Любовь в тени колдовства

Глава 13. Элизабет

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь плотную листву, играли причудливыми тенями на лесной подстилке. Элизабет распахнула дверь башни, впуская свежий, насыщенный ароматами хвои и влажной земли воздух. Марийка тут же выскользнула за ней, крепко прижимая к себе потрёпанную тряпичную куклу.

— Ну что, мои маленькие исследовательницы, готовы к новым открытиям?

— Готовы! — отозвался звонкий голосок Марийки.

Они двинулись по узкой тропинке, уходящей вглубь леса. Элизабет шла первой, оглядываясь по сторонам и изучая пространство вокруг. Она знала этот лес вдоль и поперёк, но в эти неспокойные времена бдительность была превыше всего. Марийка, увлечённая игрой солнечных зайчиков, то и дело отвлекалась на порхающих бабочек и заливистые трели птиц.

— Мам, смотри, какая красота! — воскликнула девочка, показывая на ярко-синий цветок.

— Чудесный, но трогать его не будем, — улыбнулась Элизабет. — Мы ищем только то, что можно съесть.

Они неспешно брели по лесной тропинке, внимательно осматривая каждый куст и дерево. Элизабет, выросшая в этих краях, с детства знала все съедобные и опасные растения.

Вскоре их усилия были вознаграждены: перед ними раскинулась полянка, сплошь усыпанная спелой земляникой. Марийка радостно вскрикнула и принялась бережно собирать ягоды в свою маленькую ладошку. Элизабет присоединилась к дочери, и через некоторое время их корзинка была полна ягод.

— Мамочка, можно мне чуть-чуть попробовать? — взмолилась Марийка, не отрывая глаз от ягод.

— Конечно, моя звёздочка, угощайся. Только помни, нам ещё варенье готовить нужно, — ответила Элизабет с улыбкой.

Марийка тут же с удовольствием съела несколько ягод, запачкав свои щёки сладким соком.

Продолжив свой путь, они обнаружили заросли дикой малины. Крупные, налитые соком ягоды сверкали на солнце, словно россыпь рубинов. Собирать малину оказалось сложнее, чем землянику. Вооружившись веточками, чтобы отодвигать колючие стебли, они терпеливо наполняли корзину.

Вдруг Марийка замерла, прошептав:

— Мама, смотри!

Элизабет проследила за взглядом дочери и увидела под кустом крохотного зайчонка. Он сидел неподвижно, и огромные чёрные глаза, полные страха и беспомощности, были направлены на них.

— Бедняжка, — прошептала Элизабет, стараясь говорить тихо, чтобы не спугнуть зверька. — Наверное, потерялся.

— Можно его погладить?

— Нет, Марийка. Мы не должны вмешиваться в жизнь диких животных, иначе его не узнает мама.

Несколько минут они молча наблюдали за дрожащим комочком, а затем Элизабет мягко подтолкнула дочь вперёд. Она знала, что вмешиваться в естественный ход вещей не стоит, и лучшее, что они могли сделать — оставить зайчонка в покое.

Чем глубже они уходили в лес, тем сильнее сгущалось тревожное предчувствие. Элизабет не покидало ощущение чужого присутствия, словно невидимые глаза сверлили её спину. Ей казалось, что за ними кто-то наблюдает. Она то и дело оглядывалась, пытаясь разглядеть хоть что-то в густой листве, но видела лишь пугающие тени от деревьев. Желая скрыть подступающий страх, Элизабет крепче сжала ладонь Марийки.

—Марийка, — прошептала она, — думаю, нам стоит вернуться. Уже вечереет.

Марийка молча кивнула.

Ускорив шаг, они направились обратно в их временное убежище. Элизабет, не переставая, оглядывалась через плечо, прислушиваясь к каждому шороху, к каждому треску сломанной ветки под ногами. Ей казалось, что кто-то неотступно преследует их, дышит прямо в спину.

Когда они уже почти выбрались из леса, Элизабет услышала резкий треск ломающихся веток. Инстинктивно обернувшись, она увидела высокого мужчину, застывшего в тени деревьев. Лицо его было неразличимо, но от взгляда, который она чувствовала на себе, по спине пробежал леденящий холодок.

— Кто там? — крикнула она.

Мужчина не ответил. Он оставался неподвижным, словно статуя, не издавая ни звука.

Элизабет понимала, что медлить нельзя. Предчувствие внутри кричало об опасности, и, схватив Марийку за руку, они рванули вперёд. Но преследователь не двигался, оставаясь там, в глубине леса.

Ворвавшись в убежище, Элизабет захлопнула дверь и с лязгом задвинула засов. Прислонившись к двери спиной, она ловила ртом воздух. Марийка, прижавшись к матери, мелко дрожала всем телом.

— Мамочка, кто это был? — прошептала она, заглядывая в глаза матери.

— Я не знаю, моя звёздочка, — ответила Элизабет. — Но теперь нам нужно быть осторожными.

Она почувствовала, как привычный мир рассыпается на осколки. В лесу появился хищник, и этот хищник охотится за ними. Единственной задачей для девушки сейчас было защитить Марийку, чего бы это ни стоило. Тревога холодной волной захлестнула её, но в глазах зажёгся огонёк решимости. Она не позволит никому и ничему причинить вред её маленькой Марийке. Ничему и никому…

Ночь спустилась на лес, окутывая временное убежище тьмой. Лунный свет едва просачивался сквозь густые кроны, рисуя на земле зловещие узоры теней. Элизабет, прильнув к окну, всматривалась в чащу, где они встретили незнакомца. На полу, прижав к себе любимую куклу, безмятежно спала Марийка.

Элизабет не могла прогнать тревогу. В памяти вновь и вновь всплывал образ молчаливого мужчины. Кто он такой? Что ему было нужно?

Внезапно она услышала тихий шорох снаружи. Кто-то, словно крадущийся зверь, подходил ближе к их башне.

Боясь разбудить Марийку, она бесшумно поднялась и сняла со стены старый охотничий нож. Крадучись, она подошла к двери и приникла к щели, пытаясь разглядеть что-нибудь в ночном мраке.

В темноте ничего не было видно. Но звук не прекращался. Он становился всё ближе и ближе.

Рука Элизабет судорожно сжала рукоять ножа. Она понимала, что в случае нападения её сил надолго не хватит, чтобы защитить и себя, и Марийку. Нужно срочно найти выход, продумать план.

Неожиданно шорох затих прямо за дверью.