Любовь в пушистых лапках: Новогодняя история

Глава 15

Мы долго сидели, смотря на огонь в камине. Я думала о том, каким Верес был в детстве, а потом, как он встретился с Крашем и какой была эта встреча. Я уже собиралась спросить об этом, как в дверь постучали. Настойчиво, требовательно, без права на отказ.

Когда маг отворил дверь, на пороге я заметила того самого мужчину с портрета, только в усах уже прослеживалась проседь, а горящие глаза спрятались за толстыми стёклами очков.

— Почему так долго? — не здороваясь и не утруждая себя хоть какими-то нормами приличия, мужчина прошёл внутрь.

Он бросил тяжёлый тёмный плащ с таким же гербом рода Лейтгард прямо на пол, даже не обернувшись. Верес повесил плащ и с грустным вздохом и тоской в глазах произнёс:

— Знакомься, Руна, лорд Эвр, мой отец. Отец — Руна, моя девушка, — отчеканил он, как на важном приёме.

На душе сразу потеплело от его слов, но я тут же одёрнула себя. Сейчас нужно было поддержать Вереса, учитывая, что я слышала о его отце ранее.

— Вижу, ты не теряешь времени даром! Инор сказала мне, но я не поверил своим ушам, а теперь вижу, что девица сама не прочь запрыгнуть тебе на шею.

Я вскочила на ноги, опрокинув бокал с чаем. На полу образовалась лужица, но мне было всё равно. Мои щёки залил румянец, но я всё равно высказала этому наглому господину всё, что думаю.

— Хоть вы и ворвались в дом своего сына, надо сказать, сделали это без его приглашения, это не даёт вам право меня оскорблять. Я приличная девушка и не позволю говорить обо мне в таком тоне.

Лорд Эвр Лейтгард лишь усмехнулся.

— Приличная девушка не будет разгуливать в вещах мужчины, не будучи за ним замужем. Очнитесь, милая. Вы всего лишь дама для утех.

— Отец! — взревел маг. — Ты сейчас же извинишься перед Руной и уйдёшь. Я поговорю с тобой позже!

— Мальчишка! Она околдовала тебя, ей нужны лишь деньги и статус, а ты ведёшь себя как слепой щенок. Очнись, сын. Не ровен час, когда она обчистит тебя до нитки, и ты не сможешь ничего сделать.

— О маме ты тоже так думал? — безжизненным голосом спросил он.

Его взгляд перестал что-либо выражать, и только кулаки продолжали сжиматься. Мне стало страшно видеть его таким, но вот отцу, кажется, было всё равно.

Он на мгновение замер, а потом медленно повернулся на голос сына.

Верес шагнул вперёд, его пальцы дрожали, но голос звучал твёрдо:

— Ты не знаешь её. Ни её, ни меня. Ты даже не попытался узнать, что происходит в моей жизни. Ты только рушишь, всё ещё надеясь на руинах построить свой маленький мирок.

Я стояла, сжав кулаки, чувствуя, как внутри разгорается огонь. Не от гнева — от боли. Не за себя, а за Вереса. За то, как легко его отец ранил словами, будто не видел в нём взрослого человека, способного принимать собственные решения.

— Я знаю достаточно, — отрезал лорд Эвр. — Ты всегда был слишком доверчивым. Слишком мягким. В тебе это от матери, и это тебя погубит.

Я не успела заметить, как ледяная волна пронеслась по комнате, сметая всё на своём пути, но абсолютно не задев лорда Эвра. Он легко отразил атаку.

— Ты смешон. Думаешь, она сделает тебя счастливым?

Не успел отец договорить, как новая волна пронеслась по комнате. Сильнее первой, но и в этот раз он устоял. Я не увидела, а только почувствовала, как полы покрылись инеем, и в комнате стало очень холодно.

— Прекрати, — его голос прозвучал ровно, без злости. Словно он делал замечание нерадивому ученику. — Ты тратишь силы впустую. Эмоции — плохой проводник для контроля.

Верес улыбнулся. Краш, всё это время прятавшийся где-то, наконец выбрался из своего укрытия и запищал так, что пришлось зажать уши. Его писк завыл ветром в комнате, сбивая всё на своём пути. Иней превратился в лёд, и, не успев сориентироваться, лорд Эвр поскользнувшись упал, проехав до самой двери. Верес услужливо подал ему плащ.

Отец встал и распахнул дверь, но прежде чем выйти, обернулся. Его взгляд скользнул по сыну, задержался на мгновение, а затем он ушёл.

Дверь захлопнулась. В комнате повисла тишина. Верес стоял неподвижно, словно статуя, только пальцы всё ещё сжимались и разжимались. Я медленно подошла к нему, не зная, что сказать.

— Прости, — наконец прошептал он, не глядя на меня. — Я не думал, что он…

Я взяла его за руку. Его пальцы были холодными, но я сжала их крепко.

— Это не твоя вина. Он просто… боится.

Верес поднял глаза, в них читалась смесь боли и недоумения.

— Боится? Чего?

— Того, что ты станешь другим. Что ты выберешь свой путь, а не тот, который он для тебя придумал.

Он глубоко вздохнул, провёл рукой по лицу, будто стряхивая наваждение. Потом посмотрел на меня — впервые за всё это время — по-настоящему посмотрел.

— Спасибо, — сказал он тихо. — За то, что ты здесь. За то, что… осталась.

Я не стала ничего говорить в ответ, а просто обняла мага, и, как мне показалось, это именно то, что ему было нужно.