Любовь в офисном механизме

Глава 4

Милена не могла уснуть. Снились какие-то сраные кошмары. Пришлось встать, за окном темнотища, есть нечего, до выхода из дома ещё три часа. Жесть. Как сегодня она покажет себя на работе? И вообще, как она выглядела в глазах этих фиф, мнящих себя высокородными дамочками? Нет, Римма вроде нормальная…

Она выбирала одежду настолько тщательно, что перебрала весь гардероб. Это выкинуть, это погладить, это кому-нибудь отдать. Милена не заметила, как вышла за пределы дресс-кода. С бокалом шампанского под любимую музыку она крутилась перед зеркалом, обдумывала, какие подошли бы украшения, как будет краситься, тренировала походку и даже репетировала, что она будет говорить в разных ситуациях. Вот он, день её триумфа. Он настанет сегодня и продлится до тех пор, пока она не уволится. Ну, затем будет другой, конечно же. А в отпуске можно будет отдохнуть от триумфа и на больничном… Впрочем, на больничные она не собиралась уходить.

Она представила, как оделась бы Алла, как скомпоновала бы вещи Милены. Так-так, а что ей сдалась Алла... Милена нисколько не хуже. Вот разрешат приходить на работу в чëм угодно, вот откроется рот у этой дешёвой дамочки… Трудно быть самóй собой в новом коллективе. Милена всегда искала опору, образец, без которого не начиналось творчества. Подстроиться под других, и только потом припомнить, кто ты, и прогнуть свою линию на все сто процентов — вот это была маркетинговая стратегия Милены.

Милена улыбалась. Хоть и пришлось надеть скучные чёрные брюки, но про причёску и мейк-то не говорилось ни слова. Замечательный солнечный день, море сил внутри. Она хотела пробежать по уже родному этажу и выкрикнуть, что есть сил, какое-нибудь матерное слово в окошко коридора, чтоб аж администратор на первом этаже поперхнулась своим кофе. Милена ощущала себя так, словно она здесь самая главная и весь Сапфир так-то принадлежал ей, если что, подвиньтесь и не отсвечивайте.

В кабинете она скинула с себя розовую куртку и ждала аплодисментов. Хотя бы автограф дать кому-нибудь. Хотя бы комплимент услышать. Вместо этого начальник спросил:

— Ты что тут делаешь?

— Я? В смысле? Вы же сказали, что берёте меня на работу.

— Римма, почему ты мне не напомнила? — Александр Владимирович приложил руку ко лбу.

— Да я думала, так надо.

— Нет, не надо. Милена, завтра идëшь в наш барбершоп, знакомиться с ассортиментом косметики, как работают барберы и всё такое прочее.

Милена выдохнула. А потом начальник скинул список того, что нужно изучить в барбершопе. Александр Владимирович добавил, что особенно будет спрашивать про позиционирование, какие задачи решает «Рай мужика» в целом и косметика компании, целевую аудиторию и прочие детали маркетинговой стратегии. По версии Милены. Что она подметит.

А она-то обрадовалась. Думала, будет стрелять глазками в компании красавчиков и потом, на словах, что-нибудь расскажет о том, что увидела. Сначала придётся «узнать продукт», чтобы стать хорошим маркетологом. Особенности товара влияли на детали маркетинговой стратегии, это Милена узнала на курсах. Наверное, так даже лучше: когда знал вопросы — было время подготовить ответ.

Римма шёпотом похвалила кудряшки и блузку. Всё хорошо, можно жить дальше.

Начальник оторвался от работы за ноутбуком и хлопнул в ладоши:

— Окей, малышки, есть десять минут для летучки. Первое, что хочу сказать. Все слышали, о чём я говорил вчера?

— Про что вы говорите конкретно? — спросила Римма.

— Милене я что вчера сказал?

— Белый верх, чёрный низ, — ответила Милена.

— Советую хотя бы гуглить определение слов, если не знаешь.

— Не понимаю…

— Не понимаешь, дверь там.

Рубашка Милены была самого белого цвета, а брюки — самого чёрного. Было похоже на газлайтинг. Или он про причёску и макияж… Александр Владимирович прищурился и улыбался, довольный собой, будто ему доставляло удовольствие унижать беззащитного. И Милена молчала! Как она могла молчать?.. Она не понимала, почему не могла сказать Степченко даже простое: «мне неприятны ваши слова». Щетина, полноватые щëки начальника внушали ей отвращение ко всем мужчинам-директорам. Или просто глупым мужчинам. И руководитель не должен пользоваться своим служебным положением для того, чтобы самоутвердиться. А каким руководителем в «Пиццадоре» была она сама? Особенно в отношении новеньких. Нет-нет-нет, так недолго оказаться на приёме у психиатра, ведь она страшно не любила новичков, которые только и делали, что портили что-нибудь…

Милена сглотнула накатившую противным комом слюну. Хотелось уйти, реально. Покурить. Или съесть шоколадку. Но сначала эту харю напротив выкинуть из окна, конечно. Через пару вдохов и выдохов гнев поутих.

— Прекрасно, — сказал начальник, не услышав ничего в ответ. — Итак, обсудим планы на день.

Начался рабочий день. Такой, каким будут все последующие. Но где-то на дне сознания Милена беспокоилась. Начальник, Алла и Римма разговаривали так, будто Милены не было в кабинете.

— Алла, на следующей неделе два мероприятия, помнишь?

— Дорогой дневник, как забыть те грядущие ужасы, что мне придётся пережить… — закатила глаза Алла.

Римма похихикала, прикрыв рот пальцами.

— Так, — начальник улыбнулся. — Вот не надо вот этого. Подготовь на выбор площадки в Екатеринбурге, я сегодня посмотрю, обсудим. Не заказывай пока, вдруг мне сразу не понравится. Как с «РублёвГриль» идут дела?