Любовь в офисном механизме

Глава 18

На месте Степченко теперь сидела Яна Валерьевна и ругалась. Оказалось, Александр Владимирович не зря не любил итоги года — он просто делал их в последний момент. Рядом сидела Римма и Милена задумалась, и как они только дружили? Разница в возрасте им будто не мешала, совсем как Милене и Светлане из «Пиццадора». Или нет?

Милена пригляделась. Нет, ведь они не работали в одном кабинете, они ходили вместе на фитнес. Хм, а виделись ли они в остальное время и на чëм же держалась их дружба? Ответ вскоре нашёлся: все трое перетëрли последние сплетни. Они обсудили, кто с кем собирался встречать Новый год, как кого-то бросили, а одну парочку заметили в машине на парковке. И поговорили о Степченко. Яна сильно не допытывалась, просто спросила, как девочки себя чувствовали после того, как весь офис узнал. Алла сказала, что ей наплевать, посмотрели бы на себя сначала и будь они на её месте, и не такое бы делали. А Римма ответила, что не особо хотела обсуждать этот вопрос.

Вместе с Яной в кабинет вошло солнце, день был ярким, искрилась огнями маленькая ёлка на столе, блестели капельки на листках пальмы, которую Яна заботливо полила и опрыскала. Лица девочек засияли. Римма что-то вспомнила, полезла в сумочку и преподнесла Милене подарок: абонемент в фитнес-зал Сапфира на полгода.

— Ты не представляешь, что ты для меня сделала, — сказала Римма с влажными глазами. — Для Аллы тоже, но она покрепче меня.

— Это от нас двоих, — сказала Алла. — Будем ходить вместе, узнаем друг друга получше. Тебе нравится?

— Конечно, да! Спасибо, лапуськи.

Милена ощущала себя неуютно и странно. Они не болтали о личном, и Милена представляла, как будет бегать с ними рядом на беговой дорожке. Ну во время бега не поболтаешь, а вот пока гирю поднимаешь… Ещё была между ними невидимая стена, Милена всё ещё оставалась новенькой.

На обеде Римма и Алла остались в офисе, потому что взяли еду с собой. А Милена и Яна Валерьевна впервые остались наедине и должны были как-то приспособиться к друг другу.

— Куда идëшь обедать? — спросила начальница.

— Не знаю. Вы, наверное, пойдёте в «Баварианс», а мне туда нельзя.

— Да? Если тебе не по карману, то можем пойти разными дорогами.

— Нет… Вы, наверное, уже всё знаете от Миши. Там правда мой бывший работает.

— Так, ты со мной будешь, пошли. Если что пикнет, так я его мигом отчитаю, похлеще его бабули.

Милена не хотела угодить начальнице. Или… хотела. Но больше её обуревало любопытство: кто она, что любила, почему нравилась Мише. Он же, жук, ничего не рассказывал, какие искры там между ними мерцали. Яна Валерьевна, как и все люди, наверняка ничего не рассказывала о себе тем, кто младше. А если взрослые и делились какими-то фактами с молодёжью, то только в назидательной форме. М-да, совсем не хотелось есть под бубнëж, но ладно, любопытство сильнее.

Молчание между Миленой и Яной Валерьевной ощущалось как платье не по размеру, которое сдавливало тело со всех сторон. О чём можно вообще говорить с ней? Тёмная фифа, непонятная. Как унять эту дрожь, перестать опасаться? Милена осознала, что боялась осуждения со стороны начальницы. Ну ведь не мама она ей, в самом деле, или бабушка...

— Вы тут что-нибудь ели, Яна Валерьевна? Я тут впервые.

— Да почти всё перепробовала, люблю у них гаспачо с фетучини, бефстроганов и запечённый картофель с моцареллой. Рислинг тут просто чудо, но, сомневаюсь, что сейчас его уместно заказывать.

— А я люблю белое вино, запомню. Хм, а вот суп с морепродуктами на картинке выглядит аппетитно.

Они заказали блюда и сидели в телефонах. Милена хотела очень грызть ногти, и что, подумаешь, наращённые, их интереснее грызть. Она могла спросить у Яны что угодно. Вот хоть про то, как она относилась к батискафам или Лос-Анджелесу. Но Милена спросила:

— Миша вас чем-то обидел?

Яна не двинулась, только глаза подняла от телефона на Милену, цепкие, подведëнные чёрным карандашом.

— Это я его обидела.

— А…

— Желаю вам счастья. Мы оказались несовместимы.

— По гороскопу?

— По жизни. — Яна ухмыльнулась. — При чём тут гороскоп?

— Эм, ну… Мы вот два овна. Не думаю, что мы тоже совместимы. И вообще, он мне больше как друг.

— Ну-ну. Знала я такую дружбу.

— Нет, правда. Никогда бы не подумала, что дружба между мужчиной возможна.

— Она возможна. На определённый промежуток времени. Когда кто-то один решает признаться в любви, чаще всего дружба заканчивается.

— А если оба решают?

— Такие отношения я видела, — сказала Яна. — Но долго они не продлились.

Милена не знала, рассказывал ли Миша Яне обо всём, поэтому старалась не проболтаться, что они теперь жили в одной квартире волею судеб. Мало ли что, ага.

А ещё Яна спросила у Милены, готово ли платье к корпоративу в новогоднюю ночь. Что? Какой корпоратив? Платье? Яна сожалела, девочки не хотели говорить про праздник, да так и забыли рассказать. Тематикой праздника оказались тысяча девятьсот двадцатые. Нужны были костюмы по лекалам этого времени либо что-то близкое.