Любовь зла.

33. Огонь и тьма.

Дерри все рассчитал правильно. Он взлетел на западную стену замка. Лучи заходящего солнца осветили его фигуру, так что она была как бы в ореоле света. Сразу слетать со стены не стал. Осмотрел двор, толпу инквизиторов внизу. Наметил точку приземления – небольшой свободный пятачок почти по центру двора. Но сначала, усилив голос магически, выкрикнул:

- Кардинал Ле Гризелли, ваше святейшество, Первосвященник! Как я недавно узнал, вы хотели меня видеть. И вот я здесь, к вашим услугам. Предлагаю выйти на площадь и поговорить, как вы и хотели. Я спускаюсь!

Дерри заметил на балконе, выходящим на площадь, какое-то шевеление. Он мягко спланировал на намеченный пятачок. Его охрана – следом за ним. Толпа инквизиторов шарахнулась в стороны. В то же мгновение, на балконе появился древний старик в белом одеянии. Он простер руки и закричал довольно сильным для его возраста голосом:

- Братья мои! Господь с нами! Эти исчадия зла сами залезли в ловушку! Запускайте негаторы магии!

Дерри старался не упускать старика из поля зрения. Поэтому, тихо спросил одного из стражей.

- Вольт, что на стенах? Как долго нам еще болтать с этой старой клячей?

- Наши уже там, зачищают.

- Хорошо, тянем время еще пару минут и оборачиваемся.

Старик на балконе подошел к перилам и, смотря на Дерри провозгласил:

- Вот ты и попался, исчадие ада! Сейчас мы сожжем тебя и твою свиту нашим святым огнем!

По его команде инквизиторы-маги приготовились, простые солдаты подняли жезлы с огненными зарядами. Дерри спокойно, как бы не замечая их приготовлений, ответил:

- Что же, вы сами напросились. Вместо переговоров решили нас атаковать. Оборот, ребята!

В тот самый миг, когда в демонов полетели огненные сгустки, все трое приняли боевую трансформу. Смертельные, даже для обычных демонов сгустки магического огня просто впитались в тела трех высших демонов ужасающего вида, появившихся на месте трех вполне себе симпатичных парней с рогами. Последний сгусток огня Дерри просто поймал, как детский мячик, перекинул с ладони на ладонь, а потом метнул в гадкого старика. Каким-то образом тот увернулся, но запылали занавеси на балконной двери. Первосвященник поднял руки к небу, и начал читать какое-то заклинание ужасающей силы.

- Наши пробиваются к воротам! – воскликнул один из стражей.

- Так помогите, ударьте с тыла! – скомандовал Дерри, – а я закончу интересную беседу со старцем!

Первосвященник закончил свое зубодробительное заклинание, что-то выкрикнул, и прямо на стоящего посреди образованного инквизиторами круга демона в боевой трансформе, обрушился столб огня, перемешанного со светом. Это был тот самый «молот ведьм», с помощью которого поджигали костры для сожжения еретиков. Старый колдун надеялся, что адский огонь в сочетании со святым светом покончит с демоном, устоявшим под огненной атакой адептов ордена. Огонь как бы обтек фигуру Дерри, его чешуя только засияла ярче, и впитался в его тело, не причинив ни малейшего вреда, кроме переполнения так и рвущейся наружу силой. И тогда Дерри ударил сам. Удерживать дальше такую мощь, которой его напитали инквизиторы, было сложно. Огненный смерч сорвался с его рук, пролетел над головами толпы на площади, и ударил прямо по балкону главной башни, на которой только что стоял Первосвященник. В огненной вспышке исчезло все – и балкон, и старик, башню как бы разрезало горизонтально, и она начала падать на двор. Дерри крикнул своим: – Берегись! - И взмыл в небо. Тут же в небо поднялась толпа демонов разных размеров. Башня рухнула на двор, ее обломки передавили толпящихся там инквизиторов.

Чудом уцелевшие единицы бросились бежать кто куда.

- Дерри, хватит! – раздался голос Шредда, – союзников перебьешь!

В открытые ворота крепости вступали войска короля Гольдберда. Тут же началась охота на инквизиторов. Демоны тоже приняли участие в развлечении. Хватали на лету пытающихся убежать в лес, выковыривали из нор и темных закутков. Кто-то догадался открыть подземные камеры, стали выводить измученных, изувеченных узников. Кто-то узнавал своих близких, знакомых, соседей. И тут народ прорвало. Вместо сомнений по поводу, не грех ли убивать служителей божьих, в инквизиторов полетели проклятия и угрозы. В одной из камер обнаружили кардинала Ле Гризелли, в смирительной рубашке. После его рассказа о боевой трансформе демонов его сочли помешанным. Так что появление демонов спасло его от «лечения» довольно варварскими методами. Кардинал трясся и заговаривался. Инквизиторов разделили. Простых солдат просто порубили в капусту, молодых, еще только что вступивших в орден решили попробовать перевоспитать. Спасшихся членов верхушки ордена решили судить и прилюдно казнить. Против них были готовы выступить пострадавшие «еретики». К ним и присоединили кардинала Ле Гризелли. Процесс обещал быть громким. Дерри предложил Гольдберду привлечь к нему верхушку церкви из Реннии и Лекордии. Тоже христиане, в Лекордии, так вера в обрядах вообще схожа со Стронхольдом. Так процесс получится более убедительным. К ужасу короля, в глубоком подвале, в каменном мешке обнаружили несостоявшуюся невесту сына, Гиону. Девушка была истощена, к тому же, беременна, сроком в 4-5 месяцев. То есть, ее изнасиловали буквально в первые дни после ареста, а потом, на костре заменили другой жертвой. Все женщины были обриты наголо, так что никто и не узнал, что девушка осталась жива. Кроме ее родни. Которых ею и шантажировали. Поэтому род Ле Крузье и не смог поддержать Роджерона. Король распорядился никому о спасенной Гионе не говорить, отправить ее в монастырь, под присмотр добрых монашек. Но не в Стронгхольде, а в Мальвии. Роджерону о том, что девушка жива, решил не говорить. Боялся, и того, что чувства сына преобладают над разумом, и он повесит на себя и больную девушку и ее бастарда от неизвестных инквизиторов, и того, что ее состояние будет слишком сильным ударом по его психике. Так что девушку увезли тайно. Гольдберд радовался, что отправил сына в Реннию, и он не присутствовал при спасении узников. Демоны передали всех захваченных в руки королевского правосудия, и собирались обратно. Дерри тоже, ему было пора приступить к учебе, и так пропустил первую неделю в академии. Он даже отказался от разговора с кардиналом Ле Гризелли. Все равно, сумасшедший. Какой смысл? Всего в их миссии приняло участие еще трое алептов академии, они решили возвращаться вместе, но тут, в последний момент, Дерри пришел приказ от отца, срочно прибыть в столицу Реннии. Приказы Владыки не обсуждаются, так что он расстался с однокашниками и построил портал до королевского дворца Империи