Любовь вернется осенью

Глава 9

После родов всё очень сильно изменилось. Буквально перевернулось с ног на голову.

Степан стал постоянно раздраженным, нервным, злым. Он начал повышать на меня голос, постоянно упрекал и срывался.

Ужин был ему невкусным, завтрак отвратительным, кофе отдавал помоями по его словам.

Он говорил, что в доме бардак, хотя квартиру я вылизывала сверху донизу. Упрекал даже в том, как я обращаюсь с сыном.

Не ту одежду покупаю, не так кормлю, не так купаю. Причем сам он к ребенку старался не подходить. До полугода Ванюшку ни разу на руки даже не взял.

А когда Ваня залепил ему в лицо ложечкой пюре из брокколи, устроил такой скандал, что в доме задрожали стекла.

И ему плевать было на перепуганного сына, которого напугал бешеный рев отца.

Выпустив пар, Степан ушел, хлопнув дверью, а я еще полчаса пыталась успокоить ребенка.

Муж вернулся вечером, с букетом цветов, коробочкой из ювелирки и игрушкой из детского мира. Горячо извинялся за свой срыв и обещал, что подобного больше не повторится.

Даже с Ванюшкой поиграл в кои-то веки. Увидев, что сын гукает и радостно тянется к отцу, я расслабилась, успокоилась и в итоге простила мужа.

Хотя горький осадок всё же остался.

Затишье у нас длилось недолго. Очень скоро Степан снова начал злиться, ворчать, изводить меня постоянными упреками.

Всё ему было не то и не так.

Такое поведение вогнало меня в крайнюю степень замешательства. Не понимала я, что происходит с мужем. Ведь выходила-то я замуж совсем за другого мужчину.

Если бы он на свиданиях разговаривал со мной так, я бы бежала от него как от огня.

Но ведь ничего такого не было. Он вел себя как настоящий мужчина до свадьбы, а потом всё больше начал напоминать домашнего тирана.

Как будто печать в паспорте развязала ему руки.

И ладно, если бы я была влюблена как кошка. Любовь ведь склонна к слепоте, она не замечает недостатков, так нет же. Я не смотрела на Зорина влюбленными глазами, должна была бы заметить подвох.

Но не заметила. Ни одного тревожного звоночка не уловила.

Озадаченная таким поведением мужа, я решила поговорить со свекровью. Только в ответ на свои вопросы получила ехидную усмешку и колкое замечание.

— Если ты выходила замуж за хорошего мужчину, а после свадьбы он испортился — вина в этом только твоя. Значит, ты плохая жена, раз у тебя муж нервный и недовольный ходит. У хорошей женщины муж нежный и шелковый. Заботься о моем сыночке нормально, и будет он тебя на руках носить.

По-хорошему мне надо было уже тогда плюнуть на все, забрать ребенка и уехать к родителям.

Но я, наивная дурочка, от слов свекрови только глубже ушла в себя. Они на пару с мужем настолько меня затюкали, что я даже с мамой не решилась поговорить.

Решила, что и правда проблема во мне. Что я плохая жена и мать. Начала еще больше хлопотать по дому. Старалась и о сыне заботиться, и мужу угодить.

Пробовала новые рецепты, интересные блюда, поддерживала идеальный порядок в квартире — чтобы ни единой упавшей вещи, ни единой пылинки не было. Старалась как могла, в общем.

Только все мои старания пропадали впустую. Степа все чаще стал срываться. Он искал любой повод, чтобы выпустить на мне пар.

Руку не поднимал, но морально я чувствовала себя именно грушей для битья.

Он мог наорать на меня просто потому, что у него сорвалась сделка, или проиграл его любимый футбольный клуб, или кто-то подрезал его машину на дороге.

Во всем этом виноватой почему-то оказывалась я.

Особенно ужасно было то, что касалось интимной близости.

С самого начала химии между нами не было. Степа брал всё, что хотел, а я позволяла ему это делать.

Максимум, что я испытывала – небольшое удовольствие, весьма далекое от оргазма. Благо мне было с чем сравнить. Истомин показал мне все грани страсти.

С Зориным же не было ничего подобного. Сплошной ноль. Я просто лежала под мужем и ждала, когда он закончит.

В буквальном смысле исполняла супружеский долг. А потом шла в душ, смывала с себя сперму и отправлялась спать.

И со временем стало только хуже. Муж стал груб и несдержан, и секс стал приносить мне только боль и дискомфорт.

Он злился, чувствуя, что я не отвечаю ему, не стону и не выгибаюсь от удовольствия, и срывался, вымещая на мне свою злость. В результате каждый акт превращался для меня в настоящую пытку.

Дошло до того, что я начала нервно вздрагивать, стоило мужу внезапно подойти и сжать мою попу или грудь.

Мгновенно становилась зажатой и деревянной, мечтая только о том, чтобы дальше приставаний муж не пошел.

Но такая реакция еще сильнее злила Степана. И он начинал обращаться со мной еще жестче. Вот такой получался порочный круг.

С каждым днем моя жизнь всё больше становилась похожей на ад, и я в итоге поняла, что так дальше жить невозможно.