Любовь в твоих глазах

Глава 4

Дыхание перехватило. Что же со мной происходит? Едва собрав все силы, я тихо проговорила:

– Танец закончился… Нам пора, неуместно будет, если мы продолжим так стоять в центре.

– Да, конечно. Прошу вас, – ответил Химелиус, элегантно предложив мне опереться на его локоть.

Весь вечер я чувствовала на себе заинтересованные взгляды гостей. Особенно обжигающим был взгляд у Химелиуса. Он заставлял меня трепетать и краснеть, пробуждая чувства, которых я никогда прежде не испытывала. Временами я замечала, как он хотел подойти ко мне, но что-то его сдерживало: то люди, норовившие обменяться парой слов, то что-то еще. К концу торжества я так устала, что единственным желанием было сбежать, что я и сделала при первой возможности.

Сад, теперь уже моего дома, был ухоженным. По краям клумб пестрили разноцветные тюльпаны, а в центре, словно сокровище, скрывался небольшой лабиринт с нежно струящимся фонтаном. Вокруг сада располагались цветы рассвета, которые поглощали темную магию и злые силы, превращая их в светлые волны природы, пропитывающие наш мир.

В нашем мире живут и темные маги. Они не злобные, просто природа даровала им силы, которые могут разрушать. Тем не менее, у них есть и положительные стороны – они великолепные мастера горных дел и могут управлять стихиями земли, огня и грозы. Темные маги подразделяются на две группы: обсидианы и просто темные.

Светлые маги, будучи целителями и защитниками природы, управляют всеми стихиями, кроме грозы. Они делятся на три категории: высшие светлые, низшие и уникумы, обладающие более чем пятью видами силы.

Есть и полукровки, которые имеют и темную, и светлую силу. Они принадлежат к обоим мирам. Безусловно есть и простые люди без магии.

В нашей семье только отец – уникум. Его детям не досталась такая сила как у него. У нас с братом одинаковые силы: боевая магия, целительство и стихия воздуха. У сестер по две силы: стихия воды и управление природным балансом. Отец владеет боевой магией, стихиями воды, воздуха, земли и огня, а также телепатией. У мамы были целительство и управление природным балансом. Благодаря нашим магическим силам, мы живем вдвое дольше, чем обычные люди, но даже эта привилегия не делает нас бессмертными.

Размышляя о мире вокруг меня, я столкнулась с приятным, но пугающим сюрпризом – Химелиус. Он тоже был здесь. Заметив меня, он слегка улыбнулся и медленно подошел.

– Еще раз добрый вечер, Ваше Высочество, – произнес он, наклоняясь и целуя мои дрожащие пальцы.

– Он несомненно добрый, – ответила я едва слышно, голос дрожал. Откашлявшись, я мягко высвободила руку. – Если бы не эти настойчивые придворные, – попыталась я пошутить.

– Я вас понимаю. Наверное, вам невероятно трудно… И не подумайте, что я сказал это с какой-то целью. Мне ясно ваше положение.

– Благодарю за понимание и поддержку. Мне не легко, вы сами видите, – сказала я, указывая на повязку, прикрывающую мой левый глаз.

– Конечно. Простите за дерзость, Вероника, но спрошу сейчас, нежели терзать себя любопытством, – усмехнулся Химелиус.

– О чем вы?

– Ваш брат категорически запретил спрашивать, но что случилось с вашим глазом?

– Ах, это? – грустно улыбнулась я. Как же я ошиблась в нем. Оказалось, он такой же, как другие – любопытствует. – Извините, я не люблю об этом говорить, – сказала я и, улыбнувшись, пошла обратно в зал. Как только повернулась, лицо стало будто я съела лимон.

– Вероника! Я не хотел! Прощу прощения, – услышала я его голос.

– Ничего страшного. Простите, но мне пора.

– Мне жаль. Я не должен был, не имел права. Простите за наглость.

– Забудем.

Вернувшись в зал, я уже не могла там находиться. Даже притворно улыбаться придворным не получалось. Я ушла в свою комнату, пока брат с отцом разговаривали с очередным лордом. Зайдя в комнату и устроившись с книгой, услышала стук в дверь.

– Да, войдите.

– Вероника, почему ты ушла? Отец тебя ищет, – в комнату вошел брат.

– Я хотела отдохнуть. Жутко устала.

Повисло молчание. В тишине потрескивал огонь в камине. Джоан подошел и присел в соседнее кресло.

– Ника? – начал он, как всегда, когда хотел меня защитить.

– Слушаю.

– Кто-то тебя обидел, да?

– С чего ты взял?

– Ты не отрицаешь, значит, кто-то обидел. Кто это?

Я молчала. Я всегда решала свои проблемы сама, с самого рождения. Никогда не считала себя принцессой, хотя родилась ею. Я, наверное, самая неправильная принцесса в мире.

– Я все равно узнаю. Кто это? – с нажимом спросил он. – Герцог Экстилиус? Хотя вы общались до танца со мной, и ты была в хорошем настроении. Химелиус не мог, я его предупреждал.

На его утверждение я непроизвольно хмыкнула. Джоан напрягся и, впервые увидев его злым, вздохнул и прошипел сквозь зубы:

– Это он?

Я лишь отвела взгляд. Он тяжело вздохнул и пулей вылетел из комнаты, оставив меня с чувством вины.

Химелиус

Я был зол на себя. Что на меня нашло? Любопытство затмило разум. Стоя в углу, нервно отпил вино. В толпе не мог найти силуэт Вероники. "Кажется, она ушла," подумал я. Взгляд встретился с голубыми глазами друга, хмурого, направляющиеся ко мне.

– Давай выйдем, поговорим, – резко сказал он, подойдя.

– Конечно, – ответил я, допив бокал и следуя за ним в сад.

Я шел за ним, догадываясь о разговоре. Мы недолго шли до самой отдаленной части сада. Остановившись, он развернулся и ударил меня боевым потоком.

– Я просил тебя! – зло бросил он.

– Я знаю.

– Я верил тебе! Хотел, чтобы вы подружились. Ты обещал! – прокричал он, нанеся очередной удар.

– Не буду оправдываться. Признаю вину.

– Что ты ей сказал?

– Разве она сама не рассказала? - удивился я.

– Ты думаешь, она сама прибежала и рассказала? Она не такая! Не думай что она слабая принцесса. Что ты ей сказал?