалась — да, он узнал меня. И не просто узнал, а осуждал за то, что я солгала ему. Наглец!

— И я рада нашему знакомству, — язва во мне ликовала. К черту слезы! Я оторвусь сегодня по полной! Отомщу за поруганную честь! Нет, с честью перебор. Просто отомщу за мое разбитое сердечко!

— Эх, столько лет все знакомы, а вы так и ни разу не виделись, — мама всплеснула руками, словно не замечая накаляющегося между нами воздуха. Или она расценила напряжение как нечто иное? Я покосилась на родительницу и нахмурилась — на ее лице расцветала довольная улыбка. Она что-то задумала.

— Да, странно, — протянул мужчина, опуская руку. Я так и не пожала его крепкую ладонь, тепло которой до сих пор хранилось на моей коже. И почему я так остро реагировала на него? Мы были знакомы всего семь дней. Недостаточно для того чтобы... Или достаточно?

Покачав головой, я скопировала улыбку матери, напуская на себя беззаботную веселость. Пусть не думает, что задел меня. Я девочка взрослая и гордая, и никаким мачо с пляжа не позволю ранить свое сердечко еще раз!

— Милые тапочки, — усмехнулась, косясь на его ноги.

Мужчина уставился вниз и нахмурился. Я хохотнула, замечая его растерянность. Маме все-таки удалось нацепить это безобразие хоть на чьи-то ноги.

— Да, чудные олени, — произнес он сквозь зубы.

— Вам очень идет, Евгений, — одарила мужчину улыбкой. — А теперь, если вы не против, я пойду дальше следить за мелкими. Иначе твоя елка не доживет до полуночи, — бросила последнюю фразу матери и, резко развернувшись, поторопилась схватить Анечку, младшую дочь Марины, за ножки и вытащить из-под елки, куда она забралась в поисках новогодних подарков.

***

Если она меня не узнала, то я спятил. Потому что я был уверен, младшая дочь Ирины была той самой... Ох, я даже думать о ней теперь не мог в таком ключе. Пусть мы и не были родственниками, но то, что наши семьи были очень близки, кое-что меняло.

Я почесал затылок, наплевав на странные тапочки с оленьими рогами и выпученными глазами, и побрел следом за остальными в огромную гостиную, где уже веселилась малышня (та часть, которая не пыталась снести елку), общались их родители, а мои родственники вручали первые подарки.

— Евгений, не обращайте внимания на мою дочь, — Ирина подхватила меня под руку и вела за собой.