Любовь зла.

41.Воссоединение и возрождение.

Но первой стоящих на мосту молодых людей заметила Лессиренна. Приказала остановить карету, вышла.

- Дерри, Солли, рада вас видеть, а это, наверное, спасенная Гиона?

Молодежь дружно поклонилась.

- Да, тетушка Ренна, разреши представить тебе чудом спасшуюся Гиону Ле Крузье, невесту Роджерона. А где он сам?

- Во второй карете. Спит. Черринидия дала ему отвар. Рога начали прорезаться, наконец, его лихорадило, ночь не спал. Отвар помог, заснул. Я понимаю нетерпение Гионы, но давайте не будем его будить, тем более, сразу по приезду за него возьмутся родственники.

- А его состояние не опасно? – забеспокоилась Гиона.

- Нет, это как зубки у младенцев. Немного болит, немного зудит, немного лихорадит, но ничего страшного. Прошу вас в мою карету. Яронир едет верхом, так что поместимся все. Или ты, Дерри хочешь верхом?

- Честно, лучше в карете. Все-таки большое расстояние по воздуху преодолел.

- Залезайте, – обрадовалась Лессиренна, – заодно расскажешь, как там Леоррон.

Залезли, Дерри успокоил королеву, что с Лео все хорошо. Дальше разговор перешел на Роджерона. Ренна предложила влюбленной паре обвенчаться в замке герцогов Гелльтонов, в домовой церкви. Потом, по прибытию в Стронгхольд, Гольдберд устроит пышную свадьбу, а всем будут говорить, что влюбленные тайно убегали в герцогство, что бы обвенчаться. Это узаконит малыша, которого носит Гиона. И объяснит, почему пара венчалась дважды. Все-таки вера в двух государствах отличается обычаями. Гиона согласилась, но сказала, что подождет Роджерона. Ренна ее обрадовала, что Род на венчание согласился еще в столице. За разговорам и не заметили, как приехали в замок Гелльтон.

Прежде, чем выйти из кареты, Солли осенило догадкой.

- Простите, Ваше Величество, вы не забыли, что здесь моя бабушка? Что, если…

- Не забыла. И заранее послала ей письмо. Известила, что мы погостим в герцогстве, и заодно напомнила, что не стоит вызывать гнев демона, подсовывая его истинной женихов, кем бы они не были!

Солли поблагодарила королеву. Выгрузились, родня Дерри приветствовала его объятиями, отправили отдыхать, что бы сразу, по пробуждению Роджерона, заняться его истинным обликом. Гиону сразу осмотрел королевский лекарь. Ничего плохого не нашел, и она сразу объявила, что ничуть не устала в дороге, наоборот, поспала, и попросила разрешения посидеть с Роджероном. Его решили не тревожить, до естественного пробуждения. Только предупредили девушку, что бы в случае чего, звала на помощь.

Гиона тихо залезла в карету, из которой уже выпрягли лошадей, но саму повозку оставили во дворе, в тени замковой стены. Одно из сидений было разложено, на нем и спал Роджерон, укрытый теплым пледом. Видно было, что жар спал, на лбу была легкая испарина, волосы прилипли к мокрой коже. Гионе очень хотелось провести по волосам любимого, но она боялась его потревожить, поэтому просто сидела и смотрела на его лицо, которое уже и не надеялась увидеть вновь. Пару раз к карете подходил то один, то другой спутник королевы, спрашивали, как дела. Гиона шепотом отвечала, – Спит.

И их вновь оставляли наедине. Так прошло около двух часов. Наконец, появились признаки скорого пробуждения – Род начал шевелиться, изменил позу, провел рукой по лицу. И, наконец, приподнялся и открыл глаза. Первое, что он увидел, была Гиона, глядящая на него с улыбкой. Роджерон резко сел, не обращая внимания на вновь заболевшую голову. Неверящим взглядом он пожирал глазами родное лицо. Наконец, поверил, что не спит, и выпалил:

- Гио! Господи, Гио это ты! Живая! Скажи что-нибудь, что бы я понял, что не сплю и не брежу!

- Это я, Род, я, и я живая. Меня спас наш ребенок. Оставили жить до родов. А замок взяли демоны и всех освободили. Только твой отец испугался, что я беременна, и хотел меня спрятать от тебя. Решил, что это вина инквизиторов. Отправили в монастырь, в Мальвию. И там чуть не уговорили пойти в монахини. Вот, потрогай, убедись, что живая!

Роджерон отмер, и, схватив девушку в объятия, впился в ее губы жадным поцелуем. Гиона обвила его шею, крепче прижимая к себе. Когда первый порыв прошел, навалилось осознание настоящего. Роджерон отстранился, вдруг, вспомнив, что все изменилось.

- Род, что случилось? – обеспокоено спросила вдруг ощутившая возникшее отчуждение Гиона.

- Все, Гио, все. Понимаешь, тут столько всего произошло, даже не знаю, как рассказать тебе. И, сразу скажу – если ты решишь меня бросить, то я пойму и приму.

- Я больше тебе не нужна? – с ужасом вспомнив разговоры с аббатисой, спросила Гиона, с трудом сдерживая слезы.

- Не ты, Гио, не ты. Вопрос в том, нужен ли тебе я. Ладно, объясняться, так сразу. Видишь ли, тут выяснилось, что я, как бы точнее выразиться, не совсем человек, в точнее, совсем не человек!

- Это ты о том, что оказался демоном? Так я все знаю. Мне об этом Солли рассказала. А потом я видела ее Дерри в обороте, и мы даже летели на нем. Ничего страшного. Парень, как парень. В обороте, страшный, конечно, но за то за таким, как за каменной стеной. И, если ты в будущем не захочешь, то никто больше ко мне и приблизиться не посмеет!

- Значит, ты все знаешь! И не боишься меня, слава Богу!

- Не забивай себе голову ерундой, вроде той что меня пичкала настоятельница. О коварстве мужчин, которым отдавшаяся им по любви девушка уже не нужна и все прочее. Ты – это ты, и кем бы ты не был, все равно мне нужен. К тому же, вроде, мы с тобой истинные.