Любовь-война

Глава 7

Кристина

Лето - это маленькая жизнь, и я проживаю ее на все сто. Целыми днями мы со стаей обитаем на улице, прыгаем по гаражам, играем в казаки-разбойники и вышибалы, периодически надираем задницы Донским и ходим купаться на речку. Вода пока, конечно, еще прохладная, но нас это не сильно смущает. Плавать и резвиться на берегу мы страсть как любим, так что стучащими зубами нас не отпугнуть.

Правда, в последнее время меня не на шутку беспокоит, что Донские стали гораздо сильнее. Прошлый бой я проиграла Олегу Колечкину, хотя раньше он всегда уступал мне и в технике, и в ловкости. Я думала, что дело во мне, и стала тренироваться с удвоенным упорством, но это не помогло.

Кажется, причина кроется в том, что эти олени существенно обгоняют меня в росте и весе. Летом они все поперли вверх и вширь, как на дрожжах! Чем их там предки кормят?!

Ладно, ситуация пока некритичная, но мне срочно нужно найти способ, как быстро набрать мышечную массу!

Пулей взлетаю на восьмой этаж, чтобы по-быстрому пообедать. Увидев меня, мать обреченно вздыхает. А, ну да, я опять испачкала светлые джинсовые шорты в траве. Ну что я могу поделать? Сама не рада, что при падении все время приземляюсь на задницу. У меня и копчик уже болит.

Торопливо заглотив суп, забегаю в свою комнату, чтобы переодеться в купальник, и взгляд внезапно цепляется за дневник, который я с недавних пор довольно активно веду. Нет, не подумайте, я не размазываю по страницам ванильные сопли, как другие девчонки, просто... В моей голове крутится очень много мыслей, которыми непременно хочется поделиться.

Я бы, конечно, могла обсудить их с парнями из стаи или с Шульцем, но почему-то мне кажется, что они меня не поймут. Да и вообще, все, что я пишу - глубоко личное. Поэтому дневник прекрасно подходит под мои цели.

Глянув на часы, убеждаюсь, что у меня в запасе еще есть лишние десять минут. Сажусь за стол, раскрываю дневник и беру в руки карандаш. Несколько секунд задумчиво скольжу глазами по исписанным моим корявым почерком страницам, а затем царапаю несколько строчек:

Мама всегда говорила, что я девочкам не положено рыгать, мол, это неприлично и все такое... А я вот, наоборот, очень гордилась этим своим умением, ведь порой у меня получалось рыгнуть даже громче, чем у пацанов из нашей стаи, а это совсем не просто. Но сегодня, когда ребята, напившись газировки, устроили очередное соревнование, я не стала принимать в нем участие. Сама не знаю, почему, но при Андрее рыгать как-то не очень хочется...

А еще, когда мы с ним прятались от преследователей за гаражами, он так посмотрел на меня... Ну, не знаю, пристально, что ли. От его взгляда у меня внутри будто конфеты-шипучки взрываться стали, аж жарко сделалось. Интересно, почему так?

Захлопнув дневник и спрятав его в потайное место, переодеваюсь в купальник, натягиваю чистую футболку, хватаю рюкзак и выбегаю на улицу, где, сидя на бордюре и по привычке посасывая травинку, меня ждет Шульц.

- Бро, у меня шикарные новости! - заметив меня, вскакивает он. - Предки дали добро на лагерь!

- Значит, в июле едем? - радостно хлопаю в ладоши.

- Да! - Андрей обнимает меня за талию, отрывает от земли и несколько раз кружит.

Ух, и сильный же он стал! И в рост тоже подался. Что ж все вокруг растут, кроме меня?!

- Купальник взяла? - опуская меня обратно на асфальт, интересуется он.

- Уже на мне, - задираю футболку и демонстрирую ему наличие плавательного костюма.

- Ого, Крис, у тебя че, сиськи проклюнулись? - округляет глаза этот балбес.

- Иди нафиг! - огрызаюсь я, натягивая майку чуть ли не до колен.

Грудь у меня вообще-то давно начала расти, но как-то неактивно. А вот пару месяцев назад она наконец стала выделяться под одеждой, даже пришлось попросить маму купить мне лифчик.

Постепенно к нам подтягиваются остальные ребята, и мы все в нетерпении косимся на дорогу в ожидании моих братьев. Ник и Левчик с друзьями собрались на лесное озеро и милостливо согласились прихватить с собой меня и парочку моих приятелей.

Ну, то есть как согласились? На самом деле у них не было выбора. Я им просто пригрозила, что расскажу предкам о презабавных вещицах, которые нашла в их комнате. Они после этого как шелковые сделались.

Толкаясь и переругиваясь, мы пытаемся уместиться в заниженную Приору одного из друзей Ника. Братья со своими девушками едут в другой машине. Получается так, что на заднее сиденье забивается аж шесть человек, и мне приходится забраться Шульцу на коленки.

- Ой, Крис, какая у тебя задница костлявая, - ворчит он, ерзая подо мной.

- Кто бы говорил! Сама как на камнях сижу! - бойко отвечаю я, но на самом деле это неправда. Сидеть у Андрея на коленях вполне комфортно, я бы даже сказала, приятно.

Через двадцать минут, в течение которых с нас всех сошло по тридцать три ручья пота, вы выбираемся из консервной банки, именуемой автомобилем, и блаженно разминаем затекшие конечности, наслаждаясь глубоким и душистым запахом леса.

Рядом с нами паркуется видавший виды Опель, и оттуда вылезают мои братья со своими подругами. Девицы эти, Полина и Ариана, выглядят как долбанные супермодели. Они старше меня всего лет на пять, но почему-то рядом с ними я чувствую себя ребенком.

То ли из-за того, что на фоне их выдающихся бюстов мой собственный кажется не просто плоским, а прямо-таки вогнутым, то ли из-за того, что они порываются сюсюкать со мной, как с маленькой.

- Ой, Ник, твоя сестренка - просто прелесть, - нараспев заявляет Полина. - Как ты, крошка, умеешь плавать?

Она растягивает пухлые губы в неестественной улыбке, а я чувствую, что меня вот-вот вырвет от ее жеманности.

- Плаваю я прекрасно, - холодно отзываюсь я. - Так что, если еще раз назовешь меня крошкой, утоплю тебя в озере без малейших усилий.

Девушка недовольно закатывает глаза, но от ответного комментария воздерживается. Видать, поняла, что мне палец в рот лучше не класть - руку откушу.