Любовь вне закона

1. Вот она!

Галактика опасна. Особенно для тех, кто не знает, что они ищут… и кто ищет их в ответ....

........

Я открыла глаза и тут же зажмурилась — резкий свет ламп резал по нервам. Я лежала на жёсткой койке в тесном отсеке, противно пахнущем машинным маслом и потом.

Где я? Я приоткрыла глаза и пыталась осмотреться.

Воспоминания нахлынули волной: отец, его красные от недосыпа и принятия алкоголя глаза, его безразличный взгляд в мою сторону, незнакомые мужчины стремительно приближающиеся в мою сторону…

Потом — резкий укол в шею, перед глазами все поплыло, а затем наступила темнота.

— Объект на месте, — раздался механический голос за стеной. — Подготовить к транспортировке.

Я услышала шаги. Тяжёлые, уверенные.

Мое сердце заколотилось как бешенное. Я вскочила, огляделась внимательнее: тесная каюта, пара железных коек, запертая дверь. Рядом висел светло-серый комбинезон. Похоже, он предназначался для «пассажиров».

Практически не раздумывая, я схватила его, натянула поверх своей рваной одежды и бросилась к аварийному выходу. Панель управления мигала красным — «Эвакуационный люк».

Я неуверенно нажала кнопку, пальцы дрожали.

И о чудо, дверь с шипением отъехала в сторону, открыв вид на шумную станцию.

Я слилась с толпой, стараясь не выделяться среди множества торговцев, механиков и путников.

.........

Я мчалась по узким переулкам космической станции, сердце колотилось так, что, казалось, вот‑вот выпрыгнет из груди.

Вокруг сновали существа самых разных рас — кто‑то толкал меня, кто‑то недовольно шипел вслед, но я не обращала внимания. Главное — убежать, скрыться, затеряться в этой толпе.

Но силовики не отставали. Их тяжёлые шаги эхом отдавались в узких проходах, а вспышки бластеров заставляли прохожих в панике разбегаться.

Я свернула за угол и врезалась в какого‑то торговца — тот возмущённо заворчал на меня, но я лишь пробормотала невнятное извинение и бросилась дальше.

«Только бы спрятаться… хоть на минуту…» — лихорадочно думала я.

Переулок вывел меня на открытую площадку — здесь было ещё больше народу, но и больше опасностей.

Я заметила, как двое силовиков уже перекрывают выход с другой стороны. Паника захлестнула с головой. Руки дрожали, дыхание сбилось, а в горле стоял ком, мешающий закричать.

— Вон она! — раздался крик за спиной.

Я обернулась и увидела, как трое силовиков в чёрных доспехах решительно движутся ко мне, расталкивая толпу. Один из них уже поднял бластер.

Всё кончено.

Я отступила назад, прижавшись к стене. В голове в очередной раз пронеслось: «Отец… как ты мог? За что ты поступил так со мной, папа?» — в уголках глаз начали собираться слёзы.

Бластер замерцал, готовясь выстрелить. Я закрыла глаза, ожидая боли…

И вдруг всё стихло.

Тишина. Абсолютная, оглушительная тишина.

Я осторожно приоткрыла глаза.

Перед мной стоял Он.

Высокий, статный, в серебристо‑чёрной форме с эмблемой маршала Галактического Альянса на мощной груди. Его поза была расслабленной, но в ней чувствовалась такая сила, что даже силовики замерли на месте.

Взгляд холодных карих глаз скользнул по ним — и те невольно отступили.

— Эта девушка под моей защитой, — произнёс он так, что у меня по спине пробежали мурашки. Не от страха — от чего‑то другого, необъяснимого. — Убирайтесь.

Голос был низким, ровным, без намёка на угрозу — но в нём звучала такая власть, что спорить никто не решился.

Силовики переглянулись. Один из них попытался возразить:

— Но лин маршал, это беглая…

— Я сказал: убирайтесь, — повторил он, и в этот раз в его тоне проскользнула сталь.

Они отступили. Сначала медленно, потом развернулись и поспешно скрылись в толпе.

Он медленно повернулся ко мне.

Теперь, вблизи, я разглядела его лучше: резкие черты лица, медно-рыжие густые волосы, жёсткая линия губ — но глаза… в них не было той жестокости, которую я привыкла видеть у работорговцев. Что‑то другое. Что‑то, от чего внутри потеплело.

— Кто вы? — прошептала я, всё ещё не веря, что жива.

— Мое имя Каллиас, — коротко ответил он. — Нам пора. Идём. Здесь небезопасно.

Он протянул руку.

Я смотрела на неё и не могла пошевелиться. Сколько раз мне говорили не доверять никому? Сколько раз предупреждали, что любая помощь — это ловушка?

Глубоко вдохнув, я вложила свою дрожащую ладонь в его сильную руку. Она оказалась тёплой, удивительно тёплой.

— Спасибо, — выдохнула я, подняв взгляд на него.

Каллиас слегка кивнул и повёл меня прочь от этого места, ловко лавируя в толпе.

Я шла следом, чувствуя, как дрожь постепенно уходит, а на смену страху приходит странное, непривычное ощущение безопасности.

Может быть, впервые за долгое время я позволила себе подумать: Возможно, всё будет хорошо..?