Любовь в офисном механизме

Глава 24

Милена рассматривала зал. Что тут можно устроить? Да всё что угодно. Они праздновали в отделе обучения, стулья расставили у стен и в центре образовалось пустое пространство. Хоть махач, хоть танцы или… концерт.

Пахну́ло мандаринкой, Миша жевал. Протянул ей половинку — будешь? Так хотелось всё со стола попробовать, Алла заказала новогодний кейтеринг, и особенно бокалы с синими коктейлями, вино, шампанское приглашали к празднованию, но надо было устроить веселье сначала. В первую очередь, для себя любимой!

Милена хряпнула дольку мандаринки и потащила Мишу к парню, ответственному за музыку:

— Что у тебя есть?

— Клубная музыка, попса русская и зарубежная, караоке…

— О, а какие есть песни для караоке?

— «Рюмка водки на столе», «Угонщица», «Кабриолет».

— Блин… Ну, наверно все уже достаточно выпили.

Милена поняла, что изменилось в зале. Она помнила, что здесь стоял экран, чтобы показывать презентации. Сейчас он отсутствовал, а вот под потолком в углу так и висел проектор. Кто-то повесил на него мишуру. И пульта нигде не видно. Миша посмеялся: трое из отдела контроля качества яростно соревновались в игре со стаканчиками и шариками.

— А ты свой ноут к проектору сможешь подключить? — спросила Милена у парня на звуке.

— Ага. Тут есть провода.

— Ладно.

Милена встала на стул, чтобы нажать кнопку включения проектора. Миша придержал её стул со словами: «На высотных работах кто-то всегда должен страховать». Это он от отца узнал, сказал. А потом он как затряс этот сраный стул, она чуть не грохнулась нафиг, вскрикнула и ухватилась за его плечи.

— Я тебе в кровать навалю, как Эмбер Хёрд!

— Давай, я снимать буду из-за угла.

— Да тебя дома не будет, лошара.

Миша подхватил Милену и поставил на пол. Они были идеального роста, их губы находились напротив, ну, Милена на каблуках, но всё равно… Она спросила, куда укатили проекционный экран. Как-то странно стало, не по себе. Холодно, от мурашек похоже.

— Он у нас в отделе, держи, красотка. Меня, кстати, зовут Пётр.

Рядом с ними будто воплотился Бог в плоти и крови, но нет: это всего-навсего директор отдела качества, — Пётр протянул ей ключ. Миша опустил руки с её талии, а Милена убрала ладони с его плеч. Милена, смотря на ключ, изобразила удивление.

— Вау!

— Он не от квартиры, где деньги лежат. Экран у нас в отделе.

— Ещё бы. Мечты сбываются всегда не полностью.

Милена разозлилась. Вернул бы сам экран на место, д’Артаньян, тьфу на него... В Сапфире царила темнота и тишина, только приглушëнно зазвучали «Белые розы» из кабинета обучения. О, только не эта песня. Как хорошо, что они ушли. Она играла на выпускном из школы-пансиона. Столько прекрасных воспоминаний хотело завладеть её рассудком, но не сейчас, не надо ничего вспоминать. Шаги гулко отзывались эхом по коридору.

Миша спросил, всё ли в порядке. Да, всё хорошо. Милена вздохнула, провернула ключ, включила свет и услышала, как дверь закрылась. Миша опёрся на неё спиной, и выглядел он обеспокоенно.

— Ты какая-то грустная сегодня. Новый год же.

— Да я считаю, что это семейный праздник.

— Почему ты тогда не в Асбесте?

— А ты?

Миша нашёл экран, Милена стала искать пульт на столах и спросила:

— У тебя есть такое ощущение, будто там, ну в прошлом, тебе было лучше?

— Да, я постоянно испытываю эту тоску по «потерянному раю».

— Это из книг что-то?

Миша ответил «почти», а потом управляющий придержал им дверь, когда они закатывали экран в отдел обучения.

— Что это вы такое придумали? Покажете нам годовой отчёт вашего отдела? Вы из какого, кстати? — спросил он.

— Маркетинг, — ответила Милена, не поднимая глаз.

— Так вы же уже показывали.

— Закрепим материал.

Милена дала указания парню на звуке, взяла микрофон. Ну и жарко же сейчас буде-е-ет…

— Всем привет, кто меня не знает, я Милена. Работаю с вами уже месяц. За это короткое время я успела найти подругу и хочу немного развеселить её.

Римма и ещё парочка людей захлопали в ладоши.

— Синенькая юбочка-а и ленточка в косе-е, кто не знает Любочку-у…

Милена обводила взглядом людей поверхностно. Она пела для Риммы и зажигалась от её реакций, рядом флексила Алла. По сути, они выступали вместе, но все смотрели на Милену. Ловили каждый жест и взгляд. Вначале они занимались своими делами, а потом их задачей стало любование её волосами, фигурой и движениями.

— Либэ, ли-и-ибэ-э-э, аморэ, амо-о-орэ-э!

Она не особо умела петь, но благодаря своей уверенности попадала во все ноты. Под конец песни ей хлопали, не жалея рук. Песня закончилась, и Милена посылала воздушные поцелуи и кланялась. Она представляла, как к её ногам падают букеты, подобно тому как в конце спектакля усыпали пол цветами перед Майей Плисецкой после балета «Кармен». Только для Милены букеты бросали лишь розовых оттенков, и она купалась в них, вдыхала их аромат и…