Любовь вопреки запретам

Глава 46

Мишель

Я мертвой хваткой вцепилась в руку Вальтера, чувствуя, как под его кожей перекатываются стальные мышцы. Я отчаянно затрясла головой, пытаясь заглянуть в его глаза, затянутые багровой дымкой первобытной ярости.

— Не нужно, Вальтер! Слышишь? Он свое получит, судьба сама его накажет, мой голос дрожал, перекрывая лязг стали и крики раненых. Я боялась за него и не хотела,чтобы он связывался с моим отцом.

Но Вальтер был неумолим. Его тело вибрировало от сдерживаемого рыка, а взгляд, направленный на холм, казалось, мог прожечь саму плоть.

— Он заставил тебя делать ужасные вещи, Мишель, его голос упал до ледяного шепота, от которого по моей спине пробежал озноб.

— Бирон выжигал твою душу, он даже не видел в тебе собственной дочери. Для него ты была лишь инструментом, вещью для своих прихотей.

Вальтер замолчал на мгновение, и вдруг его рука, еще секунду назад сжимавшая меч, обхватила мою талию, рывком прижимая к себе. В этом объятии было столько боли и болезненной нежности, что у меня перехватило дыхание. Вальтер уткнулся носом в мои волосы, жадно вдыхая мой запах, словно пытался запомнить его навсегда.

— Если у нас будет дочь. Я ее таким мукам подвергать не стану, выдохнул он мне в висок, и эти слова отозвались во мне с такой силой, что я вцепилась в него.

— Клянусь тебе, Мишель. Я никогда не заставлю её делать то, что ей не нравится. Она будет свободной. Она будет любимой, я буду поддерживать ее во всем, буду защищать, оберегать ее.

Мое сердце сжалось так сильно, что стало больно дышать. Перед глазами всё расплылось. Он сейчас говорил о нашем будущем, будущей дочери с такой щемящей заботой, любви, о которой я сама в детстве не смела и мечтать. Я судорожно сглотнула, сдерживая подступившие слезы.

— Своих детей нужно беречь, Мишель, он отстранился, и я увидела в его глазах холодную, расчетливую решимость вожака.

— Этим я и буду заниматься всю нашу жизнь. Каждую секунду. Каждым вздохом. Его глаза на мгновение стали теплее, он словно представил в своей голове наших детей.

Вальтер осторожно выпустил меня, холод мгновенно пробрался под одежду там, где только что было его тепло.

— Будь осторожна любимая бросил он, уже разворачиваясь в сторону холма.

— Я не успокоюсь, пока не закончу с ним.

— Он не достоин, чтобы ты пачкал свои руки об него, прошептала я, прижимаясь к нему. Мне стало так все равно, что все видят как я жмусь к своему волку. Пусть.

– Не трогай его Вальтер, взглягула ему в глаза. Он долго смотрел на меня, изучал, пока не взял мое лицо в свои ладони.

– Я обязан отомстить, обязан защитить твою честь. Тебя выставили в плохом свете Мишель. Я не могу оставить все так. Договорив, Вальтер отстранился от меня, грозно шагая в сторону моего отца. Сердце защемило от волнения за него, хотя я знаю, что Вальтер силен, но все же, мой отец коварен,именно поэтому странное тягчучее волнение и страх никуда не уходят.

Я хотела что-то крикнуть вслед, умолять его не рисковать, но слова застряли в горле. Я знала — его не остановить. Вальтер слишком сильно любит меня, слишком сильно хочет защитить.

Закрыла глаза всего на секунду, призывая ту силу, что дремала в самой глубине моего естества. Кровь в жилах запульсировала. Я почувствовала, как во мне просыпается не просто магия, а первобытная мощь стихии.

Земля под ногами вражеских ведунов содрогнулась. Глухой рокот поднялся из самых недр. И в следующий миг почва разверзлась, и из-под земли, повинуясь моему немому приказу, хлынули колоссальные потоки ледяной воды. Грязные, яростные волны вздымались выше человеческого роста, сметая всё на своем пути.

Я видела ужас в глазах тех, кто пытался прорваться к волкам. Вода закручивалась в смертоносные воронки, превращая поле боя в бушующий океан. Я направляла эти потоки, выстраивая непреодолимую стену между врагом и Вальтером. Мои глаза светились призрачным голубым светом, а пальцы покалывало от избытка мощи.

Пусть смотрят. Пусть знают, что дочь предателя защищает волков. Я смывала их скверну с этой земли, давая Вальтеру путь к его мести.

На мгновение Вальтер замер. В его взгляде, обращенном ко мне, вспыхнула такая неистовая, обжигающая гордость, что у меня перехватило дыхание. Я знала, что за этим боем последует долгий разговор, и он даст мне шанс объясниться, он выслушает каждую мою правду.

Но война не прощает секундного оцепенения.

Удар пришел в спину — резкий, подлый, заряженный темной энергией. Боль прошила спину, выбивая воздух из легких. Меня отбросило, больно ударившись плечом о камень. Моя магическая преграда, державшая оборону, дрогнула и опала, рассыпаясь тысячами брызг.

Выругалась,пытаясь приподняться на дрожащих локтях. Голова шла кругом.

Тень легла на землю передо мной. Я вскинула голову и увидела одного из отцовских ведунов. Его лицо было искажено гримасой фанатичного превосходства, в руках уже разгорался новый сгусток мертвенно-бледного пламени. Я судорожно пыталась нащупать остатки сил, сглотнула застрявший в горле ком страха и выпрямилась, готовая сражаться.

Но я не успела.

Воздух разрезал глухой, сокрушительный удар. Майк, одним мощным движением обрушился на ведуна. Кости хрустнули так отчетливо, что меня передернуло. Противник рухнул мешком, даже не успев вскрикнуть.

Майк обернулся ко мне. Его лицо было забрызгано кровью, дыхание было тяжелым, но взгляд оставался твердым.

— Беги к нему, Мишель! — крикнул он, протягивая руку, чтобы помочь мне подняться.