Любовь вопреки всему

Глава 5

Постепенно Милалика освоилась. Они много танцевали, и Глеб, к ее облегчению, избегал долгих светских бесед. Девушка и не подозревала, насколько утомительным может быть постоянное притворство.

В перерыве между танцами к ним подошел высокий статный мужчина с насмешливыми голубыми глазами.
— Наконец-то нашел тебя, дружище!
— Стас! — лицо Глеба озарилось искренней улыбкой. — Милалика, это мой старый друг, Станислав Сомов. Мы вместе росли и учились в академии.
— Очень рада, — Мила ответила на его галантный поклон.
— Веселые были времена, — ностальгически вздохнул Стас.
— Беззаботные, — кивнул Глеб. — Надолго в столице?
— Пока не знаю. Но загляну к тебя обязательно! — пообещал друг, перед тем как откланяться.

Объявили последний танец. Кружась в вальсе, Мила чувствовала себя почти счастливой.

Вернулись домой под утро. Глеб обнял жену, прижался губами к ее виску.
— Ну как тебе бал, радость моя?
— Очень понравилось, — тихо ответила она.
— А что больше всего?
— Быть с тобой. Танцевать с тобой, — она уткнулась лбом в его плечо.

«Ребенок, совсем ребенок», — с нежностью подумал Глеб. Он приподнял ее подбородок и нежно поцеловал. На душе было тепло и спокойно.

Стас сдержал слово и вскоре навестил их. Мужчины долго беседовали в кабинете, а потом присоединились к Миле в гостиной.
— Соблазнил я твоего мужа на вечер безделья, госпожа Соколова, — улыбнулся Стас.
— Я очень рада, — Мила посмотрела на Глеба. Он казался расслабленным и счастливым.

Стас оказался блестящим рассказчиком. Он делился историями из путешествий, они с Глебом вспоминали студенческие проделки. Мила с удивлением наблюдала за мужем — таким раскованным и смеющимся, каким она его еще не видела.

— Милалика, вы, кажется, маг? — внезапно спросил Стас. — Чувствую в вас сильный потенциал.
— Да, я занималась с профессором Серовым, — оживилась девушка.
— И что вам больше по душе: артефактура или, может, целительство?
— Я еще не определилась, но…
— Хватит, Стас, — голос Глеба прозвучал резко, как удар хлыста. Все веселье мгновенно испарилось с его лица.
— Но, Глеб, я просто…
— Я сказал, хватит! — его тон не допускал возражений.

Стас вздохнул и умолк. Вечер продолжился, но непринужденная атмосфера исчезла. Мила украдкой наблюдала за мужем, не понимая причины такой резкой перемены.

Провожая друга, Глеб вышел с ним в прихожую.
— Она чудесная, Глеб, — тихо сказал Стас. — И любит тебя, это видно. Она не Вика. Она не предаст. Не проецируй на нее старые обиды.
— Я сам разберусь в своих отношениях, — отрезал Глеб, захлопывая дверь.

Праздники продолжались. Глеб осыпал жену подарками — от дорогих украшений до простых цветов. Он был нежен и внимателен. Они гуляли по городу, ходили в театр, читали у камина. Мила почти убедила себя, что ее опасения были лишь плодом тоски по дому.

Следующий бал она ждала с тревогой, зная, как меняется муж в обществе. На сей раз даже не стала спорить насчет платья — его вкус был безупречен. Наряд цвета зимнего неба подчеркивал ее юность и нежность.

На балу Глеб снова был образцом галантности. После бала он предложил прогуляться. Ночной город, укрытый свежим снегом, сиял огнями. В воздухе кружились крупные хлопья, превращая улицы в волшебную сказку. Глеб крепко обнял жену, и они медленно шли по заснеженным мостовым.

Дома сказка продолжилась. Их ночь была полна страсти и нежности. Проснувшись утром на его плече, Мила почувствовала прилив счастья. Глеб нежно перебирал ее волосы.
— Выспалась, любимая?
— Да, — она робко поцеловала его в щеку. Он в ответ притянул ее к себе.
— Вчера было так чудесно, — прошептала она.
— Мы можем гулять так каждый день, — улыбнулся он.

Он был спокоен. Она — почти счастлива. Мила отогнала последние сомнения: у нее замечательный муж, а его вспышки гнева — просто следствие усталости и серьезного характера.

В доме царили мир и покой. Мила с нетерпением ждала приема в Доме ученых, надеясь, что именно там наконец заговорит с мужем о продолжении учебы.

Но сначала был бал у губернатора. Если бы она знала, что ждет ее после этого вечера, она бы упала на колени и умоляла судьбу позволить им остаться дома — в их теплой, уютной сказке, которая должна была закончиться так скоро.