Любовь в заклинании: Свет и тьма

Глава 8

Каин:

Я смотрел вслед удаляющейся повозке и никак не мог понять того ощущения, которое испытывал. Я же должен был радоваться, что ненормальная принцесса покинула стены моего дворца, немедленно накинуться на Офелию, не переживая, что Амелия может нас увидеть и выкинуть очередной фокус, не переживать за жизнь любимой. Вновь ощутить на себе ее маленькие хрупкие ручки, ее поцелуи и стоны уже подо мной, но почему-то внутри себя я ощущал какую-то пустоту.

Что могло измениться за последние пару дней? И что означает этот жест пальцем, который Амелия с довольной ухмылкой мне показала? Ее очередное колдовство?

Она обманом заставила жениться на ней, причем самым отвратительным способом, чуть не убила мою Офелию, свою собственную сестру, да она вообще погубила все мои планы!

Только я было хотел погрузиться в размышления, как хрупкая ладошка Офелии легла на мою щеку.

– Любимый, о чем ты думаешь? Мы должны радоваться, что никто нас больше не разлучит, может устроим по этому поводу праздник? – она взглянула на меня своими зелеными глазами, вот только в этот момент мне почему-то очень захотелось увидеть перед собой другие…голубые. Раньше я никогда не замечал насколько у Амелии глубокие глаза, как океан, каким дерзким взглядом она на меня смотрела. От этого взгляда у меня и в кабинете, и сейчас перед повозкой, мутился рассудок и все нутро как будто наполнялось чем-то очень теплым. Про остальные части тела я бы предпочел не думать, там я вообще не владел собой и не понимал почему так происходит.

– Конечно, милая, ты займешься приготовлениями? – я быстро одернул себя.

– С удовольствием! – Офелия потянулась ко мне за поцелуем и я ответил.

Она торопливо начала рассказывать как все устроит, я смотрел на ее шевелящиеся губы и опять…хотел почувствовать вкус других. Тех, которые я яростно терзал у себя в кабинете, совершенно не отдавая себе отчет в том, что творю. Те губы были со вкусом корицы и меда, такие мягкие и нежные.

– Любимый, ты меня слушаешь?

– Да, конечно, извини, задумался над некоторыми делами, так что ты говорила? – я пытался вникнуть в суть разговора, хотя совершенно ничего не понимал в организации балов и праздников.

А вообще, о чем мы еще с Офелией разговаривали? Только о праздниках, свадьбах, сплетнях в высшем обществе, но почему-то именно сейчас я чувствовал, что это невероятная скука. Раньше мне так не казалось.

– Я думаю, что нужно устроить бал-маскарад! – воскликнула Офелия.

– Звучит очень интересно, милая, но мне срочно нужно отлучиться по делам, встретимся чуть позже, – увидев двоих стражников, которые следили за Амелией, решил ретироваться.

– Ваше Величество! – отдали честь, а на одном из них я заметил огромные царапины.

– Что с лицом? – спросил я.

– Дык поцарапал меня кот ненормальной принцессы, – очень тихо сказал стражник.

– Хочешь сказать, что у принцессы Амелии был кот? – я очень удивился, ведь Амелия ненавидела животных. Впрочем, не только животных, она ненавидела всех, кроме себя любимой.

– Да, белый такой, она сказала, что теперь он с ней. Мы зашли, чтобы забрать вещи, сказали ей пару слов, а этот дурной набросился на меня, честное слово, прям как хозяйка!

– Понял, свободны.

Я направился в свой кабинет, чтобы ознакомиться с отчетами и немного побыть в одиночестве, последние дни меня выбили из колеи.

Но сколько бы я не вчитывался в документы, лицо Амелии стояло передо мной, а точнее ее выражение лица во время нашего последнего разговора. В ее глазах я не видел ничего, кроме безразличия, куда подевалась щенячья покорность и слепое обожание, смешанное с одержимостью?

Когда я гостил у Императора Атараксии, то знал, что обязательно встречу его дочерей, ведь уже было пора выбирать жену и будущую Императрицу, и многие об этом знали. Амелия и Офелия – каждая из них славилась неземной красотой на все Империи, но вот о характере, конечно же, мало кто распространялся. Когда я увидел их, то выбор сразу пал на Офелию – она не только красивая, но и чуткая, добрая, помогла всем моим сопровождающим расселиться, накормить. Очень нежная девочка, как ранний цветочек, а еще я почувствовал тепло, которое от нее исходило. А мне такая и была нужна.

А вот Амелия была ее полной противоположностью, шпыняла слуг, не просила, а требовала, была совершенно несдержанна и эмоционально взрывная. Такая не сможет быть Императрицей, да и тепла я от нее не чувствовал.

Но, по правилам, в мой дворец на отбор невест были приглашены обе принцессы, хотя, спустя пару дней, я очень пожалел, что пригласил Амелию. Она запугивала всех остальных, постоянно над всеми издевалась, даже чуть не избила служанку, которая приносила мне мои вещи.

Амелия постоянно поджидала меня за углом, кидалась мне на шею, шептала слова любви, да уже в конец сошла с ума и как-то завалилась в мой кабинет в одной ночной сорочке, которая просвечивала абсолютно все. Амелия и падала на колени, и просила взять ее, поцеловать, да она как будто сошла с ума!

По сравнению с ней, Офелия была такая стеснительная, постоянно покрывалась румянцем от моих слов, она была нераспустившимся нежным цветком, который хочется холить и лелеять, оберегать от чужих прикосновений. Уже до отбора я знал кому отдам звание своей невесты, а потом супруги, но Амелия смешала все карты, подмешав зелье желания в мой бокал. А я был так беспечен, что не удосужился проверить свой напиток, и вот мы уже у всех на виду: она с оголенной грудью, которую я покрываю поцелуями, и на нас уставились десятки глаз, в том числе ее отец.

Я очень уважал Императора Атараксии и не хотел конфликта, поэтому почти сразу же состоялась брачная церемония. В ту ночь, как и в последующие, я не посещал, так сказать, супругу, все ночи я проводил с Офелией. Я видел, как Амелия злится, но я и предположить не мог, что она решится на отравление своей собственной сестры! Когда Офелия билась в конвульсиях у меня на руках, то она успела назвать имя Амелии, вот только второе имя она проглотила вместе со своей кровью. Я предполагал, что их братец Олимпий помог, но должен был услышать это из уст Амелии, чтобы он тоже понес свое наказание.