Любовь в офисном механизме

Глава 16

Милена провела один из самых волшебных и тёплых вечеров в жизни наедине с собой. Она оделась в своë лучшее платье, сидела в «Джазе», пила шампанское и промелькнула мысль: нет, никаких больше парней, пошли все нафиг. Живая музыка, огни гирлянд, вкусная еда и головокружительные танцы без партнёра и желания привлечь чьё-то внимание. Милену подхватила магическая атмосфера кафе и качала, баюкала. Одна девушка тоже была без пары, и они немного потанцевали друг напротив друга, но и без этого было бы хорошо.

На работе стул напротив неё пустовал. Там всего пару дней сидел Миша, подкалывал её и оскорблял, но как-то… не со зла? Или это она не хотела на него обижаться?

Степченко был нервным, подгонял Римму, Аллу, срывался на Милене, утирал лоб платком, и большими щенячьими глазами смотрел в монитор. О, великие и ужасные итоги года. Двадцать пятое декабря. Ёлочку пора ставить дома, да салатики продумывать, а тут без мыла… Ну Милене не было жалко жирдяя. Она-то свою работу делала, спасибо сайтам, которые проверяли текст на грамотность, теперь поуютнее как-то.

Сайт почти что был готов. У Аллы были готовы очередные договоры с компаниями. Всё прекрасно. Только скучно без Миши.

Милена зевала весь день. Заносила руку над глазом, чтобы потереть, и вовремя одëргивала её. Косметика: тушь на ресницах, тени, все дела.

А когда наконец-то начался обед, Степченко всех выгнал из кабинета. Милена долго возилась со своей сумочкой, куда же подевалась эта губнушка, губы засохли после вчерашней матовой помады, просто как наждачка. Александр Владимирович вытолкнул Милену за дверь. Капец, как ей жить с этими губами. И только она пошла к лифту, как заметила краем глаза какое-то движение, потом услышала шаги. Обернулась она не сразу, а когда посмотрела, кто там был, увидела лишь спину Риммы, которая скрылась в кабинете.

Лифт приехал. Милена не зашла в него, створки закрылись. Она подождала. Ещё немного. И ещё. Начальник и Римма не выходили из кабинета.

«Меня не устраивает», «я устала», «психолог сказал, что можно это изменить». Именно так говорила Римма. Слова эти было трудно понять. Разгадка могла скрываться где угодно, но Милена почувствовала, что она там. За дверью.

Как далеко могла зайти власть одного человека над другим? Милена подошла и прислушалась. Тишина. Нет, кажется, какое-то шуршание.

Она распахнула дверь и, прежде чем что-то увидела, закрыла её за собой, чтобы не сбежать. Римма одëргивала юбку, натягивала капронки, а Степченко застёгивал брюки и матерился. Как он только не назвал Милену, сколько витиеватых слов она услышала. Колготки Риммы порвались от торопливых движений пальцев с длинными белыми ногтями.

— Стоп, — сказала Милена. — Александр Владимирович Степченко, я вас увольняю. Вы злоупотребляете служебными обязанностями.

— Чего ты сказала, шмара?

— Базар свой фильтруйте. Я в полицию звоню.

Милена начала набирать номер, на этот раз по-настоящему. Римма подошла и легонько остановила её, опустила телефон. Руки Риммы дрожали.

— Всё не так, как ты себе представила.

— Да как он тебя так запугал? Из тюряги, где ему и место, он не дотянется до тебя.

— Милена, ты больная? — закричала вдруг Римма. — Он меня не соблазнял. Я с ним по своей воле.

— И Алла? Степченко, на месте стой!

— Ты как со мной разговариваешь? — спросил он.

— Да, и Алла! — Римма закрыла Степченко собой. — Не лезла бы ты не в своё дело.

— Не верю, — сказала Милена. — Ты себя не на помойке нашла. Ты не настолько любишь брендовые вещи и цацки, чтобы трахаться с этим жиробасом. Гудки уже идут. Есть что сказать?

— Ты просто выставишь себя дурой.

Степченко так противно и елейно улыбнулся, что Милене стало дурно. Начальник хранил уверенность в себе до самого последнего, пока Милена общалась с полицией.

— Ты поддержишь меня, Римма? Ты дашь показания?

Глаза Риммы наполнились слезами. А когда Милена положила трубку, Степченко начал орать и размахивать руками, Римма хотела остановить его, но Милена схватила её за рубашку, рванула на себя, развернула лицом к двери и пихнула, а потом побежала за ней следом.

Сердце колотилось будто в ушах. Каблуки! Как они мешали! Скинуть нет времени, коридор представлял собой кольцо, никуда не убежать. Римма побежала к пожарной лестнице, она же может быть закрыта, по классике! Лифт ждать долго, и Милена крикнула Римме: «К управляющему!».

Хорошо, что девочки бегали быстро, а Степченко был жирным и неповоротливым хряком. А иначе шансов было бы ноль.

Милена запомнила выражение лица управляющего, когда в его кабинет вбежала Римма с серым лицом и порванными колготками, Милена, которая тут же скинула каблуки и подняла туфлю, чтобы защищаться, и красный, задыхающийся Степченко, будто у него начался приступ астмы. У него рот открылся, брови… Какие у него кустистые брови, Милена никогда не замечала. А что было дальше, она помнила отрывками. Что-то Римма шептала, когда начальника увели, Алла что-то спрашивала, прикладывала пальцы ко рту. Римма рыдала, обнимала то Аллу, то Милену. Но хорошо помнила шипение, когда управляющий открывал бутылочку с газированной водой. Как Римма утирала нос платком, держала прозрачный стакан, как поднимались пузырьки со дна. Они громко лопались, а потом воды не стало, всю выпили.