Любовь вопреки всему 2

Глава 8

Антон скептически покосился на своего рыжеволосого друга, но тот лишь развёл руками в немом изумлении, не в силах объяснить, как его родители так быстро нашли общий язык с опекунами Лики. Впрочем, ребят это не слишком расстроило — их щедро накормили остатками праздничного пирога и напоили ароматным травяным чаем с мёдом.

— Ну, а нам пора, — поднялся с места отец Никиты, Игорь, его богатырская фигура заслонила на мгновение утреннее солнце. — Надо и людям дать отдохнуть после бала, да и нам, старикам, не мешало бы вздремнуть часик-другой.
— Игорь, как всегда, правду молвит, — засуетилась мама Никиты, Мария, собирая свою сумочку. — Никитушка, пошли. Варенька, родная, мы ещё обязательно увидимся! Спасибо за гостеприимство!

Попрощавшись с Варварой Егоровной и Сидором Петровичем, родители Никиты направились к выходу. Парни, немного растерянные, последовали за ними. На прощание Лика снова подставила каждому щёку для лёгкого, дружеского поцелуя.
— Не пропадайте, — прошептала она, и в её глазах читалась искренняя грусть. — Обещайте писать.
— Обещаем, — хором ответили они, и в их голосах звучала твёрдая решимость сохранить эту странную, но дорогую всем троим связь.

С тяжёлыми вздохами, полными невысказанных чувств и надежд, парни разошлись — каждый в свою сторону, в свою новую, взрослую жизнь.

— Варвара Егоровна, — Лика, оставшись наедине с опекунами, с недоумением развела руками. — Что это сейчас было?
— А это, детка, называется «жизнь», — улыбнулась женщина, принимаясь собирать со стола чашки. — Мария и Игорь — очень хорошие, прямые люди. А у нас с ней, как у двух целительниц, нашлось много общих тем. Да и вообще, — она многозначительно посмотрела на Лику, — они мне обоим понравились. А теперь беги отдыхать, ты же на ногах hardly стоишь.
— Я валюсь с ног, — честно призналась девушка, чувствуя, как веки наливаются свинцом.
— Так не вались, а беги скорее в постель, — подбодрил её Сидор Петрович, ласково подталкивая к лестнице. — Утро вечера мудренее.

Лика послушно отправилась в свою комнату и провалилась в глубокий, безмятежный сон, полный обрывков вальса, улыбок и сбивчивых признаний. Проснулась она только к обеду. Спустившись вниз, она с удивлением обнаружила в гостиной новую гостью — саму Фаину Петровну Соснову, которая за чашкой чая оживлённо беседовала с Варварой Егоровной.

— А вот и наша звёздочка пожаловала! — весело воскликнула декан, увидев Лику. — Выспалась, красавица?
— Добрый день, профессор, — смущённо поприветствовала Лика, поправляя растрёпанные волосы.
— Мы тут как раз с Фаей обсуждаем твою блистательную, но пугающую академическую перспективу, — пояснила Варвара Егоровна, и в её глазах читалась материнская тревога.
— Твоя опекунша боится, что ты надорвёшься, взяв два факультета, — мягко сказала Фаина Петровна. — А я её уверяю, что с моей стороны ты всегда можешь рассчитывать на всяческую помощь и поблажки. Мы не дадим нашей лучшей студентке загнуться от переутомления.
— Спасибо вам огромное, — искренне поблагодарила Лика, чувствуя, как на душе становится теплее от такой поддержки.

Женщины посидели ещё немного, но вскоре опекунам с Ликой пора было собираться в обратный путь. Вечером они тронулись в дорогу. Варвара Егоровна всю дорогу благодарила супруга за то, что тот предложил эту совместную поездку — она и впрямь получилась насыщенной и полезной.

Лика же смотрела в темнеющее окно повозки с двояким чувством. Впереди её ждали долгие летние каникулы, а за ними — новая, ещё более интенсивная учёба. Позади остался волшебный бал и два серьёзных, хоть и преждевременных, признания. Что ждёт Антона и Никиту? Смогут ли их дружеские чувства пережить испытание расстоянием и её отказом? Сохранится ли эта хрупкая троица? Вопросов было больше, чем ответов.

Домой они вернулись затемно. Сидор Петрович, заботясь о Лике, снова предложил ей переехать к ним, в его просторный дом, но девушка с благодарностью отказалась. Ей было по-настоящему уютно в старом доме целительницы. К тому же, Варвара Егоровна проводила здесь почти все дни: принимала пациентов, готовила зелья в своей лаборатории, занималась заготовками целебных трав. Лика помогала ей с огромным удовольствием, погружаясь в привычную, целительную атмосферу. Иногда, в отсутствие Варвары Егоровны, к дому приходили больные, и тогда Лика, вспоминая всё, чему научилась, оказывала им посильную помощь. Ей нравилось это чувство — быть полезной, видеть благодарность в глазах людей, ощущать их уважение и признание, заработанные её собственным трудом и знаниями, а не титулом или положением.

Даниил тоже был занят — он помогал отцу в его ремесле. Но в свободное время парень не забывал о подруге. Они ходили в лес по грибы и ягоды, купались в прохладной речке, встречались с общей компанией друзей и просто гуляли по знакомым с детства улочкам. Лето было на удивление безмятежным и тёплым.

В середине лета, как и обещал, приехал Никита Егорович Серов. Лика была несказанно рада видеть старого профессора. Они проводили много времени вместе в лаборатории Варвары Егоровны, беседуя, споря о теории магии и ставя сложные эксперименты. Профессор Серов всецело поддержал решение Лики учиться на двух факультетах и пообещал оказывать ей всяческую академическую помощь в течение года.

Лето наливалось спелыми красками и густыми, пьянящими ароматами. Расцветали новые травы и цветы — для целителя это была самая жаркая и важная пора сбора и заготовки. Лика с огромным удовольствием проводила целые дни в полях и лесах. Бескрайние просторы родного края завораживали её, а тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы и пением птиц, дарила ей чувство свободы и глубокого умиротворения. Варвара Егоровна всё чаще говорила, что без своей помощницы она бы ни за что не управилась с таким объёмом работы. Иногда, чтобы дать подопечной отдохнуть от городской суеты, с Ликой в поля отправлялся Никита Егорович — их совместные прогулки были полны неторопливых бесед о магии, жизни и будущем.