Любовь за океаном

Часть II Глава 11

По приезду мы с Серегой еще долго не могли попрощаться. Мне надо было ехать в свою маленькую съемную квартиру, а ему к себе. Мы прилетели вечером в воскресенье, а в понедельник надо было отправляться на работу. Я заволокла чемодан домой и не раздеваясь рухнула на кровать. Какое-то время я смогла так полежать, но всё-таки желание комфорта пересилило, и я решила переодеться. Когда я открыла чемодан из него буквально вывалилась вся одежда. Сходив в душ и переодевшись, я снова упала на кровать, забыв обо всём на свете.

Проснулась я очень рано. Я была просто в ужасе от того беспорядка, который остался от меня с ночи. Всюду валялась одежда и найти что-нибудь было очень непросто. До выхода на работу оставался час, и я решила разобрать всё вечером, а сейчас заняться собой. В ту ночь, когда мы решили лететь в Нью-Йорк я отправила начальнице письмо. Возможно это было не правильное решение, но что было сделано, то было сделано. В общем небольшой отгул за свой счет. Часа хватило, чтобы погладить одежду и кое как перекусить на скорую руку. Как же мне было хорошо. Еще чуть больше недели назад мне было здесь так плохо, пока я не ощутила настоящий ужас оказаться в чужой стране без документов с подпорченной репутацией. Вот когда начинаешь ценить каждый прожитый в комфорте и уюте день. Я оделась и вышла на улицу. Там было уже достаточно тепло для этого времени года. В автобусе я решила написать Насте, от которой уже небыли ничего слышно последние пару дней. Мы списались, подруга рассказала, что практически всё время переписывается с Лешей. У них там чуть ли не свадьба уже намечалась. А я Сергею даже не написала. Да и он мне тоже. Возможно это было легкая слабость в объятиях неминуемой беды? Я пока не очень понимала саму себя. Эта поездка напомнила мне недавнюю прогулку на автобусе. Все те же сонные работяги. Наверное, мы не так сильно отличаемся от Американцев, подумала я. Хотя картинка за окном конечно отличалась сильно. В голове начали появляться мысли, что было бы если бы я согласилась остаться. Занималась бы сейчас сексом на камеру? Так ли это страшно? Что за мысли подумала я и отогнала их все от себя. Подъехав к офису, я поднялась на седьмой этаж, где работала и подошла к турникету. Пропуск не сработал. По всей видимости истек срок подумала я. Конец месяца, вот и обновили пропуска на прошлой неделе. Я кое как уговорила меня пропустить охранника используя женскую забывчивость, как оправдание. Когда я зашла и села на своё рабочее место, начальница Клавдия Альбертовна высунулась из своего кабинета и грозным тоном сказала.

-Любовь, зайдите ко мне.

Похоже меня ждал разнос. Я была к этому готова и решила следовать своей участи. Меня наверняка ожидал нагоняй или выговор.

Я зашла в кабинет. Стол начальницы был черным, как и все в кабинете. Она дождалась, когда я сяду в кресло напротив неё. Всё это время она вертела в руках ручку.

-Любовь, я терпела то, что ты периодически опаздывала на работу. Терпела то, что витала в облаках последние пару недель. Однако то, что ты просто так, без объяснений исчезла на целую неделю, а сейчас приходишь, как ни в чем не бывало не лезет ни в какие ворота.

Я посмотрела на Клавдию, удивленными глазами.

-Но я же…-начала я оправдываться, желая сообщить, что отправляла ей на почту письмо о важных обстоятельствах и о просьбе оформить мне отпуск на неделю за свой счет. Но начальница опередила меня.

-Я даже слушать не хочу сейчас твои оправдания и выдумки! – сообщила она.

По всей видимости письмо было у неё в спаме из-за того, что я отправила его не с корпоративной почты, а с личной. Но ей было сложно это сообщить.

-Клавдия Альберт….-начала я желая хоть немного себя обелить, но та не унималась.

-Я уже достаточно натерпелась тут с тобой. Мы не знали где ты и выйдешь ли, поэтому уже нашли новую сотрудницу. Вот заявление на уход. Подпиши и занимайся своими делами дальше. –Сказала она сурово.

Мне было очень обидно. Разумеется, от части вина была и моей. Надо было проверить отправку или набрать офис в понедельник, но я этого не сделала.

-Наша фирма -сообщила Клавдия. -это семья, дружная семья. А ты, кажется, в ней была приемной дочерью.

Сказать что-то более обидное было уже невозможно. Я как смогла постаралась сдержать накатившие к горлу слезы. Взяла бумажку и подписала, где было нужно. По собственному, значит по собственному.  Когда я вышла из кабинета все тут же замолчали, хотя до этого в большом помещении был сильный гул. Я села за стол и открыв ящики начала собирать личные вещи. Это была унизительная и долгая процедура. Все боялись со мной заговорить, потому что попасть под горячую руку начальницы было куда страшнее, чем попрощаться с коллегой. Набрав небольшую коробку из-под офисной бумаги всякой ерундой из стола, я встала и пошла к входу. Ко мне даже никто не подошел попрощаться. Это уже было выше моих сил. Отрабатывать меня не заставили, да и денег Клавдия пообещала дать за весь месяц целиком. Но вот ощущение от того, что тебя выгоняют, было сродни тому, как в садике меня ставили в угол. Я вышла на улицу и усевшись заплакала. Я снова ощущала себя маленькой и хрупкой. Денег, которые заплатят разумеется хватит заплатить за этот и следующий месяц аренды, а вот дальше надо уже где-то работать. Звонить подруге я не хотела. Еще неделю назад она вытаскивала меня из проблем. Хотя с другой стороны можно сказать, что мои сегодняшние проблемы являются следствием нашего с ней путешествия. В любом случае навязываться я не собиралась. Сергею тоже не хотелось писать. Начинать отношения с такого количества проблем казалось нелепым. Надо было ехать домой и разбираться во всем самой. Я осмотрела неприветливый рекламный щит на против меня. Он звал в какие-то экзотические страны. Быть может мне стояло принять предложение Павла и остаться? Что если это и был тот единственный правильный выбор, который я могла совершить и не сделала его. От таких мыслей мне становилось только печальней. Ведь мне он так нравился, Павел. Вот дура, неужели во мне всё еще сидели чувства к этому негодяю с накаченным телом и шикарным подбородком. Да, кажется чувства еще были. Удивительным образом устроено женское сердце. Нас могут обманывать или выставлять полными дурами, но если этот человек нам нравится, то мы простим ему всё. Надо было гнать от себя дурные мысли поэтому я решила отправиться на автобус: