Любовь зла.

10. Восемь лет спустя. Соллиария.

Сегодня у меня торжественный день. День выпуска из Королевского пансиона. И, вместе с свидетельством об окончании обучения, мне будут вручать и направление в Академию Магии Реннии. Да, у меня, как раз перед поступлением в пансион, проснулась магия. Нормальной такой силы, как и положено в нашем роду, Гелльтонов. И, самое главное, я – законная герцогиня Гелльтон. Да, да, как и положено старым родам аристократов, у меня удвоенная буква в фамилии. Отчиму, которому титул передали незаконно, эту букву убрали, потому что он ни разу не аристократ. И не будет. Я, наверное, всегда буду помнить тот день, когда королевский поезд утром въехал в ворота нашей усадьбы. И лица отчима, его противной мамаши и сестер, когда я вышла из королевской кареты, держась за руку королевы. В нарядном платье, с прической, которую мне соорудила начальница королевской охраны, Мирка, пока личная камеристка причесывала ее величество. Тогда мы переночевали в гостинице Гельтона, нашего главного города, и утром тронулись в сторону нашего имения, расположенного в 10 верстах к югу. Королеву сопровождал внушительный эскорт, да еще четыре очень злых демона, которые стоили всего эскорта, и ее муж, король Лекордии Яронир, и начальник всей безопасности империи Ренкордия, граф Полль Меррисье, тот самый, что обратил внимание на меня и Дерри. Ах да, чуть не забыла! Демонов было пять, так как Дерри тоже им был, правда, только что обратившимся, но демоном. Я считала, что магия у меня проявилась от волнения, когда я из укрытия, наблюдала за его оборотом. Я сначала приняла его за пойманного воришку, а оказалось, что он целый принц Демонов, будущий владыка. А приспешники моего отчима его украли, как воровали уже много лет молодых демонят, которые гуляли на островах в океане. Дядины подручные во главе с неким магом – демонологом, как-то подчиняли этих демонят, а потом продавали их в рабство. На южные острова. А тут им не повезло, вместо низшего, или обычного демона, они поймали высшего, Дерри. А он обернулся прямо у нас во дворе, и убил главного надсмотрщика отчима, а потом съел его сердце. Страшное было зрелище.

Тогда же я узнала, что через нас едет сама королева, и решила ей пожаловаться на родню. И побежала через лес в городок. По дороге, у моста через речку Гелту, точнее, под мостом, встретилась с Дерри, который не смог долететь до городка, и там мы и познакомились. А потом его узнала его мать. И все закрутилось. Королева приехала в имение, сразу спросила, почему я бегаю по полям в старом платье с чужого плеча, а не учусь в Пансионе. Приказ уже подписан два года назад. Оказалось, что бабушка отчима решила его скрыть, с тем, что бы в этом году отправить туда мою сводную сестру. Она надеялась, что никто не обратит внимания на титул маркизы и отсутствие второго Л в фамилии. Королева тут же отменила указ своей матери, о переходе титула мужу вдовы последнего герцога Гелльтон, как незаконный. Он мог бы на него претендовать, если бы я родилась мертвой. А раз я жива, и герцогство Гелльтон не майорат, то титул принадлежит мне, а отчим просто узурпатор. Так что ему вернули его фамилию Тион, и моя мама тоже стала именоваться просто госпожой Тион, Но она попросила развод, так как муж с ней обращается жестоко, и пригрозил разводом, если она родит еще одну дочь. А у нее снова девочка. Ей маг-акушерка сказала. И ее не развели, а аннулировали брак, так как поженились они по обряду, в храме старых богов, а такие браки признаются недействительными. Мама только спросила, а как же ее дочери от нового мужа, королева подумала, и предложила ей удочерить их, но фамилию им оставить Тион, так как они все равно скоро осиротеют.

Тут появились стражи, они вели толпу демонят, скованных, которых так и не успели отправить в порт. Так что бывшего отчима арестовали, его брат, противный Ремси, избежал ареста, отговорился, что он все время проводил в пансионате при гимназии, а потом в военной академии, и не знал о темных делах брата. Поверили. Но, по жалобе мамы, приговорили к трем годам штрафной роты, за "принуждение к насильственному браку несовершеннолетней знатной девицы". И там его накажут, как положено по уставу, перед строем солдат. Их с отчимом мамаша пыталась протестовать, высказала что-то в адрес королевы и была отправлена на принудительные работы на рисовые поля. Поделом. Сестер определили в пансион, старшую прямо с этого года, а младшую с 8-ми лет, но не в королевский, а в обычный, в Гельтоне. Для управления имением королева выделила управляющего, капиталы Тионов пошли в казну герцогства, что бы компенсировать убытки, от негодного управления отчима. А управлять всем герцогством станет тот самый назначенный королевой управляющий, так как мама признана негодной для этого, а бабушка слишком старой. Именоваться мама будет Вдовствующей герцогиней Гелльтон, как и бабушка. До отправки в пансион меня оставили с мамой и бабушкой, так как до начала занятий было еще 10 дней, обязали их собрать мне вещи, выделив на это сумму из казны герцогства, и вот, проучившись 8 лет, я оставляю это учебное заведение и перехожу в другое.

Первые годы были тяжелыми, Я была самой старшей из первогодков, но мне помогли, и за три года я наверстала, фактически, пять лет, и закончила обучение с девицами своего возраста. На каникулы ездила к маме с бабушкой, которые теперь жили хорошо, стали важными дамами в Гельтоновском обществе. Бабушка уже искала мне женихов, Но я твердо сказала, что выйду замуж только после Академии. И жениха выберу сама. Ее кандидатуры рассмотрю, но судить буду строго.

И вот, я с двумя подругами, признанными годными по уровню магии для занятий в академии, подъехали в карете с гербами Гелльтонов к ее воротам. Наш багаж подхватили служители, а нас направили в ректорат, определять уровень магии, для распределения по группам. В Академии было уже людно, многие студенты вернулись с каникул, То тут, то там раздавались приветственные возгласы. В одно время с нами приехала еще одна девочка, довольно робкая, но ее сопровождал родственник, уже вполне взрослый молодой человек, лет 25, который и проводил нас к ректору. Секретарь ректора записал нас в книгу прибывших, и нас проводили в небольшой зал, посреди которого светился белым цветом небольшой кристалл. Мы по очереди приложили ладони, у меня кристалл засветился красным, у подруг – у одной желтым, у другой – зеленым, а вот у новенькой, тоже красным, но бледнее, чем у меня. Ректор покивал, и сообщил, что я точно буду в первой по силе группе, а Жозефина Меррисье, возможно, тоже, но это он решит потом. Если на курсе будет много с силой первой группы, то она перейдет во вторую. Подружек определили в третью и четвертую, пока условно. Потом нас расселили по комнатам, на два года. Первые два года все учатся вместе, изучают общие предметы, а в начале третьего курса проводят тест на специализацию. И там уже распределяют по специальности. Так нам объяснил молодой человек, сопровождающий приехавшую с нами девочку, виконтессу Меррисье. Он оказался ей дядей по матери, который закончил эту же академию и поработал под началом своего шурина, мужа сестры, графа Меррисье, а теперь вернулся, что бы поступить в аспирантуру. Хочет стать магистром. Он и проводил нас к комендантше общежития, для расселения. Мы попросились в одну комнату. Но комнат на троих не было, только на двоих и четверых. Но вопрос решился, так как новенькая тоже захотела жить с нами. Забрали ключи, белье, форму, и пошли устраиваться. Будущий магистр убежал записываться на конкурс в аспирантуру. Надо же, снова экзамены сдавать, какие сложности!